«Девушка с зацепом»
Меня зовут Клава. Клавдия, если вы из санитарной службы и пришли с протоколом. Я — самка клеща. Да-да, та самая, из-за которой люди весной начинают ходить по лесу так, будто участвуют в конкурсе «Самый нервный турист года»: каждые пять минут задирают штаны, трясут рукавами и подозрительно ощупывают собственную шею.
Скажу сразу: репутация у нас, клещей, чудовищно испорчена. Причём в основном теми, кто никогда не пробовал жить на травинке в ожидании судьбы.
Вы думаете, это легко? Сидишь себе на былинке, лапки в стороны, романтика, птички поют? Ха! Попробуйте сами простоять на одной ноге на верхушке сухой травы, когда ветер дует так, что тебя мотает, как флаг на районной администрации. А ведь нужно выглядеть достойно. Я, между прочим, не какая-нибудь там случайная букашка. Я самка с целями, планами и внутренним миром.
В то утро я проснулась рано. В росе отражалось солнце, лес пах прелыми листьями, грибами и неоправданным оптимизмом. Где-то неподалёку комары уже устроили утренний хор.
— Клава! — пропищала сверху моя соседка Зина, сидевшая на соседнем стебле. — Ты сегодня какая-то нарядная.
— Это я не нарядная, — сказала я, подтягивая брюшко. — Это стратегическая готовность.
— Опять на крупного млекопитающего нацелилась?
— А что мне, на ящерицу? — фыркнула я. — Я женщина серьёзная. Мне нужен ресурс.
Зина завистливо шевельнула лапками. Она была клещиха опытная, но без амбиций. Её вполне устраивали мыши, ежи и всякая беготня низкого ранга. Я же мечтала о большом. О тёплом. О том, у кого кровь не просто еда, а биография.
Человек.
Вот уж где размах! Человек идёт по лесу уверенно, шумно, пахнет сразу всем: потом, стиральным порошком, шашлыком, репеллентом, страхом и кредитной ипотекой. У него мягкая кожа, много складок одежды и удивительная способность не замечать очевидного, пока оно не начинает шевелиться.
Но человек — добыча сложная. Во-первых, они обрабатываются всякой химической гадостью. Во-вторых, любят заправлять штаны в носки. Выглядит, конечно, как модный приговор без права апелляции, но для нас проблема. В-третьих, у людей есть привычка ходить компаниями, и один обязательно говорит: «Ребята, проверяйтесь, клещи активны». Вот этот тип особенно неприятен. Обычно он ещё и аптечку носит.
Я забралась повыше. Моя охотничья поза была безупречна: передние лапки разведены, терпение включено, выражение лица загадочное. Если бы у клещей были соцсети, я бы подписала фото: «Жду своего. Не пишите, если вы без тёплой крови».
Первым прошёл заяц. Быстро, нервно, без перспектив. Я даже лапкой не повела.
Потом пробежала собака. О, собака — это отдельная песня. Пахнет вкусно, шерсти много, но там такая суета! Чешется, трясётся, в траве валяется. А потом хозяин дома начинает осмотр, причём с таким выражением лица, будто ищет клад. Нет уж. Я не для того три дня на диете сидела, чтобы закончить карьеру между пальцами в резиновых перчатках.
И наконец — они.
Люди.
Трое взрослых и один ребёнок. Ребёнок шёл первым, размахивал палкой и громко объявлял деревьям, что он индеец. За ним женщина в белых кроссовках, которые уже начали понимать, что их обманули насчёт «лёгкой прогулки». Следом мужчина с рюкзаком и лицом человека, который хотел на диван, но проиграл семейному совету. Последней шла бабушка. Вот она-то была опасна: у таких всегда есть мудрость и пакетик с пирожками.
— Ма-а-ам, а тут клещи есть? — спросил ребёнок.
Я приосанилась.
— Конечно, есть, — сказала женщина. — Поэтому в траву не лезь.
Ребёнок немедленно полез в траву.
Я поняла: судьба.
