- Государь, все участники шпионской сети повержены, их планы сорваны, - завершал свой доклад Ибрагим-паша, - хочу сказать несколько слов о Музыканте. Он оказался весьма полезен. Благодаря его сведениям мы теперь точно знаем, где находится уязвимое место в обороны противника, а также располагаем данными о численности сил неприятеля на северо-западном направлении.
- Превосходно! Это действительно ценная информация. Думаю, стоит проявить милосердие к этому раскаявшемуся шпиону. Теперь, даже если он передумает, пути назад у него нет - Карл ему такого предательства не простит. Скажи ему, что он свободен, пусть идёт, куда пожелает. Но далеко не отпускай, - многозначительно улыбнулся султан.
- Я понял, государь, - поклонился Ибрагим, - совершенно неожиданно выяснилось, что жива его сестра, которую он потерял ещё в детстве. Она служит в монастыре в Италии. Позволите ли Вы ему навестить её?
- Сестра Музыканта жива? И он узнал об этом спустя столько лет? Да, конечно, пусть встречается, но своего человека с ним отправь, - Сулейман вновь выразительно посмотрел на Ибрагима.
- Слушаюсь, мой повелитель, - с пониманием ответил тот.
- А что с этой британкой? Тебе удалось установить, что она успела выведать? - лицо султана вновь приняло озабоченный вид.
- Она пока в Стамбуле, под нашим присмотром. Мы следим за её тайниками и связями. Ничего существенного она не передаёт, в её сведениях основная тема - торговля. В последнее время она больше интересуется нашими торговыми отношениями с Россией. Однако шифровки для неё стали приходить всё реже.
- Понятно. Торговля китайскими и индийскими товарами ведётся через арабских купцов, которые на этом хорошо зарабатывают. Королю Генриху нужен свой путь, а он лежит через Россию. Британия стремится взять под контроль Россию, как самый удобный транзитный путь из Китая и Индии в Европу. Но, видно, Генриху сейчас не до политики, - усмехнулся Сулейман, - король сейчас больше занят личными делами. После того, как он принял решение о разводе с Екатериной Арагонской, этот процесс затянулся и отнимает у него много внимания и нервов. Ещё и с наследниками затруднения. У него же есть только дочь, и ту он не может никак выдать замуж, не находит достойного жениха, ведь её муж по факту станет королём Англии.
- Да, государь, - согласно кивнул Ибрагим, - а женихов-то особо и нет. Слишком высокое положение невесты в данном случае стало загвоздкой. Соответствуют в данном случае только кандидаты от Франции либо от Римской Империи. Поначалу Генрих, как известно, остановился на наследнике Французского престола, но быстро охладел к этой идее. Зачем ему какой-то дофин, на которого он согласился от безысходности, когда есть шанс поймать рыбу покрупнее.
- Ты имеешь в виду императора Карла? – c интересом спросил Сулейман.
- Да, они, было, уже ударили по рукам, но оказалось слишком много разногласий, и спустя три года помолвку расторгли. Генрих вновь повернулся в сторону Франции. Кстати, он назвал брак с Екатериной Арагонской преступным, а свою дочь Марию бастардом. А когда советники-правоведы намекнули ему, что он не прав, что даже если брак с королевой Екатериной будет аннулирован, принцесса Мария - законный ребёнок, родившийся в браке, он заявил: “Я могу делать с ней, что хочу, и не обязан ни перед кем отчитываться” - это дословно, государь, такие сведения я получил от моего человека.
- Генрих ступил на скользкую дорожку тирании и, похоже, не намерен с неё сворачивать - он уже казнил одну из своих многочисленных жён, теперь дело дошло до дочери. Ладно, оставим в покое личную жизнь взбалмошного короля. Подкинь ему кое-какую, выгодную для нас, информацию через его шпионку, пусти его по ложному пути, - ухмыльнулся султан.
- Слушаюсь, повелитель, - вновь поклонился паша.
