Если Вы хоть раз выходили из кабинета врача с результатами, в которых всё в норме, и с телом, в котором всё не в порядке, — этот текст для Вас.
Я хорошо знаю эту ситуацию, потому что встречаю её снова и снова. Человек месяцами, а иногда и годами ходит по врачам. Его мучает ком в горле, который мешает спокойно глотать, или ноющая боль в животе, появляющаяся без всякой связи с едой, или сердце, которое вдруг заходится так, что кажется, будто оно сейчас остановится. Он сдаёт анализы, проходит обследования, обходит одного специалиста за другим, и каждый раз слышит фразу, которая звучит всё более устало и всё более раздражённо: у Вас всё в порядке, это, наверное, на нервной почве, попейте успокоительное.
Автор: врач, психотерапевт Екатерина Тур, специалист по травмирующему детскому опыту и основатель крупнейших сообществ по психосоматике в России
И человек уходит, унося с собой не облегчение, а ещё большую тревогу, чем была до приёма. Потому что если врачи ничего не находят, а ему по-прежнему плохо, остаётся только два объяснения, и оба пугают. Либо он сам всё выдумывает, и тогда с ним что-то не так с головой. Либо болезнь настолько серьёзная, что её пока не сумели разглядеть. Так человек попадает в замкнутый круг, в котором тревога подпитывает симптомы, симптомы усиливают тревогу, а следующий заход на обследования снова заканчивается тем же самым «всё в порядке».
Я хочу сказать Вам сегодня важную вещь. Эта врачебная фраза наполовину правдива и наполовину опасна. Правда в ней та, что у Вас действительно нет той болезни, которую ищут с помощью анализов. А опасное заблуждение в том, что у Вас будто бы всё в порядке. Потому что в порядке — далеко не всё. Просто то, что с Вами происходит, находится не в том месте, куда направлен взгляд медицины.
Что происходит на самом деле
Позвольте я объясню Вам сам механизм, и объясню без всякой мистики, потому что психосоматика не имеет никакого отношения к наказанию вселенной за дурные мысли или к магии позитивного мышления. Это про совершенно конкретную, давно изученную работу нервной системы, и сейчас Вы увидите, насколько это логично и насколько это касается именно Вас.
В теле есть та часть нервной системы, которой мы не управляем волей. Она заведует всем, что происходит само собой, — сердцебиением, дыханием, пищеварением, тонусом сосудов, работой внутренних органов. И у неё есть два состояния, между которыми она переключается. Первое — состояние покоя, в котором тело отдыхает, восстанавливается, спокойно переваривает пищу и залечивает само себя. Второе — состояние тревоги, та самая древняя готовность к бегству или борьбе, которую природа создала для встречи с настоящей опасностью.
Когда наш далёкий предок сталкивался с хищником, его тело за долю секунды перестраивалось. Сердце разгонялось, чтобы успеть доставить кровь к мышцам. Пищеварение замирало, потому что перед лицом гибели уже не до обеда. Мышцы наливались напряжением, готовясь к прыжку или удару, горло сжималось, дыхание учащалось, и всё существо собиралось в одну точку ради спасения. А как только зверь уходил, тело отпускало себя и возвращалось в покой, и всё внутри постепенно успокаивалось само.
Это безупречный механизм, и в нём есть лишь одна уязвимость. Наша нервная система не умеет отличать настоящего хищника от хронического напряжения сегодняшней жизни. Для неё человек, который годами унижает Вас на работе, — это хищник. Брак, в котором Вы давно несчастливы, но держитесь, — это хищник. Горе, которое Вы так и не позволили себе прожить до конца, — это хищник. Детская боль, которая всё ещё живёт внутри, — это хищник, как будто всё ещё стоящий у Вас за спиной. И, встречая эти угрозы, тело делает ровно то же, что делало при встрече со зверем. Оно включает тревогу. Только зверь уходил через минуту, а несчастливый брак, тяжёлая работа и старая травма не уходят ни через минуту, ни через год.
И вот здесь происходит самое важное. Тело застревает в состоянии тревоги и остаётся в нём постоянно, месяцами, иногда десятилетиями. А теперь подумайте, что становится с органами, которые всё это время вынуждены работать в аварийном режиме, рассчитанном на несколько коротких минут, а не на годы непрерывной службы.
Откуда берутся симптомы
Когда тревога становится хронической, спазм в горле, который природа задумала как мгновенную защитную реакцию, перестаёт отпускать и держится постоянно, и человек ощущает тот самый ком, который невозможно ни проглотить, ни откашлять, и который ЛОР при всём желании не увидит, потому что в горле нет ничего, кроме напряжения, которому некуда деться. По той же причине заходится сердце, которое исправно слушается команды нервной системы и разгоняется, готовя Вас к бегству от опасности, хотя бежать давно некуда, и кардиолог говорит, что сердце здоровое, и он прав, оно действительно здорово, оно просто послушно выполняет приказ.
