Халагрундсор «Ужасный»
Halagrundsor the "Horrible"
Ближе к концу нашей экспедиции в Карак‑Кадрине ко мне тайно обратился дварф‑следопыт из другой крепости — в компании этого воина я провёл немало приятных минут. Он сделал мне интригующее предложение. По причинам, которые станут очевидны к концу этой записи, я буду называть его «Серебряная Улыбка».
Я познакомился с ним однажды вечером в таверне и сразу проникся к нему симпатией. После этого мы не раз вместе коротали вечера за кружкой эля — большую часть счетов оплачивал я, но ничуть не возражал: его истории того стоили. Это, без сомнения, самый жизнерадостный дварф из всех, кого я встречал. Даже Убийцы из Карак‑Кадрина считали его немного странным, но Йорунн говорит, что всех следопытов её народа считают подозрительными: они предпочитают свежий воздух и открытое небо каменным чертогам.
Серебряная Улыбка знал, что я увлечён великанами: я задавал ему, нескольким его товарищам‑следопытам и многим Убийцам множество вопросов на эту тему. В Империи мы часто слышим сказания об этих исполинах, но знаем о них крайне мало.
Многие истории изображают их массивными, грубыми пьяницами, упивающимися резнёй, — чаще всего их встречают во время походов Вааагх! зеленокожих. Другие же утверждают, что на самом деле это застенчивые создания, старающиеся по возможности избегать встреч с другими народами.
Разумеется, рассказы, которые я слышал от Убийц, были сплошь мрачными: они повествовали о великих опустошениях, на которые способны великаны, о том, как часто те причиняли вред их народу и как каждого из них следует без исключения убить. Следопыты — за исключением Серебряной Улыбки, более молчаливого племени — были с ними согласны.
Представьте моё крайнее удивление, когда Серебряная Улыбка спросил, не хочу ли я встретиться с одним из них.
Серебряная Улыбка потребовал от меня торжественную клятву хранить абсолютную тайну — как насчёт раскрытия его настоящего имени, если я опубликую эти записи, так и насчёт некоторых деталей последующей встречи. Могу сказать лишь, что я оставил большую часть своих товарищей на несколько дней и отправился в путешествие за несколько дней пути от Карак‑Кадрина. В дороге мы говорили о многом, но Серебряная Улыбка ничего не рассказывал о нашем пункте назначения.
— Немного терпения, Шрайбер, скоро всё узнаешь.
Однажды утром, спустя несколько дней, я услышал звуки лагеря впереди — он расположился в лесистой долине. Очевидно, Серебряная Улыбка уже знал об этом: он ничуть не удивился. К нам подошли двое молчаливых стражников — судя по виду, рейкландцы, — но мой проводник обменялся с ними парой слов, и нас с пожатием плеч пропустили.
В конце концов мы вышли на поляну, оказавшуюся весьма живописной. Её окаймлял ручей талой воды, а в центре возвышался огромный грубый шатёр, сшитый, похоже, из комбинации парусины, найденных палаток человеческого размера и шкур каких‑то неопознаваемых, но когда‑то лохматых зверей.
Когда мы приблизились, из шатра вышел исполин ростом чуть ниже городского дома Империи. Великан — а это определённо был великан — носил разношёрстную одежду, украшенную смесью орнаментов и геральдических знаков. Его макушка была выбрита, а борода заплетена в несколько простых кос. Он прищурился и заметно вздрогнул от утреннего солнца, подняв огромную руку, чтобы заслониться от света, — в другой он держал любопытную самодельную кружку для питья размером с небольшое бочонок. Вокруг было несколько человеческих солдат: они, похоже, не боялись великана открыто, но я заметил, что все держатся от него на некотором расстоянии.
Громовой голос великана был настолько глубок, что заставлял вибрировать мои кости:
— Эй, Серебряная Улыбка, как раз вовремя для выпивки. Кого это ты привёл? Только не колдунов, учти! Ты ведь не колдун, а, коротышка?
Я твёрдо заверил его, что не являюсь колдуном.