- Что же, Ибрагим, ты превзошёл себя, - с явным одобрением посмотрел на него Сулейман, - ты служишь великую службу отечеству. Я знал, что могу положиться на твой острый ум и преданность. За эту блестящую работу прими не только мою благодарность на словах, но также моё решение увеличить тебе жалованье. Ты заслужил это.
Ибрагим-паша тотчас поклонился ещё ниже.
- Ваша похвала, мой повелитель, для меня высший дар. Ваши слова греют душу больше любого золота, а Ваша щедрая награда придаёт мне новые силы для служения Вам и Османской империи! - вдохновенно промолвил он.
Султан Сулейман с одобрением похлопал его по плечу и обратился к своему сыну:
- Видишь, Мустафа, как искусно Ибрагим раскрывает все эти козни? Но, скажу тебе, он мне очень пригодится в предстоящем походе. Его стратегический гений, тактические навыки и храбрость в бою неоценимы. Он умеет настраивать янычар на победу, причём не только словами, но и поступками. Поэтому тебе здесь без него будет непросто, но я верю, что ты справишься. Этот "музыкант", думаю, захочет остаться во дворце. А с его опытом в разведке он станет тебе отличной опорой. Ну что же, на сегодня всё. Вы можете идти.
- Простите, повелитель, у меня есть одна просьба к Вам, - склонившись в почтении, произнёс Мустафа.
- Говори, - коротко разрешил султан.
- Как Вам известно, нашлись отец и сводная сестра Маргариты. Она очень к ним привязана и явно скучает. Не могли бы Вы найти для её отца должность поближе к столице?
- Что же, думаю, это возможно, - после нескольких минут раздумий ответил султан, - этот Бернардо защитил тебя, мой шехзаде. Его дочь помогла раскрыть лагерь персов у самой нашей столицы. Что скажешь, Ибрагим?
- Повелитель, я с Вами полностью согласен. Я навёл справки об этом Бернардо, он много лет вёл закрытый образ жизни, боясь преследований своих бывших, скажем так, коллег. И оказался прав. На него с дочерью было совершено по_кушение шпионкой Розалиндой. Также мне удалось установить, что им приобретено пять судов, которые он сдаёт в аренду торговцам и получает за это хорошую плату. И вот ещё что, повелитель, я хотел рассказать Вам позже, но раз уж речь зашла о Маргарите, скажу сейчас. Судя по расшифрованным сведениям, предоставленным Музыкантом, можно точно сказать, что канцелярия императора Карла пыталась завербовать девушку для ведения подрывной деятельности против Османского государства и лично Вас. Я расспросил подробно этого флейтиста о данной информации, он подтвердил её и сказал, что с Маргаритой неоднократно велась беседа со стороны её, так называемого дяди, с целью привлечения её к шпионской деятельности, однако она твёрдо отвечала отказом, и даже тогда, когда к ней было применено внешнее воздействие на её мозг в виде саше с гипнотическим ароматом.
- О, Аллах, чего только нет в арсенале этих Габсбургов, - покачал головой падишах.
- Это не Габсбурги, повелитель, саше передала шпиону Паоло британка Лора, с которой они периодически общались, - уточнил Ибрагим.
- Вот как? Следи Ибрагим, чтобы она на Гритти так не воздействовала, он хоть и не владеет всеми нашими тайнами, но всё же знает много. Хорошо, Ибрагим, информация исчерпывающая. Подумай и представь мне завтра предложения, куда и кем можно назначить этого Бернардо.
- Повелитель, у меня сейчас возникла одна мысль. Как известно, губернатор Битлиса оказался предателем, он ка_знён, а его обязанности временно исполняет помощник. Я ещё не подобрал туда кандидатуру, так вот - можно попробовать Бернардо, думаю, он справится, - предложил паша.