Он приближался. Тёплый, беспечный, с открытым участком между носком и штаниной. Маленький, конечно, но перспективный. Я напряглась, приготовилась к прыжку — хотя, кстати, мы не прыгаем. Запомните это, люди. Мы не прыгаем с деревьев, не летаем, не строим заговоры в кустах. Мы просто цепляемся. Но согласитесь, «клещ коварно прицепился» звучит менее драматично, чем «напал с высоты».
И тут — фшшшш!
Меня окатило облаком такого запаха, что у меня все восемь лапок вспомнили детство. Репеллент. Свежий, злой, с ароматом «лес, который вас ненавидит».
— Стой, я тебя обработаю! — сказала мать и снова брызнула ребёнку на ноги.
Ребёнок заорал:
— Я теперь химический индеец!
Я закашлялась, если это можно так назвать у существа моего строения, и сползла ниже по стеблю. Нет, на такого садиться — себя не уважать. От него пахло так, будто он не гулять пришёл, а дезинфицировать болото.
Мужчина прошёл мимо, и я было оживилась: его носки держались плохо, штанина задралась, кожа манила, как объявление «скидки 70%». Но бабушка вдруг остановилась.
— Серёжа, штаны заправь. Клещи не дремлют.
Серёжа вздохнул и заправил штаны в носки.
Я посмотрела на него. Он посмотрел в пространство с видом сломленного самца. Мы оба понимали: шанса не будет.
Оставалась женщина. Она наклонилась, чтобы завязать шнурок. Рукав куртки съехал, запястье открылось. Красота! Тепло! Пульс! Я рванулась вперёд, зацепилась за ткань и победоносно поползла вверх.
Вот он, момент славы. Я уже представляла, как расскажу Зине: «Да, дорогая, запястье. Да, взрослая особь. Да, без паники и лишних движений». Я двигалась аккуратно, выбирая место понежнее. У людей, знаете ли, много неудобных зон: то шов, то резинка, то часы. Часы вообще издевательство — холодная круглая штука, которая тикает. Очень неприятно для клеща с тонкой душевной организацией.
И вдруг женщина сказала:
— Ой, мне кажется, по руке кто-то ползёт.
Я замерла.
Люди вечно всё портят своим «кажется». Если кажется — молчи и наслаждайся природой! Но нет.
Она посмотрела на рукав. Я прижалась к ткани и попыталась изобразить пылинку. Очень убедительно, между прочим.
— Клещ! — закричала женщина.
Ну, началось.
Мужчина подпрыгнул так, что рюкзак звякнул. Ребёнок восторженно завопил: «Где?! Где клещ?!» Бабушка достала очки с такой скоростью, будто всю жизнь ждала этого спектакля.
— Не дави руками! — сказала бабушка. — Сними аккуратно.
Аккуратно! Ха! Меня щёлкнули веточкой. Веточкой! Я, Клавдия, будущая мать семейства, была сброшена с рукава как какая-то крошка от печенья.
Я приземлилась в мох с достоинством, хотя, признаюсь, не совсем туда, куда планировала. Надо мной возвышались четыре человеческие головы.
— Маленький какой, — сказал ребёнок.
Маленький?! Молодой человек, я между прочим, взрослая самка! Просто у нас в роду не принято отращивать бесполезные сантиметры.
— Пойдёмте отсюда, — сказала женщина, потирая руку.
И они ушли. Шурша куртками, пахнущие химией, пирожками и победой.
Я лежала во мху и смотрела в небо. Где-то рядом хихикала Зина.
— Ну что, ресурс?
— Репетиция, — холодно ответила я. — Большие дела с первого раза не делаются.
— А веточка была эффектная.
— Зина, ещё слово — и я напишу на тебя жалобу в Лесной комитет паразитов.
Она засмеялась ещё громче.
Я поднялась, отряхнулась и снова полезла на травинку. День только начинался. В лесу полно путей, зверей и плохо заправленных штанов. А я — женщина терпеливая. Мы, клещи, вообще мастера ожидания. У людей есть календари, дедлайны, будильники. У нас — трава, лапки и вера в то, что где-нибудь обязательно пройдёт тот самый, в шортах.
И знаете что? Я его дождусь.
Потому что настоящая охотница не сдаётся после первой веточки.
Продолжение следует...