Глава 13
Ефима забрали быстро. На этот раз уже так, что даже мысль о повторном исчезновении должна была стать невозможной.
Громов приехал на Снеговую сам. Посмотрел на склад, на задержанных подельников Андрея, на следы драки, на дымную вонь от сработавшей системы и на Олега - так, будто окончательно смирился с тем, что рядом с этим человеком спокойных ночей не бывает.
– Ну? - спросил он коротко.
Олег пересказал всё без украшений: Ефим у них, Андрей на месте, разговор, попытка ликвидации, драка, побег на запасной машине, фраза Ефима про Игоря, документы, подписи и доступ.
Громов слушал молча.
Когда Олег закончил, капитан медленно выдохнул.
– То есть девочка была не конечной целью, - сказал он.
– Нет.
– А инструментом давления.
– Да.
Громов кивнул.
– Тогда становится понятнее, почему всё было так дорого и так аккуратно, - сказал он. - Похищение дочери крупного застройщика - это не про эмоции. Это рычаг.
– Или вход, - добавил Олег.
– Или вход, - согласился Громов.
Он тут же дал несколько распоряжений своим: отдельно охранять Ефима, срочно поднимать финансовый блок по компаниям Игоря, проверять всех, кто мог быть связан с корпоративными документами, доверенностями, цифровым доступом и старыми спорными сделками.
Савельев слушал это с каменным лицом.
– Я говорил Игорю, - сказал он тихо, уже не столько Громову, сколько самому себе, - что слишком многие начали крутиться вокруг новых площадок и заходить с разных сторон. Но чтобы вот так...
– Какие площадки? - сразу спросил Олег.
Савельев перевёл на него взгляд:
– Два порта, логистика, земля под расширение, новые подрядные окна. Там денег столько, что на них можно купить не одну свадьбу, а полгорода.
Олегу стало ещё понятнее, почему Андрей выглядел не как обычный охотник за деньгами.
Он не просто шёл к богатой невесте.
Он заходил в систему Игоря изнутри.
Через доверие.
Через семью.
Через неё.
———
К дому Игоря они приехали уже глубокой ночью.
На этот раз вместе: Олег, Савельев и Громов.
Охрана у ворот стояла почти по военному. Свет во дворе горел весь. В окнах первого этажа тоже.
Игорь ждал в кабинете.
Катя не спала.
Она сидела в кресле у окна в тёмном свитере, без макияжа, с собранными небрежно волосами, и выглядела не уставшей, а опустошенной. Но когда они вошли, поднялась сразу.
– Что случилось? - спросила она, глядя сначала на Олега, потом на отца. - Вы нашли его?
– Почти, - ответил Олег.
Это "почти" ей не понравилось сразу.
Игорь посмотрел на Громова:
– Говорите.
Капитан не стал растягивать.
– У нас есть подтверждение, что Андрей был на складе на Снеговой. Он участвовал в удержании Ефима и, по всей видимости, собирался его устранить. Ушёл за секунды до захвата.
Катя побледнела, но не села.
– Значит, это уже точно, - тихо сказала она.
Никто не стал уточнять, что именно "это".
Игорь сжал челюсть.
– Дальше.
Громов продолжил:
– Ефим начал говорить. Пока фрагментами. Но ключевое уже прозвучало. История с Катей могла быть частью давления на вас. Не только ради неё. Ради доступа к вашим документам, решениям, подписи, бизнесу, деньгам.
Игорь очень медленно повернул голову к дочери.
Катя стояла неподвижно.
Потом спросила:
– То есть он был со мной... чтобы выйти на папу?
Голос у неё не дрогнул.
И от этого всем стало только тяжелее.
Олег ответил сам:
– Похоже на то.
Она кивнула один раз.
Будто поставила точку внутри себя там, где ещё вчера была надежда хотя бы на ошибку.
Игорь резко ударил ладонью по столу.
– Я его убью.
– Нет, - сказал Громов.
– Не указывайте мне, что делать в моём доме.