- Битлис - это важный форпост, именно через него нашли лазейку персы, - нахмурился султан и, подумав, несколько минут согласился, - мы хорошо укрепили этот участок после того случая с лагерем сефевидов, люди там служат проверенные, а вот грамотного руководителя им не хватает. Что же, ставь туда Бернардо, пусть служит. Если что - дочь ему поможет, отважная хатун, - улыбнулся он.
- Да государь, и бдительная, - подхватил Ибрагим.
- Это для тебя самое главное, - ответил султан и посмотрел на Мустафу, - можешь сказать Маргарите, что я возьму её отца на службу.
- Спасибо, повелитель, да продлит Аллах Ваши благословенные дни! Маргарита будет очень рада, - поблагодарил отца Мустафа.
- Если вопросов больше нет, вы можете идти, - сказал султан, и Ибрагим с Мустафой склонив головы, покинули апартаменты падишаха.
Мустафа по пути в свои покои сначала решил зайти к Маргарите и сообщить ей приятную новость.
Та, вне себя от радости, обняла его, но смущённая своим порывом, отпрянула и склонила голову.
- Простите меня шехзаде, за мою несдержанность, просто я так счастлива…Благодарю Вас! Да ниспошлёт Вам Всевышний свои самые щедрые дары и благословения, как и Вы даровали мне эту радость.
Мустафа слегка удивился, услышав красивое пожелание Маргариты в османских традициях, и поощрительно поцеловал девушку в лоб.
Ибрагим же, возвратившись в кабинет, спрятал бумаги в стол и почувствовал, как уходит напряжение.
- Альпай, войди, - позвал он своего телохранителя, стоявшего у дверей, и воин тут же возник на пороге, - пора домой, Альпай, - сказал ему Ибрагим, поднимаясь из-за стола.
- Домой? Что-то случилось? - с беспокойством спросил тот, взглянув на пашу.
- Нет, всё отлично, как давно не было. Я доложил повелителю о ходе нашего дела, о том, что расследование завершено. Он остался доволен и позволил нам сегодня отдохнуть. И ещё кое-что. Султан, по своей милости, решил увеличить моё жалованье. А я, в свою очередь, попросил его позаботиться и о вас, моих верных соратниках, сказав, что без вашей помощи мы бы не достигли такого результата. И он согласился повысить жалованье и вам троим, причём значительно. Можешь передать Гюрхану и Башату. Вот такие приятные вести и такой подарок сделал мне султан. Помнишь ту цыганку, что предсказала мне ценный сюрприз? - с довольной улыбкой спросил Ибрагим.
- Конечно, помню, Ибрагим-паша, - ответил Альпай, - ведь она и мне тогда сказала, что меня ждут неожиданные подарки. И вот, пожалуйста! Я верю в предсказания, и это меня совсем не удивляет. Назлы будет в восторге, ведь теперь мы сможем купить дом побольше. Хотя, по мне, и этот хорош, главное - уютный. Но она считает, что жильё должно соответствовать моему положению, а то как-то несолидно. Она мне даже в деталях описала, каким видит наш будущий дом, и я, честно говоря, удивился её фантазии.
- Что ж, Альпай, твоя Назлы права, - согласился Ибрагим, - ты - правая рука великого визиря, а дом у тебя и правда как у обыкновенного паши. Что подумают обо мне подданные? Решат, что я совсем не забочусь о своих служащих. Так что, Альпай, завтра даю тебе день на поиски нового жилья. И не скупись, я добавлю тебе столько, сколько потребуется, безвозмездно.
- Ну, командир, порадовали так порадовали! Да хранит Вас Аллах! - вдохновенно ответил Альпай, - представляю лицо моей Назлы! Жаль только, что ей нельзя сильно волноваться, опасно в её положении.
