Олег Колебаев решил поделиться следующим этапом своей жизни…
Новая глава из книги автора называется "Байки от старого участкового инспектора милиции", а мы для конспирации от всевидящего и хитро…опого алгоритма Яндекс-Дзена запустим новые части под общим названием "Милицейские байки"...
(о прошлых годах службы читаем "Армейский дневник" - https://dzen.ru/a/agNmEhCabGjY3Nqz)
Первая часть выходит под названием "Практические занятия в школе милиции". В общем, поехали:
"…Когда учился в Красноярской специальной средней школы милиции МВД СССР в 87-89 годах, то там большинство преподавателей были офицерами милиции, отпахавшие на «земле» по 15-20 лет.
Поэтому они не только накачивали нас теорией, но и разрабатывали практические занятия по различным дисциплинам.
Был класс изображавший магазин после кражи, где мы как следователи проводили осмотр места происшествия, строили версии, допрашивали «подозреваемых», «свидетелей», которых изображали свои же курсанты, вели протоколы допроса и другие процессуальные действия.
Отрабатывали навыки пресечения массовых беспорядков, освобождение заложников и т.д. Особенно запомнились занятия по захвату вооруженных преступников.
Выбиралось 2-3 курсанта, которые изображали преступников. Они прятались на территории школы по гражданке, взвод делился на группы, определялись сектора осмотра территории, при нахождении «преступников» начинался их захват.
Всех участников учения вооружали автоматами, выдавались холостые патроны. Правда «преступникам» выдавалось поболее патронов (1-2 рожка), а курсантам захвата в 2 раза меньше…
Группа захвата одевалась в бронежилеты в 16 кг., каски «сфера», все по взрослому. Преподаватели ставили упор не на ликвидацию преступника, а на его захват живым.
Сами они зорко следили за учениями, а потом наступал разбор полетов. Кого-то хвалили, кому-то указывали ошибки.
Кстати, «погибшие» курсанты получали оценку на 1-2 балл меньше, т.к. преподаватели твердо вбивали нам в мозг мысль, что их «смерть» была не героической, а глупой.
Своей гибелью они не только огорчили своих родных и близких, но и подвели своих товарищей, поставили под угрозу выполнение задачи.
Потом уже, приобретенные навыки и наставления мне очень пригодились в дальнейшей службе в милиции. От огнестрела ни разу не был ранен.
Как-то раз зимой один преподаватель заявляет, что наш взвод будет отрабатывать навыки задержания преступников и дальнейших процессуальных действий по факту купли-продажи запрещенных веществ.
Из взвода выбирают двух самых крепких курсантов, которые будут играть роль продавца-покупателя. Им вручается «легенда» их преступной деятельности и они удаляются.
Задача их простая: совершить сделку в условном месте и не попасться. При задержании можно немного по сопротивляться. Но без фанатизма.
Из взвода назначаются оператор видео съемки, два фотографа, следователь и пара оперов. Фотографам и оператору скрытно проводить фото-видео фиксацию. Опера должны расколоть жуликов.
У них минимум информации по «легенде» преступников. Они должны их разговорить и выявить клички, пароли, явки. Ну, а следователю все это оформить процессуально. Остальные курсанты взвода идут в группу захвата.
Группе захвата необходимо спрятаться и задержать «преступников» именно при сделке, не дать им возможности скинуть товар. При этом «преступники» не должны догадаться, как и где расположена засада.
Преподаватель определяет место и время рандеву «преступников». Место встречи прямо под окнами 5-ти этажной казармы, в радиусе 10-15 м. от назначенной точки. Бойцы группы захвата приступают к мозговому штурму: где прятаться?
Четверо одеваются потеплей и их закапывают в сугробе. Несколько человек спускаются в подвал. Там находятся вентиляционные окна. Особо худых курсантов решено выбросить в эти отверстия, более крепким ребятам.
Кто служил в ВДВ и ВВС (плевать, что ты там только охранял самолеты и подметал взлетку! Солдаты ВВС высоты не должны бояться!) располагаются на 2-м этаже казармы. Они в час «Х», открыв окна в кубрике казармы, должны десантироваться в сугробы и вступить в бой.
Так, а кто подаст сигнал? Видим, недалеко лежит большое корыто, в котором летом месили раствор бетона. Решено подтащить его поближе и накрыть им меня. В теории это зер гуд.
Но на практике я не помещаюсь под ним. Тогда с меня снимают всю верхнюю одежду, оставляя только рубаху и брюки. В позе эмбриона я кое-как помещаюсь под корытом. Корыто маскируют снегом.
На меня возложено две миссии: первая - не замерзнуть при 20-ти градусном морозе и главная – подать сигнал, когда будет происходить сделка, т.к. только мне все видно через щели корыта и слышно.