– Тогда я скажу как сотрудник полиции, - спокойно ответил капитан. - Если вы сейчас дёрнетесь лично, вы разрушите дело, спугнёте всю эту группировку и дадите его адвокатам возможность орать о личном конфликте. Вам это надо?
Игорь смотрел на него тяжело, почти враждебно.
Но Громов выдержал его взгляд.
Олег видел: только потому этот разговор и продолжается, что оба понимали цену происходящего.
Катя вдруг села обратно в кресло. Очень медленно. Как будто силы ушли не от шока, а от окончательного понимания.
– Я даже кольцо не сняла сразу, - сказала она почти шёпотом, глядя куда-то в пол. - После ресторана. После сообщений. После всего. Просто убрала в ящик и не хотела на него смотреть.
Никто не перебивал.
Она подняла взгляд на Олега:
– Вы ведь с самого начала почти всё поняли, да?
– Не всё.
– Но главное - да.
Он не ответил.
Этого было достаточно.
Катя сухо усмехнулась:
– Ненавижу, когда рядом оказывается человек, который видит тебя лучше, чем ты сама.
– Это временно, - сказал Олег.
– Очень плохое утешение.
Но в голосе не было злости. Только усталость.
Савельев разложил на столе папки.
– Игорь Сергеевич, нам придётся поднимать всё. Полномочия, доверенности, кто видел проекты, кто знал, где вы храните документы, кто имел доступ к электронным ресурсам. Андрей мог идти через все эти каналы к вам очень давно.
– Через Катю, - жёстко сказал Игорь.
– Через доверие, - поправил Громов. - Так точнее.
Катя посмотрела на него внимательно.
– Не смягчайте, - сказала она. - Через меня тоже.
После этих слов даже Игорь не нашёл, что возразить.
———
Оставшуюся часть ночи они работали.
Именно работали - хотя всё происходило в частном доме, среди дорогой мебели, ламп и тишины за окнами.
Из кабинета сделали штаб.
Савельев поднял списки доверенных сотрудников и подрядчиков.
Громов обзванивал своих по финансовым и регистрационным цепочкам.
Олег с Игорем просматривали старые сделки, в которых Андрей мог появляться хотя бы косвенно: на приёмах, через инвестгруппы, через "случайные" знакомства, через рекомендателей.
Катя сначала сидела молча, потом вдруг встала и подошла к столу.
– У него был человек, который нас познакомил, - сказала она. - Точнее, не познакомил. Свел.
Все посмотрели на неё.
– Кто? - сразу спросил Олег.
– Женщина с фонда. Марина Белецкая. Мы несколько раз пересекались на мероприятиях отца. Она как-то очень естественно ввела Андрея в круг. Сказала, что он помогает с какими-то городскими программами, инвестициями, культурными проектами... Всё выглядело нормально.
Громов записал имя.
– И где сейчас эта Марина?
Катя пожала плечами:
– Не знаю. Но после моей помолвки она как-то резко пропала. Я даже не думала об этом.
Олег переглянулся с Громовым.
Вот и ещё одна зацепка.
Игорь мрачно сказал:
– Поднимайте и её.
Савельев кивнул и вышел сделать звонок.
Катя осталась стоять у стола, глядя на разбросанные бумаги.
– Самое мерзкое, - сказала она тихо, - что теперь я перебираю в голове каждый разговор с ним и не понимаю, было ли там хоть что-то настоящее.
Олег поднял глаза.
– Возможно, что-то и было.
Она посмотрела на него резко.
– Зачем вы это говорите?
– Потому что люди редко играют идеально. Даже когда всё строят на расчёте.
– То есть мне должно стать легче от мысли, что он, может быть, иногда врал не полностью?
– Нет, - честно сказал Олег. - Легче не станет.
Катя опустила взгляд.
– Вот теперь это похоже на правду.
Игорь устало сел в кресло.
За несколько дней он будто постарел лет на пять. Не внешне даже - внутри. В движениях появилась та тяжесть, которая приходит, когда удар пришёл не в бизнес, а в дом.
