Ива завертела головой, отыскивая говорившего, но увидела лишь чёрного ворона. Он сидел на низкой ветке дуба и укоризненно на неё смотрел.
– Зррря! – повторил ворон. В его умных глазках мелькнуло явное презрение.
– Ты словно разговариваешь! – Ива улыбнулась ворону и передразнила его:
– Зррря!
– Не словно, а ррразговариваю! И пожалуйста, даже не пытайся каррркать вслух – у тебя отвррратительное пррроизношение. Пррросто думай внятно, отчётливо и последовательно.
Ива оторопело воззрилась на ворона. Ей почудилось, что хриплый вороний голос звучит где-то внутри головы. Но ведь это невозможно!
– Рррразумеется, возможно! – раздраженно захрипел голос внутри головы. –Ты хотела узнать о своих ррродителях – может, выслушаешь уже?
– Ты знаешь моих родителей? – вскрикнула Ива, взволнованно вскакивая с поваленного дерева.
– Только не вслух! Только не вслух! – ворон всплеснул крыльями. – Я же воррроньим языком тебе говорррю: думай! Я тебя прррекрррасно слышу и понимаю!
– Прости, – подумала Ива. – Пожалуйста, расскажи мне о моих родителях, уважаемый….
– Вррран. Полетели, – ворон высокомерно махнул правым крылом. – Верррнее, я полечу, а ты плетись, как умеешь.
Ворон расправил угольно-чёрные крылья и неспешно полетел в чащу леса. Ива торопливо последовала за ним. Она потеряла счет времени, пока догоняла ворона, боясь потерять его в тени высоких деревьев. Наконец, ворон с достоинством уселся на пенек и каркнул.
– Все, прррилетели. И пррриплелись! – в голове вновь зазвучал насмешливый каркающий голос.
Ива огляделась. Ворон привел её на лесную опушку. Девушка почувствовала боль, как от ожога, огненные вспышки сверкнули перед закрытыми глазами, в ушах затрещали падающие деревья и завыло бушующее пламя. Когда-то здесь пылал лесной пожар. Кое-где виднелись черные сухие пни, почти незаметные среди молодых деревьев. В отдалении были развалины печи и колодца.
– Мои родители живут здесь? – мысленно спросила она, чувствуя сжимающий сердце холод.
– Жили. Твой отец жил в том доме. Он был лесником. Лесник Лех.
– А моя… мама?
– Ты стоишь возле её пенька. А раньше здесь была ива, а на ней было моё гнездо. – Ворон всхлипнул: – Пррроклятый пожаррр!
– Возле её пенька? – непонимающе повторила девушка.
– Ну да! Дррриады ведь живут на деррревьях!
– Моя мать была дриадой? – потрясенно спросила она.
– Не перрреживай, что ты стрррашненькая. Это полбеды. Перрреживай, что ты глупенькая! Вот это настоящая беда! Ррразумеется, она была дррриадой! И звали её, как тебя – Ива.
Девушка даже не заметила обидных слов ворона. От волнения она попросила вслух:
– Пожалуйста, расскажи мне о моих родителях!
– Рррасскажу, рррасскажу, только молчи! Какое у тебя жуткое пррроизношение! Пррросто в клюве сверррбит! – возмущённый ворон взъерошил перья.
– Вррран! – на ветку возле сердитого ворона опустилась его подруга.
Ива явственно услышала внутри себя хрипловато-воркующий вороний голос:
–Дорррогой, не ворррчи! Здррравствуй, девушка! Я – Карррина. Ты же не виновата, что ты – наполовину человек…Ты понимаешь язык животных и рррастений, как все дррриады. И мы слышим твои мысли. А вот говорррить по-нашему тебе не дано – человеческая кррровь мешает. Вррран, ррраскажи девочке о её ррродителях.
Угрюмый ворон несколько смягчился:
– Что тебе рррасказать о твоих ррродителях? Человек и дррриада. Этим всё сказано. Таких паррр ещё никогда не было. И уже не будет. Это пррротив пррриррроды. Но они говорррили, что любят дррруг дррруга. А потом ррродилась ты. Это был знаменательный день – вылупились мои воррронятки! И у Кррриволапа в тот день ррродились малыши!
– Кто такой Кррриволап? – спросила Ива.
– Не перрребивай! – рассердился Вран. – Ну вот, забыл, на чём остановился…
– Ты ррродилась! Вылупились наши птенчики! У Кррриволапа и Желтоглазки ррродились малыши! – нежно проговорила Каррина. – Вы все ррросли и рррадовали ррродителей. А потом…
– Пррроклятый пожаррр! – каркнул Вран. – Пррроклятый пожаррр! Ночью была сухая гррроза – гррром и молнии без единой капли дождя. Молния попала в дерррево недалеко от домика Леха. Твой отец тушил огонь водой из колодца, но что он мог сделать один? Пламя перррекидывалось с дерррева на деррево… Дррриады плакали и умоляли спасти их деррревья. Звери и птицы в ужасе метались и пытались вынести из пожарра своих детёнышей. Ты кррричала от стррраха на ррруках матеррри. Лех ррразрррывался на части: он не мог оставить твою мать, но должен был спасти тебя…А мы с Карриной рррыдали от бессилия: наши воррронята еще не умели летать. А мы не смогли бы удержать их в лапках…
– Но почему моя мама не могла уйти вместе с отцом из горящего леса? – мысленно спросила Ива.
– Дриады никогда не покидают свое дерево. Они живут, пока живёт их дерево. Удивительно, что ты этого не знаешь – ведь ты сама наполовину дриада, – ответил ей красивый певучий голос.
