Есть такой исторический парадокс: правители, которых принято считать «сомнительными» — окружёнными фаворитами, погружёнными в интриги, не слишком серьёзными — на деле не проиграли ни одной войны. А те, кого превозносят как великих и жёстких, нередко заканчивали кампании с потерями.
История любит ставить такие ловушки.
Если отобрать из всей длинной череды российских правителей тех, кто вёл активную внешнюю политику и при этом не потерпел ни одного военного поражения, получится список из четырёх имён. Всего четыре. И трое из них — женщины.
Начнём с единственного мужчины в этом ряду.
Алексей Михайлович, второй царь из династии Романовых, правил с 1645 по 1676 год. Его прозвали Тишайшим — и это прозвище создаёт ложное впечатление о тихом, богомольном государе, далёком от военных дел. На деле именно в его царствование Россия вернула то, что потеряла в годы Смутного времени.
Смоленск — главный западный форпост страны — ушёл под польскую корону ещё в 1611 году. Полвека он оставался чужим. Русско-польская война 1654–1667 годов вернула его обратно, заодно присоединив Левобережную Украину. Русско-шведская война 1656–1658 годов прошла без поражений, хотя и без грандиозных приобретений.
Именно при Тишайшем в русскую армию начали массово вводить полки нового строя — драгун, рейтар, гусар. Это была первая серьёзная военная реформа до Петра. Пётр I потом возьмёт готовую основу и будет строить на ней.
Теперь — женщины. И здесь начинается самое интересное.
Анна Иоанновна. В массовом сознании её правление ассоциируется с одним словом: «бироновщина». Немцы при дворе, фаворит Бирон с неограниченным влиянием, тайная канцелярия, доносы. Репутация — хуже некуда.
А военные результаты?
В 1733–1735 годах Россия участвовала в войне за польское наследство. Франция хотела посадить на польский трон своего ставленника — Станислава Лещинского. Это означало враждебное государство прямо у западных границ, в потенциальном союзе со Швецией и Турцией. Россия в коалиции с Австрией и Саксонией этого не допустила. На польском троне оказался Август III — устраивавший Петербург кандидат.
Затем — русско-турецкая война 1735–1739 годов. Здесь история сложнее. Россия брала Азов, продвигалась в Причерноморье. Но союзница — Австрия — потерпела несколько сокрушительных поражений и подписала сепаратный мир с Османской империей. Продолжать войну в одиночку стало невозможным. Анна пошла на компромисс: Россия получила Азов, но выхода к Чёрному морю не добилась.
Поражения — не было. Победа — неполная. Это не провал и не триумф, но в списке «не проигравших» Анна остаётся.
Следующая — Елизавета Петровна. Дочь Петра I, пришедшая к власти через дворцовый переворот в 1741 году. В том же году Швеция, где к власти пришла реваншистская партия «шляп», решила взять реванш за Северную войну и объявила России войну.
Это была ошибка.
Русская армия разгромила шведов в Финляндии, и по итогам мира Швеция уступила часть своей территории. Партия «шляп» объясняла поражение тем, что недооценила противника. Это был мягкий способ сказать: они просто проиграли.
Потом началась Семилетняя война — один из крупнейших военных конфликтов XVIII века, в который оказались втянуты почти все европейские державы. На одной стороне — Пруссия и Британия, на другой — Франция, Австрия, Россия и их союзники. Фридрих II, прусский король, считался военным гением. Его армия была лучшей в Европе.
К 1760 году русские войска вошли в Берлин.
Это был рейд, а не оккупация — но психологический эффект оказался колоссальным. В 1761 году пала крепость Кольберг в Померании, важнейший прусский опорный пункт на Балтике. Пруссия была на грани. Фридрих II в письмах писал о готовности отречься от престола.
И тут Елизавета умерла.
5 января 1762 года на российский престол взошёл Пётр III — восторженный поклонник Фридриха II, считавший его величайшим полководцем эпохи. Через несколько месяцев он не только прекратил войну, но вернул Пруссии все завоёванные территории и предложил военный союз. Историки до сих пор называют это «чудом Бранденбургского дома» — Пруссию спасло не военное искусство, а случайная смена монарха в Петербурге.
Елизавета не проиграла ни одной войны. Она просто не дожила до конца последней.
Наконец — Екатерина II. Здесь уже не парадокс, а последовательная система.
Тридцать четыре года правления — и ни одного военного поражения. Три раздела Речи Посполитой, два кровопролитных конфликта с Османской империей, присоединение Крыма. Россия при Екатерине превратилась в черноморскую державу — то, чего не удавалось достичь ни Алексею Михайловичу, ни Анне Иоанновне.
Русско-турецкая война 1768–1774 годов закончилась Кючук-Кайнарджийским миром — Турция уступила северное побережье Чёрного моря с портами. Крымское ханство, прежде бывшее вассалом Стамбула, перешло в орбиту влияния Петербурга.
В 1783 году Крым был присоединён к России. Почти без крови — Потёмкин провёл операцию настолько деликатно, что её скорее можно назвать дипломатической, нежели военной.
Турция не смирилась и начала новую войну — в 1787 году. Снова проиграла. По Ясскому миру 1791 года Россия закрепила за собой Причерноморье и получила земли между Южным Бугом и Днестром.
Так за полтора века Россия прошла путь от страны, только что выбравшейся из Смуты и возвращавшей утерянные земли, до великой державы с выходом к двум морям.
И если задуматься — этот путь прокладывали не только те, кого принято считать «великими». Тишайший царь в богомольном кафтане. Императрица с репутацией марионетки при немецком фаворите. Женщина, умершая за несколько месяцев до победы в главной войне своего царствования. И государыня, которую собственный муж пережил меньше чем на год после её прихода к власти — зато она пережила всех врагов на карте.
История не всегда награждает тех, кого помнят.
Иногда она просто фиксирует результат.