Пищеварение, которое в режиме тревоги затормаживается, при постоянном напряжении начинает давать сбои, и появляются боли, спазмы, тяжесть, то самое раздражение кишечника, при котором слизистая остаётся чистой, а человеку мучительно плохо. Мышцы шеи, плеч и спины, которые тело держит в готовности защищаться, со временем превращаются в источник постоянной боли, и эту боль не снимает ни массаж, ни обезболивающее, потому что причина не в самой мышце, а в той непрожитой, замершей внутри готовности обороняться, которую эта мышца держит за Вас годами. А усталость, которую не лечит ни сон, ни отпуск, ни витамины, объясняется тем, что жизнь в режиме тревоги требует чудовищного расхода сил, ведь тело всё это время работает как машина с педалью газа, вжатой в пол, и отдых здесь не помогает, потому что на педаль давит не утомление, а тревога.
Видите, никакой мистики во всём этом нет, есть только физиология. Ваши симптомы настоящие, Ваше тело ничего не выдумывает и не лжёт. Болезнь просто живёт не в органе, а в том режиме, в котором этот орган заставляют существовать. Вот почему анализы остаются чистыми. Анализы смотрят на орган, а смотреть нужно на состояние, в котором он вынужден трудиться без передышки.
Почему успокоительное не решает вопрос
Потому что оно приглушает звук, но не отвечает на вопрос, откуда взялась тревога и почему нервная система годами не находит выхода из режима угрозы. А не находит она его по вполне определённым причинам, и пока эти причины не названы и не прожиты, тело будет продолжать бить во все колокола, перебирая один симптом за другим, ведь другого языка, чтобы достучаться до Вас, у него попросту нет.
Чаще всего за этим застрявшим режимом тревоги стоит непрожитое сильное чувство, которому когда-то не дали выхода, и оно осталось в теле. Или жизненная ситуация, которую человек терпит из года в год, убедив себя, что выбора нет. Или ранний опыт, в котором нервная система настроилась на угрозу так давно, что человек уже и не помнит другого своего состояния и принимает фоновую тревогу за собственный характер. Ни одно из этого не лечится таблеткой, которая снижает громкость. Это меняется только тогда, когда человек поворачивается к настоящей причине лицом, узнаёт её, проживает то, что было заморожено, и постепенно показывает своей нервной системе, что опасность миновала и можно наконец выйти из обороны.
Что с этим делать
Сначала о важном. Провериться у врачей нужно обязательно, и я ни в коем случае не предлагаю Вам отказываться от медицины. За симптомами могут стоять и настоящие болезни, и их необходимо исключить. О психосоматической природе можно говорить только тогда, когда органические причины проверены и не подтвердились, а не вместо обследования. Поэтому, если Вы ещё не прошли диагностику, пройдите её. Но если Вы прошли её много раз и Вам снова и снова повторяют, что всё в порядке, — значит, пришло время посмотреть в другую сторону.
В ту сторону, где находится не мистика, а Ваша собственная жизнь и Ваше собственное тело. И здесь я скажу то, ради чего написала весь этот текст. Способность выходить из режима тревоги, способность успокаивать своё тело, способность слышать его сигналы и отвечать на них — это не волшебный дар, доступный избранным, и не услуга, которую можно купить у кого-то, кто сделает это за Вас. Это навык. Ему можно научиться, и научиться может каждый, потому что управление собственным состоянием заложено в нас той же природой, что когда-то придумала и сам режим тревоги.
Тело умеет не только включать тревогу, оно умеет и выключать её, и этому умению можно обучить себя заново, если оно было потеряно в детстве или задавлено годами напряжения. Через дыхание, через внимание к телесным ощущениям, через постепенное возвращение себе того состояния покоя, в котором тело способно восстанавливаться само. Именно этому я учу своих учеников, и именно в этом, на мой взгляд, состоит самая большая ценность работы с собой — не в том, чтобы найти целителя, а в том, чтобы стать целителем самому себе. Потому что человек, научившийся регулировать своё состояние, перестаёт зависеть от чужих рук и обретает то, что не отнимет никто, — власть над собственным телом.
Если Вы узнали себя в этом тексте, услышьте, пожалуйста, главное. Вы ничего не выдумываете и Вы не мнительны. С Вами не «всё в порядке» в том снисходительном смысле, в каком на Вас махнули рукой. Ваше тело давно и честно пытается что-то Вам сказать, и оно будет говорить всё громче, пока Вы его не услышите. И самое доброе, что Вы можете сейчас для себя сделать, — это перестать искать болезнь там, где её нет, и начать учиться слышать своё тело и помогать ему там, где оно на самом деле зовёт на помощь.
Оно не враг Вам. Оно Ваш самый честный собеседник. И научиться его языку, а вместе с ним и умению самому возвращать себе покой, — в Ваших силах. Гораздо больше, чем Вам сейчас кажется.