- Ничего, даст Аллах, всё будет хорошо. Она у тебя женщина крепкая, умница! - успокоил его паша, - а я вот, напротив, хочу сильно удивить свою Мухсине, без всякой подготовки. Она как-то говорила, что ей очень интересно, чем повелитель наградит меня за мои успехи. Вручит мне мешочек золота или какой-нибудь драгоценный перстень? Она даже поспорить со мной хотела, - улыбнулся он, - зря я тогда отказался. Выиграл бы спор, потому что Мухсине и подумать не могла, что повелитель поднимет мне жалованье. Оно и так высокое, и никогда не менялось для великих визирей…
Мирно беседуя, Ибрагим-паша и Альпай покинули кабинет и направились к выходу. Альпай проводил Ибрагима до кареты, а затем вернулся, чтобы сообщить страже, что сегодня он больше не вернётся во дворец. Он также попросил передать Гюрхану и Башату, что Ибрагим-паша ждёт их завтра, как обычно, в своём кабинете.
Четверть часа спустя Ибрагим прибыл к своему дому, и стражник тут же распахнул перед ним ворота.
- Арслан-ага, сегодня я никуда больше не поеду. Сообщай мне обо всех, кто захочет меня увидеть, - распорядился паша и направился по дорожке к дому, с улыбкой предвкушения на губах.
Тишина, царившая в гостиной, вызвала у него некоторое беспокойство.
- А где Мухсине-хатун? - спросил он у слуги.
- Она в своих покоях, господин, - склонившись, ответил тот.
- В такое время? Всё в порядке? - уточнил Ибрагим.
- Да, господин, - коротко заверил его слуга, и Ибрагим поспешил в комнату жены.
Мухсине сидела на диване, погружённая в книгу. Увидев мужа, она тут же встала и пошла ему навстречу.
- Ибрагим, почему ты так рано? - с ноткой тревоги в голосе спросила она и тут же улыбнулась, - ты выглядишь счастливым и возбуждённым. Ну, рассказывай, что случилось!
- Мухсине, моя дорогая! Ты не поверишь, какие вести я принёс!
- Ибрагим, мой любимый! Я вижу, что ты сегодня особенно сияешь. Что же всё-таки случилось?
- Султан Сулейман вернулся! И он был очень доволен моей работой. Он не только поблагодарил меня за службу, но и вознаградил, - произнёс Ибрагим и загадочно улыбнулся.
- Вознаградил? И как же? Ибрагим, не молчи, я сгораю от нетерпения, что же это - подарок или золото? – с оживлением спросила Мухсине.
- Он повысил моё жалованье, причём, очень ощутимо! Представляешь?
Мухсине тут же бросилась мужу на шею.
- О, не может быть! Это так чудесно, мой дорогой! Я так горжусь тобой! Ты всегда был лучшим, и теперь это признал сам повелитель! Наконец-то мы сможем построить ещё одну мечеть.
Ибрагим довольно рассмеялся и поцеловал жену в лоб.
- Знаешь, я сегодня вспомнил слова одной цыганки, которая когда-то предсказала мне, что я получу очень ценный подарок, я тебе рассказывал. Я тогда не придал этому значения, но теперь…
Мухсине немного отстранилась и посмотрела на него с лукавой улыбкой.
- А у меня тоже есть сюрприз для тебя, Ибрагим. И он, я думаю, будет самым ценным!
- Правда? О, благодарю тебя, моя любовь! Я уже в предвкушении! Ты всегда умеешь меня удивлять! И я ничуть не сомневаюсь, что твой подарок будет не менее дорогим. Ну, давай же, преподноси, - Ибрагим с любопытством посмотрел на жену.
Мухсине прижалась к нему и с нежностью в голосе промолвила:
- Ибрагим… я беременна.
Он на мгновение замер, а затем его лицо озарилось непередаваемой радостью.
- Беременна? Ты… ты уверена? О, Мухсине! Это… это самое прекрасное известие! Это… это больше, чем я мог мечтать! Мой ребёнок! У меня будет ещё один сын! …Или дочь! Мухсине, после стольких лет, это невероятно! - он крепко обнял жену и закружил её в объятиях, - так вот о каком бесценном даре предупреждала меня цыганка! - воскликнул он, и смех их обоих тут же наполнил комнату.