– Если он хотел доступ ко мне через брак, - сказал Игорь, - значит, он рассчитывал на время. На закрепление. На то, что станет "своим".
– Да, - сказал Олег.
– Значит, не собирался останавливаться на одном ходе.
– Нет.
Громов добавил:
– И если его начали поджимать, то попытка похищения могла быть уже не первым планом, а ускорением. Силовой фазой.
– Потому что не успевал? - спросила Катя.
– Или потому что вы стали отходить, - ответил Олег.
Она медленно кивнула.
– Я правда начала. Ещё до того вечера. Меня в нём что-то стало... напрягать. Как будто всё правильно, а внутри как-то тревожно.
Олег вспомнил ресторан, ровную улыбку Андрея, его телефон у коридора, тот взгляд, который он не успел спрятать.
Да. Она почувствовала раньше, чем поняла.
Иногда сердце человека видит ложь раньше разума.
———
Ближе к четырём утра пришёл первый серьёзный результат.
Савельев вернулся в кабинет с телефоном в руке и сказал:
– Нашли Марину.
Все одновременно подняли головы.
– Где? - спросил Громов.
– Не "где". Нашли след. Три месяца назад она получила крупный перевод от компании-посредника. А компания связана с одним юристом, который раньше работал на конкурентов Игоря Сергеевича по портовой земле.
Игорь медленно выпрямился.
– Фамилия?
Савельев назвал.
Игорь выругался впервые за всё это время вслух. Коротко и очень грязно.
Олег посмотрел на него:
– Знаете его?
– Знаю. Старый шакал. Сам в лоб не идёт, всегда заходит через третьи руки. Если он в этом замешан, значит, всё было не только ради денег "здесь и сейчас". Это борьба за кусок пирога. За активы на годы вперёд.
Громов уже писал кому-то сообщение.
– Отлично, - сказал он. - Теперь у нас появляется не просто жених-психопат и цепочка исполнителей, а мотив на уровне бизнеса и организаторов.
Катя держалась очень прямо.
– И всё это действительно началось из-за того, что я была удобным входом, - сказала она.
Никто не поспорил.
Потому что это было правдой.
Но Олег всё-таки сказал:
– Началось не из-за вас. Началось из-за них.
Она перевела на него глаза.
– Разница есть?
– Есть. Большая.
– Какая?
– Вы - не причина. Вы человек, чье доверие обмануто ради разрушения бизнеса вашего отца.
Несколько секунд Катя молчала.
Потом тихо сказала:
– Иногда вы говорите вещи, которые я потом долго не могу из головы выбросить.
– Это не всегда плохо.
– Пока не решила.
Игорь поднялся.
– Всё. На сегодня хватит. Катя - спать. Остальное утром.
– Я не усну, - сказала она.
– Это уже не аргумент.
Она хотела возразить, но, видимо, поняла, что сил нет даже на это.
Повернулась к двери, потом вдруг остановилась и посмотрела на Олега:
– Вы тоже хоть иногда спите?
– Иногда.
– Сегодня попробуйте.
– Постараюсь.
Она кивнула и вышла.
Когда дверь за ней закрылась, Игорь сказал тихо:
– Она держится лучше, чем я ожидал.
Олег ответил не сразу:
– Потому что уже перестала надеяться, что это ошибка.
Игорь долго молчал.
Потом спросил:
– А вы? Если бы на его месте был кто-то менее очевидный, вы бы тоже это увидели?
– Не знаю.
– Врёте.
– Возможно, - сказал Олег.
Игорь чуть качнул головой. Не с осуждением - скорее как человек, который начинает понимать другого чуть лучше, чем хотел.
За окном медленно серело.
Ночь заканчивалась.
Но вместе с ней заканчивалась и та часть истории, где они ещё могли сомневаться в истинных целях.
Теперь у них были люди, схема, мотив и беглец, который уже больше не сможет их обманывать.
А это значило, что следующая фаза будет самой опасной.
Потому что загнанные люди с большими ставками почти никогда не сдаются спокойно.