Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
DLFY

Холодный душ для портфелей: почему сверхбогатые пересматривают долларовую ставку

Опрос UBS среди 307 семейных офисов со средним капиталом в $2,7 млрд (Global Family Office Report 2026) фиксирует прагматичный сдвиг: сверхбогатые семьи начали переоценивать долларовую экспозицию. Весенняя волатильность американской валюты сработала как будильник — 65% опрошенных ожидают ослабления статуса доллара как резервной валюты и постепенно переходят на мультивалютные стратегии, отдавая предпочтение евро и швейцарскому франку. Важно: это пока скорее переоценка и намерение, чем массовый исход — Северная Америка остаётся крупнейшей долей в их портфелях. Это не просто тактическая ребалансировка, а структурный пересмотр рисков. Причины лежат на поверхности: рекордный госдолг США и геополитика, которую сами семейные офисы называют главным риском. Когда валюта становится инструментом прямого санкционного давления, держать в ней все активы — неоправданный риск даже для тех, кто максимально далёк от политики. При этом частный капитал здесь лишь догоняет центробанки, которые давно диве

Холодный душ для портфелей: почему сверхбогатые пересматривают долларовую ставку

Опрос UBS среди 307 семейных офисов со средним капиталом в $2,7 млрд (Global Family Office Report 2026) фиксирует прагматичный сдвиг: сверхбогатые семьи начали переоценивать долларовую экспозицию. Весенняя волатильность американской валюты сработала как будильник — 65% опрошенных ожидают ослабления статуса доллара как резервной валюты и постепенно переходят на мультивалютные стратегии, отдавая предпочтение евро и швейцарскому франку. Важно: это пока скорее переоценка и намерение, чем массовый исход — Северная Америка остаётся крупнейшей долей в их портфелях.

Это не просто тактическая ребалансировка, а структурный пересмотр рисков. Причины лежат на поверхности: рекордный госдолг США и геополитика, которую сами семейные офисы называют главным риском. Когда валюта становится инструментом прямого санкционного давления, держать в ней все активы — неоправданный риск даже для тех, кто максимально далёк от политики.

При этом частный капитал здесь лишь догоняет центробанки, которые давно диверсифицируют резервы в пользу золота и других валют. Но без преувеличений: доля доллара в мировых валютных резервах по-прежнему доминирует — около 57% по данным МВФ (COFER, Q4 2025), хотя и снижается с пика в 72% начала 2000-х. До «примерно 40%» речь пока не идёт; разговоры о таком уровне — это либо доля во всех резервах с учётом золота, либо публицистическое преувеличение. Рост доли золота у центробанков, к слову, во многом объясняется его подорожанием, а не массовым сбросом долларовых активов.

Куда перетекает высвобождающаяся ликвидность? В фокусе — акции развивающихся рынков и реальные активы: энергетика и ресурсы, инфраструктура, а также ИИ в здравоохранении (это топ-темы по аллокациям в отчёте). Логичный хедж от инфляции и долгосрочная ставка. А вот долю недвижимости семьи сокращают. Географически капитал разворачивается в сторону Азиатско-Тихоокеанского региона, Большого Китая и Западной Европы.

Похороны доллара объявлять рано — он ещё долго будет оставаться главной расчётной единицей планеты. Однако монополия дала трещину. Главный вывод из исследования UBS в том, что дедолларизация перестала быть исключительно политическим нарративом развивающихся стран. Теперь это финансовая стратегия самых консервативных и информированных игроков рынка — семейных трастов. Умные деньги просто снижают риски.