Утро следующего дня выдалось для Ибрагима не совсем обычным - он прибыл во дворец с некоторым опозданием. У входа его уже поджидали Башат и Гюрхан.
- Командир, - с лёгкой усмешкой заметил Гюрхан, - помнится, в прошлый раз, когда Вы задержались, причина была очень весомой.
- И выражение лица у Вас сегодня такое же, как тогда, - подхватил Башат, поддерживая шутливый тон друга.
Ибрагим, уловив их намёк, лишь ухмыльнулся.
- От вас ничего не утаишь, - ответил он и мгновение помолчав, добавил: - Вы правы, сегодня я тоже опоздал по уважительной причине. Взял на себя заботы о сыне, чтобы моя жена могла больше отдохнуть. Скоро у нас появится ещё один наследник или наследница! - с радостью сообщил он.
- О-о, командир, поздравляем! Какая замечательная новость! А помните цыганку Гожи? Она же нам всем предсказывала подарки и сюрпризы! - воскликнул Башат.
- И это ещё не всё, - продолжил Ибрагим, - наш повелитель вчера выразил мне своё одобрение и приказал повысить жалованье всем нам!
- Ур-ра! - эхом прокатилось по коридору радостное восклицание.
- Тише, проходим все ко мне, - распорядился Ибрагим, первым направляясь в свой кабинет.
Они обсудили все приятные новости и занялись решением текущих задач.
- Ребята, продолжаем следить за Гритти и англичанкой. Повелитель распорядился подбросить ей несколько фактов, давайте, решим как мы это сделаем. Да, и вот ещё что. Шехзаде Мустафа попросил падишаха найти место при дворе отцу Маргариты, и повелитель решил назначить Бернардо губернатором Битлиса. Нужно будет последить за этим Бернардо здесь, а в Битлис я отправлю кого-нибудь из пашей помогать ему ну и приглядывать за ним первое время. Итак, каким образом мы предоставим британке ложную информацию под видом достоверной…
Ибрагим не успел закончить фразу, так как в дверь постучали.
- Войди, - позволил он, и на пороге появился Гюль-ага
- Простите, Ибрагим-паша, Хюррем-султан велела передать, что срочно ожидает Вас в условленном месте, - поклонившись, деловито заявил он.
- Ох, Аллах, что же там ещё случилось? - обеспокоенно пробормотал Ибрагим, поднимаясь из-за стола, - так хорошо начинался день…
- Да уж, потому что слишком хорошо начинался, - вздохнул Башат.
- Подождите меня здесь. Возможно, это что-то срочное и требующее немедленного внимания, - сказал Ибрагим и быстро вышел из кабинета.
Он вернулся гораздо быстрее, чем ожидали, и странным взглядом окинул своих воинов.
- Командир, не держите нас в неведении, что произошло? - с нахмуренными бровями спросил Башат.
- Неужели опять какой-то сюрприз? - с ноткой сарказма в голосе поинтересовался Гюрхан.
- Ты угадал. Только на этот раз сюрприз предназначен для Альпая, - кивнул Ибрагим.
- Для Альпая? Командир, пожалуйста, расскажите скорее, что такого могла ему преподнести сама Хюррем-султан? - нетерпеливо спросил Башат.
- Всё изложено здесь, в этом послании, - Ибрагим достал из-под одежды сложенный лист бумаги и начал неторопливо его разворачивать.
- Это вензель польской королевы? Боны Марии Сфорца? - прищурившись, уточнил Гюрхан.
- Верно, от неё письмо, какой у тебя зоркий глаз, - подтвердил Ибрагим, с улыбкой отметив наблюдательность Гюрхана, - сейчас я вам его зачитаю, слушайте внимательно, - произнёс он и приступил к чтению.
- Дорогая моя Алессандрина! – прочитал он, окинул многозначительным взглядом Башата и Гюрхана и продолжил, - Надеюсь, это письмо найдёт тебя в добром здравии и благополучии. Хочу поделиться с тобой известиями, которые окажутся для тебя неожиданными, как и для меня.