Вот наступает время «Х» когда должны появиться «преступники». Проходит 5, 10 минут, а Вовы и Лехи все еще нет. Я начинаю ощущать себя Карбышевым.
Наконец-то слышу хруст снега – эти барыги не торопясь идут навстречу друг другу. Ну, нет бы, сразу же совершить сделку, так ведь нарочно тянут время, закуривают и начинают не торопливо вести светскую беседу о погоде, природе, здоровье.
У меня уже сопли в носу застыли, а эти все тянут резину. И вот наконец-то звучит долгожданная фраза: «Ну, чё давай товар».
У меня только остаются силы откинуть корыто и нечленораздельно что-то проорать.
Сам захват надо было видеть! Такое даже в кино не показывают.
С ревом из под снега встают «белые медведи», с визгом из окон подвала вылетают живые «торпеды» и вцепляются в ноги Володе и Алексею, с криком: «За ВДВ!» со второго этажа в сугробы десантируются остальные.
Тут же подтягиваются опера, которые «куют железо пока оно горячо».
Преподавателю очень понравился наш подход к выполнению задания – что все, включая «преступников», получили оценку «отлично».
ВЫСЕЛЕНИЕ КВАРТИРАНТА
Перед окончанием Красноярской ССШМ МВД СССР в 1989 г. на преддипломную практику меня распределили в Свердловский РОВД г. Красноярска, а там на самый дальний участок.
Постажировался с неделю – полторы мне и говорит наставник, что по выходным дням один из участковых инспекторов должен по вечерам дежурить на опорном пункте. Участковые все семейные, хотелось бы им на выходных побыть с семьей.
А я холостой, не могу ли я за них подежурить (хоть и нельзя), а выходные дни могу взять в любые будни.
Мне всего-то надо распределить маршруты патрулирования ДНДэшников, составить рапорт по их результатам, осуществить прием жалоб и заявлений, ну и по возможности разрешить их.
Да, какой разговор – я согласен. Тем более хочется проявить самостоятельность в принятии каких-либо решений.
В 18-00 ч. заступаю на дежурство на опорном пункте, туда потихоньку собираются дружинники. И тут заходит старушка и просит ей помочь в ситуации.
А дело на вид простое. Она с мужем живет в своем доме, времянку сдают квартирантам. Вот поселился в их времянке квартирант, такой же старый, как и ее муж. И тут случайно выяснилось, что они вместе на войне воевали.
Да непросто вместе, а квартирант был командиром роты, а ее дед рядовым. Квартирант вспомнил, что ее муж как-то не вовремя в атаку поднялся, и теперь не только не платит за жилье, но еще и с деда 10 рублей ежемесячно требует на водку за проявленную когда-то трусость.
А пьет он почти каждый день и пьяным гоняет ее мужа. Поэтому она просит выселить квартиранта, у самих сил нет и боязно.
- Ну, - говорю ей, - это плевое дело! Пошли к твоему квартиранту.
- Может, сынок, взял бы кого-нибудь для подмоги, тот изверг такой сильный и страшный в гневе.
- Да не уж-то я не одолею 70-ти летнего старика! Не смеши меня женщина.
Захожу во времянку, там полумрак. Посередине комнаты стоит старый круглый стол, за ним среди пустых бутылок и засохшей закуски сидя спит лысый дед.
- Подъем! - командую ему.
Никакой реакции. Еще пару раз поорал – тот же эффект. Прямо в лысину ставлю щелбан. Дед просыпается, встает – фигура косая сажень в плечах, выше меня на голову, хватает пустую бутылку и бежит на меня.
Я от него, не бить же старика. Выбежать из времянки мне стыдно, поэтому мы бегаем вокруг стола. Но вскоре дед выдыхается, смотрит на меня с прищуром: «Ты кто? Что-то погоны какие-то не понятные».
Не знаю, что на меня нашло, но я ему ору: «Смирно! НКВД! Новая форма! Видишь «К» на погоне – капитан! Фамилия, звание, должность?! Почему тут?!».
Дед вытягивается в струнку, видать где-то на подкорке его сознания грозное слово «НКВД» приводит в трепетное чувство: «Виноват! Старший лейтенант запаса Вад…в! За неимением жилья проживаю у своего боевого товарища!».
- За учиненный дебош в мирное время приговариваетесь к выселению! Пять минут на сборы и на выход! На шестой минуте стреляю! – командую я.
Дед кидает в чемодан свои пожитки, хватает его под мышку и через минуту выбегает из времянки на улицу. Через несколько минут за ним выхожу я, что бы дед при свете дня не смог рассмотреть мою милицейскую форму и не раскусил мой обман…" (продолжение - https://dzen.ru/a/aigpFgiK2gvF15FA)
