Есть одна штука, которую я заметил за годы наблюдений за автоспортом. Когда команда исчезает из "Формулы-1", о ней быстро забывают. Словно её и не было вовсе. Но вот с "Марусей" всё иначе – её помнят до сих пор. И дело не только в трагедии с Жюлем Бьянки, которая перевернула весь мир автоспорта. Дело в том, что это был наш проект. Проект с русским названием, русским инвестором и Николаем Фоменко во главе технического отдела.
Недавно я наткнулся на новость: Фоменко стал лицом платформы «Авито Авто». Листаю ленту, вижу его улыбающееся лицо в рекламе – и сразу вспоминаю те годы, когда он пытался доказать всему миру, что русская команда может соревноваться с мировыми гигантами. Пусть и на последних позициях, но соревноваться. И знаете что? У него получилось. Частично.
Как всё начиналось
Я помню тот момент, когда "Маруся" появилась на стартовой решётке. Чёрно-красный болид с русским названием. Фоменко руководил инженерным отделом, Андрей Чеглаков вкладывал миллионы, а я – обычный зритель с диваном и пивом – искренне верил, что мы сейчас всем покажем.
Команда появилась в две тысячи одиннадцатом, поначалу как спонсор. Потом её полностью выкупили. Бюджет был смешной по меркам королевских гонок – около шестидесяти миллионов долларов в год. Для сравнения, "Феррари" или "Мерседес" тратили раза в четыре больше. Но Фоменко нашёл свой путь: вместо традиционных испытаний в аэродинамических трубах сделали ставку на компьютерное моделирование. Технология CFD тогда казалась экзотикой, а сегодня без неё никто не обходится.
Идея была простая: если нет денег на дорогое оборудование, используй мозги. И это работало. Команда медленно, но верно поднималась в турнирной таблице. Двенадцатое место в два тысячи одиннадцатом, одиннадцатое в следующем году, десятое через год. А в четырнадцатом – внезапное девятое, обогнав даже "Заубер" с его двадцатилетней историей.
Жюль Бьянки и крах мечты
Но тут случилось то, что перечеркнуло все достижения. Гран-при Японии, октябрь четырнадцатого года. Жюль Бьянки – молодой талантливый француз, которого "Феррари" отдали в "Марусю" на обучение вместе со скидкой на моторы – попал в неприятную историю. Трасса мокрая, видимость никакая, автомобиль безопасности на треке. Жюль ошибся в повороте, машину понесло, и он въехал прямо в трактор, который эвакуировал другой болид. Через год он ушел из жизни.
Я тогда физически ощутил, как всё рухнуло. Не только для семьи Бьянки, не только для команды – для всего проекта. Имя "Маруся" теперь ассоциировалось не с техническими достижениями и борьбой за очки, а с трагедией. Найти спонсоров стало невозможно. Кто захочет вкладываться в команду, которую СМИ связывают со смертью пилота?
Чеглаков рассказывал потом, что вложил огромные деньги. Точные цифры не называл, но по слухам речь шла о двухстах миллионах долларов долгов. После Гран-при России команда объявила о банкротстве. Сезон не доехали до конца. Всё, занавес.
Что сейчас
Фоменко после этого ушёл из автоспорта. Пробовал в политику – баллотировался в Мосгордуму от "Партии Роста", но не прошёл. Снялся в нескольких сериалах, вёл передачи. А сейчас вот рекламирует автомобильную платформу. Ирония судьбы: человек, который пытался построить команду в "Формуле-1", теперь помогает людям покупать подержанные машины.
Чеглаков тоже не пропал. Занялся IT-компанией "Мой офис", которая разрабатывает аналог офисных программ. Говорит, что при определённых условиях мог бы снова попробовать вернуться в автоспорт, но теперь смотрит в сторону электрических серий. Только вот вопрос: кто ему даст второй шанс после того провала?
Наследие и выводы
Знаете, что самое обидное? "Маруся" доказала, что русская команда может существовать в королевских гонках. Да, на последних позициях, да, без побед, но она продержалась дольше других новичков вроде "Катерхэм" и "ХРТ". Технологии, которые они внедрили, сейчас используют все команды. А молодые инженеры из "Маруси" потом перешли в "Мерседес" и помогли немцам удержать доминирование.
Но всё это перечеркнула одна трагедия. И вот тут я начинаю думать: а стоило ли вообще лезть в эту авантюру? С одной стороны, мы показали, что можем. С другой – сколько денег потрачено, сколько нервов, и ради чего? Ради девятого места в Кубке конструкторов и двух очков за весь сезон?
Фоменко как-то сказал, что главное достижение – не гоночные результаты, а технологические решения. Может, он прав. Может, важнее не победы, а сам факт участия. Но когда видишь, как человек, который управлял инженерным отделом команды в королевских гонках, теперь рекламирует сайт по продаже автомобилей, понимаешь: мечта так и осталась мечтой.
Впрочем, кто знает. Может, когда-нибудь появится новая команда с русскими корнями. Может, на этот раз повезёт больше. Но лично я после истории с "Марусей" не строю иллюзий. Королевские гонки – это игра для миллиардеров, а не для энтузиастов с ограниченным бюджетом и большими амбициями.