Мне стало известно, что твоя бывшая служанка Назлы, наша милая Дебора, происходит из знатного рода Скалигеров, тех самых, которые долгое время правили Вероной. После того, как Галеаццо изгнал последнего из рода Скалигеров, Антонио, из Вероны, члены их семьи были вынуждены бежать и оказались в Баварии. Чтобы сохранить хоть какую-то связь с прошлым и избежать преследований, они решили изменить свою фамилию на немецкий лад и стали известны как Фон дер Лейтер.
Но не менее удивительным было то, как её семья, некогда могущественные Скалигеры, сумела отыскать её после долгих лет разлуки.
В суматохе и страхе изгнания они потеряли многих своих близких, среди которых оказалась и маленькая Дебора. Они не могли сразу начать поиски, но несмотря ни на что сохраняли надежду.
Как тебе известно, богатые и влиятельные семьи часто имеют своих информаторов и агентов, которые могут собирать информацию в разных уголках Европы. Фон дер Лейтер, несмотря на потерю своего статуса, видимо, сохранили большую часть своих ресурсов и использовали их для поиска своих родственников. Они нашли всех, кроме Деборы.
Годы шли, но память о потерянной девочке не угасала. Семья, несмотря на все трудности, сохраняла надежду на её возвращение.
Однажды к их управляющему приехала из Италии дочь с ребёнком и мужем, неким Чиприано. Тот, услышав печальную историю хозяев поместья, обещал им помочь и спустя столько лет нашёл-таки девочку. Я навела справки об этом Чиприано, он служит в тайной канцелярии Габсбургов, поэтому неудивительно, что он справился с этим делом.
Алессандрина, судя по всем описаниям, я не сомневаюсь, что наша Дебора и есть та самая потерявшаяся госпожа. Но на всякий случай можешь сначала спросить, есть ли у неё медальон, украшенный гербом рода Скалигеров? Это не просто украшение, а символ происхождения всех членов этой династии, который они вешают им на грудь вместе с крестом во время крещения.
У неё должен быть этот старинный медальон.
Алессандрина, обязательно напиши мне, как Дебора, твоя Назлы, воспримет эту невероятную новость. Как важно и как прекрасно, что теперь она узнает свои корни.
Дорогая Алессандрина, эта история меня не столько удивила, сколько подтвердила мои догадки. Я всегда чувствовала в Деборе нечто большее, чем простую служанку, поэтому и отправила её с тобой в Османскую империю.
Это открытие заставило меня задуматься о том, как много тайн скрыто за обыденностью.
Благодарю Бога, дела в моём королевстве идут весьма успешно. Однако младший Сигизмунд начинает вызывать у меня некоторое беспокойство. Он становится немного своевольным, и я чувствую, что ему требуется больше моего внимания в плане воспитания. Но, увы, государственные дела поглощают всё моё время. Ты большая умница, что смогла уговорить султана позаботиться о Яноше Запольяи, муже моей дорогой дочери Изабеллы Ягеллонки. Я тебе очень признательна за это.
Моя дорогая сестра, любимая Алессандрина! Великая Хюррем-султан, императрица Османии! Прими мои искренние пожелания процветания! Да ниспошлёт Всевышний мир и благоденствие тебе, твоим близким и твоей стране!
С радостью и удовлетворением наблюдаю за успехами Ибрагима-паши в борьбе с Габсбургами. Передай ему моё восхищение и поклон.
На этом всё, милая Алессандрина. Целую твои ручки. Скучаю по тебе, хотя мы виделись совсем недавно.
Ибрагим закончил читать и посмотрел на товарищей.
