"..
С утра была день . Сидел, смотрел на чашку чая и было лень даже пить чай.
Апатия, старческая апатия.
Вдруг думаю: ведь каждому из нас, внуки, нужен свой личный Надзиратель. Только не тот, что с дубинкой, а тот, который внутри.
Сначала за нас наблюдают родители: берегут, суетятся, учат не совать пальцы в розетку.
Потом — школа и улица; там уже свои законы, и они смотрят на тебя строже. А после приходит жена, социум, работа.
И все смотрят: что ты можешь дать? Оценят, используют, пойдут дальше. Долго я злился на это, а теперь понимаю: так и должен быть устроен взрослый мир.
Но есть и другой Наблюдатель.
Он поселяется в нас, когда мы перестаём быть просто биологическим существом и пытаемся социализироваться.
Наблюдатель — как тот камень, а наши убеждения и ценности — атомы. Наберёшь говна в голову — будешь глыбой дерьма. Наберёшь света — засветишься, как фонарь.
По другому не работает
И тут главное не перепутать. Бог — это не Наблюдатель. Бог — это идея, цель, тишина.
А Наблюдатель — это тот, кто трудится во славу Божию. Он внутри.
Бесполый, строгий, но мудрый. Где-то он как внутренний родитель, который взрослее тебя на целое поколение.
Я долго болел шесть лет назад. Так вот, доктор сказал — вирус хорошо поработал, разнес меня короновирус
А я теперь думаю: болезнь — это просто жёсткий конфликт между мной (Персоной) и моим Наблюдателем.
Мы поругались, я хотел жрать как не в себя и ничего не делать, а он требовал честности. Вот организм и забастовал.
И вирус тут как тут
А про деньги расскажу историю. Один мой знакомый всю жизнь.
Умный, золотые руки. Я его спрашиваю: «В чём дело?» А Наблюдатель у него, слышь, убеждён, что бабло — это зло.
И Персона послушно доказала это Наблюдателю. Вот и результат: денег нет, зато есть святое чувство собственной правоты. Мне такого счастья не надо.
Живёт в однушке, дочка его ругает что денег не заработал
Мой Наблюдатель любит диалоги. Мы с ним каждую ночь беседуем. А ещё он иногда уходит... гулять в Подвал.
Мы думаем, что ваш внутренний мир — это чистенькая квартира. А у меня там под разумом — подвал.
Это Фрейд сказал, что наш разум это тонкая корка над бедной
И этот подвал под разумом похож на старое кладбище. В могилах там живые мертвецы: мои старые обиды, горе, стыд, травмы.
Я их старательно закопал, сверху земелькой присыпал. Но они вылезают. Мой Наблюдатель спускается туда с фонариком и говорит с ними. Спрашивает: «Чего вам надо?»
Один крик боли хочет, чтобы его услышали. Другой — комок солнечной энергии — требует, чтобы я наконец станцевал в гостиной, пока никто не видит.
Иногда получается договориться, иногда нет. Они по-людски не умеют говорить, эти обитатели могил. Только эмоциями подают голос.
И знаешь, что самое страшное? Ниже этого подвала — Смерть.
Там огромная, чудовищная сила, которая так и норовит вырваться наружу и накрыть меня с головой. Но мои старые боли и обиды (вы не поверите!) стоят на страже. Они, как мешки с песком, лежат на люке и сдерживают этот поток.
Я раньше думал:
Надо избавляться от прошлого, выкорчёвывать его
А теперь понял: нет. Пусть лежат. Эти мертвецы спасают мою шкуру каждый день. Если их выкинуть — Смерть вырвется.
Наблюдатель никогда туда не спускался (ниже подвала). И вам не советую. Но он всегда помнит: под ногами — бездна. И эта память делает его честным. И снисходительным к моим старческим косякам.
Давно хотел про это написать