Они ждали этого отпуска целый год. Свадьба была скромной — загс, ужин с родителями, — но медовый месяц они решили провести с размахом: море, солнце, город, где пальмы и запах жареной кукурузы.
Первые три дня прошли как в раю. Петя таскал Лену на руках до воды, она смеялась, а волны сбивали её соломенную шляпу. Но уже на четвёртый день Петя начал замечать взгляды.
Они загорали на шезлонгах. Лена в слитном купальнике, скромном, но фигуру обтягивало идеально. Слева от них расположился здоровенный мужик с татуировкой дракона на плече. Он буквально пожирал Лену глазами.
— Петь, не смотри, — тихо сказала Лена, переворачиваясь на живот.
— Я не смотрю, я слежу, — огрызнулся Петя. — Эй, друг, нечего на чужую женщину глазеть!
Мужик лишь хмыкнул и отвернулся. Но вечером, в баре на набережной, повторилось снова. Какой-то парень подсел к их столику, даже не спросив разрешения, и протянул Лене салфетку со своим номером.
— Девушка, вы такая загадочная… Давайте вечером покажу город?
Петя вскочил, чуть не опрокинув столик.
— Слушай, придурок, она моя жена. Отвали!
— Ну и что, что жена? — развёл руками парень, даже не испугавшись. — Я ей не мешаю, пусть сама решает.
Петя схватил его за воротник. Лене пришлось встать между ними.
— Петь, прошу, уйдём. Успокойся.
Они ушли, но Петя кипел. После того случая он жену одну не отпускал ни на шаг. Даже в туалет в кафе провожал, стоял под дверью. Лена сначала злилась, потом привыкла.
— Ты как цепной пёс, — вздыхала она. — Я же взрослая.
— Здесь озабоченные бараны, — рычал Петя. — Я тебя люблю, и пусть даже не смотрят.
Потом в один из дней они поругались. С утра какой-то официант принёс Лене завтрак и сказал: «Для такой красоты — комплимент от ресторана», при этом на секунду положил руку ей на плечо. Петя швырнул вилку, и официант еле унёс ноги.
В номер они вернулись злые, молчаливые. Петя завалился на кровать, отвернулся к стене и через пять минут вырубился.
Проснулся он от того, что в комнате стало темно. Солнце уже село. Петя протянул руку — Лены не было.
Он сел как ужаленный.
— Лена? — позвал он в темноту.
Тишина. Ванная пуста, балкон открыт, её пляжные шлёпанцы стояли на месте, а вот её розовое платье исчезло с вешалки.
Сердце ухнуло куда-то в желудок. Петя вылетел в коридор, нажал кнопку лифта, но не стал ждать и побежал по лестнице. В голове стучало одно: «Только не это. Только не опоздать».
Он вылетел на набережную. Вокруг гуляли парочки, пахло морем и шашлыком. Ни Лены, ни её силуэта. Петя метался как раненый зверь, заглядывая в каждый прибрежный скверик.
Он уже почти кричал её имя, когда в переулке между гостиницей и заброшенным киоском с газировкой заметил движение.
Лена стояла, прижатая спиной к стене. Ей зажимали рот огромной ладонью. Мужик — вчерашний, с драконом! — второй рукой шарил по её животу, спускаясь ниже. Лена не кричала — просто не могла. Из-под пальцев текли беззвучные слёзы. Она смотрела перед собой остекленевшими, полными ужаса глазами.
Петю будто ударило током. Он не думал — просто рванул. Пинок в спину, потом, когда мужик развернулся, удар точный, с оттяжкой — прямо по почкам.
Татуированный согнулся пополам, засипел, но Петя уже не видел его. Он схватил Лену, прижал к себе, как самую хрупкую вещь на свете.
— Ты как?! Он тебя...? Лена, смотри на меня!
Она всхлипнула, уткнулась в его плечо. Дрожала так, что у неё зуб на зуб не попадал.
— Я... я только хотела в аптеку. Тебе пана... пантенол от загара... Прямо за углом же...
— Зачем ты вышла одна?! — заорал Петя, и голос его сорвался на хрип. — Я же говорил! Я же просил!
Лена подняла заплаканное лицо. Впервые он видел в её глазах не обиду, а страх.
— Петенька, я не думала, что так будет. Клянусь. Я думала, здесь светло, люди кругом... Что за город такой?! — зарыдала она. — Озабоченные все! Как будто женщин не видели никогда!
Петя обнял её так, что затрещали рёбра. Оглянулся — мужик уже уполз, растворился в темноте. Животное.
— Всё, молчи. В номер. Быстро.
В груди кипела такая злоба.
В номере он усадил её на кровать, сам схватил телефон. Набрал справочную аэропорта.
— Скажите, можно сдать билеты на четверг и купить на завтра? На любые, даже с пересадкой!
— Минуточку... — голос в трубке был равнодушным. — На завтра вообще ничего. Ни на утро, ни на вечер. Все выкуплено. Ближайшие места в вашем направлении — через три дня.
Петя бросил телефон на кровать.
— Три дня, — выдохнул он. — Никаких билетов.
Лена молча смотрела на него. В её взгляде читалось одно: «Что мы будем делать?»
— Значит так, — Петя сел рядом, взял её за руку. — Из гостиницы — ни ногой. Бассейн только для постояльцев. Туда и будем ходить. Я не шучу, Лена. Если ты высунешь нос на улицу без меня — я усомнюсь в твоём здравомыслии и разведусь.
Она слабо улыбнулась.
— Хорошо, Петь. Я больше никуда. Даже в аптеку.
— К чёрту аптеку. К чёрту это море.
Лена прижалась к нему, и он почувствовал, как постепенно перестаёт дрожать её тело.
Последние три дня они провели в отеле. Плавали в бассейне, заказывали ужин в номер, смотрели дурацкие фильмы по телевизору. Петя не сводил с Лены глаз даже в лифте. Она не жаловалась.
Когда они летели домой, Лена смотрела в иллюминатор, и Петя видел, как она улыбается.
— Чего? — спросил он.
— Знаешь, — она взяла его за руку. — Я рада, что вышла за тебя.
— Даже после этого кошмара?
— Именно после него, — она поцеловала его в щёку. — Ты мой рыцарь. Только больше ни с кем не дерись, ладно?
Петя хмыкнул и притянул её к себе.
— Договорились. Но если кто-то ещё... — он не договорил, но Лена и так всё поняла.
Самолёт шёл на посадку в родном городе. И дома, в тихой, спокойной жизни, у них было ещё три дня настоящего медового месяца. Без моря. Без южного солнца. Зато в безопасности.