- Хюррем-султан сказала, что уверена в том, что Назлы принадлежит к этому роду делла Скала. Она побывала у Назлы и видела у неё именно такой медальон с выгравированным символом рода Скалигеров - серебряную лестницу на красном щите и двумя белыми псами, которые её охраняют. Кстати, название рода происходит от итальянского слова scala - лестница. Сама Назлы не знает, откуда у неё этот медальон, говорит, он всегда был у неё. Она вообще мало что помнит из детства. Остались лишь обрывочные воспоминания о большом красивом доме и красивой женщине, вероятно, её матери. Далее всё смутно: шум, крики, множество всадников, пустая комната, в которой она была одна, всё время плакала и звала матушку.
Вот такие дела, ребята. Хюррем-султан хотела посоветоваться, как рассказать всё Назлы, чтобы её волнение не навредило будущему малышу, и просила поговорить сначала с Альпаем.
- Да-а…- медленно протянул Башат, - вот уж действительно подарок для Альпая…Гюрхан, ты и сейчас не веришь предсказаниям цыганки Гожи?
- Верю, - сразу ответил тот, - с тех пор, когда вошёл в дом и узнал, что стал отцом двоих здоровых детей.
- Вот именно, - удовлетворённо кивнул Башат и вздохнул, - я тут задумался… Наши жёны - все из знатных родов. А мы словно бы рядом с ними…
- Постой, Башат, ты не прав, - тут же прервал его Ибрагим, - не стоит так принижать свои семьи. Вы попали в Османскую империю по системе девширме и прошли обучение в её сердце - Эндеруне. А там, как вы знаете, обучаются только самые умные и талантливые мальчики из христианских семей. После такого обучения перед вами открыты все двери. Вы можете претендовать на высшие государственные посты. Выпускники Эндеруна становятся визирями, правителями санджаков и получают в жёны сестёр и дочерей султанов. Не зря султаны доверяют им продолжение своей династии. Каких достойных людей выпускает Эндерун! Я сам - сын простого рыбака, к тому же раб, но я горжусь своим родом! Ну что, удалось мне пробудить в вас чувство гордости за свои семьи? - с едва заметной улыбкой спросил Ибрагим.
- Да, командир, спасибо Вам. Вы умеете всё так чётко и ясно объяснить, что вопросов не остаётся, - с явным облегчением, ответил Башат.
- Это точно. И как раз вовремя, а то я уже начал немного унывать. Но после Ваших слов я понял, что нужно жить так, чтобы мои потомки гордились мной и нашим родом, - поддержал друга Гюрхан.
- Правильно, Гюрхан, - согласился Ибрагим, - вот ты и расскажешь об этом Альпаю. Я почему-то думаю, что он не будет в восторге от этой новости.
- Да, я тоже так подумал, - подтвердил Гюрхан, - хотя у него самого родовитая семья. Просто он был пятым сыном, и по закону девширме его пришлось отдать в качестве налога их христианской общины в Османскую империю.
- Завтра мы и поговорим с Альпаем, а сегодня он занимается поиском нового жилья. Только вчера он сказал мне, что Назлы в деталях описала ему свои предпочтения. Теперь я понимаю, почему - видимо, такой дом связан с её детскими воспоминаниями. Ну, слава Аллаху, всё обошлось. Я уж было забеспокоился, что случилось что-то нехорошее. Продолжим нашу беседу, на чём мы остановились? - с облегчением спросил Ибрагим, возвращаясь к утреннему разговору.
- Мы говорили о Лоре Ляйн, по которой мой друг Альвизе Гритти так страдает. Хотелось бы, чтобы она поскорее уехала. Искренне жаль Альвизе, он ведь так надеется, а у неё, похоже, чувства к другому, - с грустью произнёс Башат.
- Кто знает, к кому именно у неё чувства. С Паоло она тоже не проявляла особой теплоты, - с лёгкой усмешкой заметил Гюрхан.
- Время покажет, - мудро заключил Ибрагим, и разговор перешёл к обсуждению текущих дел.
А тем временем Альвизе Гритти, последовав совету Башата, стал более внимательно относиться к Лоре Ляйн и вскоре понял, что с ней что-то не так.