— Вот и славно. Никаких колдунов. Они змей в голову запускают. Ну‑ка, присоединяйся к выпивке.
Великан сел с нами на бочонки, расставленные на поляне — видимо, специально для этого. Бросив взгляд внутрь его шатра, я заметил, что он забит всевозможными бочками, бочонками и даже несколькими огромными бочками, полными алкоголя почти любого сорта и качества, а также несколькими тушами зверей, подвешенными к потолку — их запах вызывал тошноту даже с расстояния в тридцать шагов.
— Я — Халагрундсор «Ужасный». Разрушивший… да почти ничего. Бич всякого пойла, какое только есть. — Он хихикнул низким громовым смехом, и Серебряная Улыбка рассмеялся вместе с ним.
То, что последовало дальше, стало одним из самых странных разговоров в моей жизни. Оказалось, великан был своего рода агентом для человеческих купцов, перевозивших грузы вдоль гор Края Мира. Свою работу он описал так:
— Я приглядываю за зелёными, понимаешь? Орками с их вечным «Ва, Ва, Ва». Ни минуты покоя для доброго выпивона. И эти мерзкие мелкие гады в пещерах. Лунные мерзавцы. Видел, как они однажды медведя пытали. Без всякой причины. Раздавил парочку, да. Злобные недомерки. Так что я слежу за ними и передаю то, что вижу и слышу, тем, кому это интересно. А некоторые человеческие купцы, которые ценят мои старания, понимаешь, они меня хорошо снабжают, да?
Он рассказывал о своей жизни в горах, о путешествиях по восточным Бесплодным Землям и с нежностью вспоминал разные напитки, которые особенно любил. Наконец я спросил, как он познакомился с Серебряной Улыбкой. Халагрундсор улыбнулся, показав огромные частично сгнившие зубы:
— Ну, следопыт вроде старого Серебряной Улыбки ищет тех, кто хочет убить его народ, верно? Некоторые из моих сородичей и правда имеют тёмные сердца, мрачные ребята, это так. Но я не такой. Дай мне грога и еды — и я счастлив, а?
Я спросил о солдатах, разбивших лагерь вокруг нас, и великан пожал плечами:
— Они любят разбивать лагерь рядом, говорят, что я отпугиваю зверей. Хорошие ребята. Я пару лет назад кое‑что сделал для их начальника. Наёмная работа не по мне, в общем, так что я вернулся в высокогорье. Куда веселее работать с купцами — и выпивки никогда не бывает мало!
Когда мы с Серебряной Улыбкой наконец вернулись (точнее, доковыляли) в наш лагерь, я горячо поблагодарил его за знакомство.
— Только помни: большинство великанов совсем не похожи на Хала. Дренги никогда этого не поймут, они… — следопыт замолчал. — Я пытался его убить, Шрайбер. В первый раз, когда встретил. Этот безумный здоровяк сказал, что это будет непросто, и предложил кружку, прежде чем я начну.
Мы долго смеялись над этим.
В общем, незабываемый опыт.
ХАЛАГРУНДСОР «УЖАСНЫЙ» — ВЕЛИКАН‑ШПИОН
Черты: Враждебность (к зеленокожим), Ночное зрение, Нечувствительность к боли, Размер (Огромный), Широкий шаг, Оружие (Кружка) +10.
Навыки: Подкуп 49, Обаяние 49, Лазание 70, Потребление алкоголя 90, Хладнокровие 55, Развлечение (Рассказывание историй) 49, Азартные игры 36, Сплетни 49, Торг 49, Интуиция 45, Знания (Горы Края Мира) 46, Ближний бой (Базовый) 57, Восприятие 45, Тайные знаки (Следопыт) 31, Ловкость рук 22, Скрытность (В сельской местности) 44.
Таланты: Острый слух, Завсегдатай пирушек, Этикет (среди дварфов), Общительность, Чутье на неприятности.
Снаряжение: Усиленная кружка для питья (ручное оружие), Случайный набор монет на сумму 6d10 шиллингов, Бесподобная коллекция выпивки.
