У Риммы большое счастье: они с Полинкой получили комнату! Просторную, в малонаселенной квартире.
В их комнату въехала новенькая. Зовут Татьяна. С большим уже животиком, а мужа нет. Народ с изумлением разглядывал ее пожитки. Все привыкли, что это жилье временное, значит, и мебель временная. Кому-то от прежних жильцов досталась, кому-то знакомые отдали старую, ненужную. А у новенькой был абсолютно новый диван, столик, небольшие шкаф и сервант и даже детская кроватка! И, кроме того, много коробок. Люсьена с Марией от любопытства напросились помогать, распаковывать. Потом на кухне взахлеб рассказывали с совершенно обалдевшим видом: Татьяна эта – просто невероятная богачка. У нее и посуда под стать мебели: не обычные тарелки-чашки, а сервиз чайный, сервиз столовый, комплекты рюмок, фужеров, нарядных стаканов. Поставили они эту красоту в сервант и говорят: давай, мол, обычную посуду, мы на кухню отнесем, в твой стол поставим, чтобы тебе много раз не ходить. А она удивляется: какую другую? У меня нет другой, этой пользоваться буду.
– Ты представляешь, Зойка? Сервизы хорошие – на каждый день! Да не у всех такие и для гостей-то есть!
А еще у Татьяны, как оказалось, есть всякие кухонные буржуйские штучки: электрические кофемолка, вафельница и даже кухонный комбайн! Если учесть, что единственная электрокофемолка на всю их коммуналку была у Кати, и ее использовали исключительно для помола круп, чтобы варить кашки грудничкам, то понятна оторопь женщин.
Но больше всего их поразили пылесос (зачем он здесь-то???) и электрическая швейная машинка. А вот швейной даже Зойка позавидовала: ее мечтой была обыкновенная ручная «Подольская».
Вечером, когда Татьяна вышла на кухню, что-то себе приготовить, дамочки не выдержали и засыпали ее вопросами: как она все это умудрилась раздобыть? И как с деньгами выкручивается, ведь это все столько стоит!
Та объяснила, что посуда вовсе не дорогая, просто красивая. Купила в Белоруссии. А остальное… подруга у нее в торговле трудится, вот и достает. Про деньги промолчала.
Все оказалось очень просто. Люсьена разузнала, что Татьяна работает в бухгалтерии. Зарплата там невелика, зато ребенок у нее от какого-то большого начальника, она фамилию даже называла, да Зойке ни к чему. Женатого. С женой разводиться не собирается, а Тане таким образом помогает. И все про это знают.
Та же Люська по простоте своей как-то попробовала к Татьяне подкатиться, попросила полотенца новые подшить. Мол, на машинке же быстро. И получила ответ: шить Татьяна не умеет, за машинку даже не знает как взяться. Купила на будущее: потом научится, когда ребенок подрастет.
Кстати, одежду свою Татьяна сушила на кухне. Сразу сказала, что на чердак не полезет, боится упасть. А сушить ей мало что нужно: постельное не стирает, в прачечную сдает.
Мария тут же попыталась возражать, мол, чем ты лучше нас? А что мужа нет, так сама виновата. Но тут уж на нее набросились все остальные. Впрочем, замечательный довод «ты что, хочешь, чтобы она родила прямо там, на лестнице? Да еще и раньше времени» быстро угомонил поборницу справедливости. Все-таки дети, даже еще не родившиеся, это святое.
Несмотря на все Татьянино «богатство», коммуналка готова была ее принять и считать «своей». Только вот Татьяна этого явно не желала. Выходила лишь по «санитарным» нуждам, ни с кем не общалась, кроме как поздороваться, на кухне появлялась лишь чтобы приготовить себе поесть, да потом помыть посуду. Даже чайник кипятила у себя в комнате: конечно же, у нее электрический имелся. Да и что она там готовила! В маленькой кастрюльке сварит пару картошек, или горстку макарон, а на маленькой же сковородочке поджарит кружок колбасы. Вот из-за такого ее питания и разгорелся скандал.
Больше всех по этому поводу возмущалась Надя. Рачительная хозяйка, у которой всегда обязательно были полезные и вкусные ужины, а по выходным полное меню, словно в хорошем санатории, она негодовала: как может беременная женщина так питаться? Ну что это такое: на завтрак жарила два кружка колбасы, на обед картошку варила и опять колбасу жарила, на ужин снова жареная колбаса, теперь с макаронами! Никаких овощей, фруктов, каш! Одно яблоко в несколько дней – этого разве достаточно для беременной!
Женская разведка видела и замечала все, и тут же охотно делилась наблюдениями друг с другом.
– Зой, вот скажи, разве так можно? Ребенку же и витамины нужны, и белки. Он развиваться должен правильно, а для этого полноценное питание нужно. А она одну колбасу ест! – не выдержала однажды Надя и возмущенно апеллировала к Зое. Ее и Катю все безоговорочно считали самыми умными, раз институты окончили, и часто спрашивали советов. Но Катя весной опять укатила с Илюшей к своим родителям, так что весь спрос теперь с Зойки.
– Надя, она ведь не маленькая, а взрослая женщина. Сама решает, что ей есть, – пожала плечами Зоя.
– Нет, ну надо же ей сказать, чтобы нормально питалась! Чтобы мясо, рыбу, творог ела, а не одну колбасу! Она что, хочет слабенького родить? Чтобы болел потом? – Надя даже пятнами пошла от негодования.
– Ты думаешь, Татьяна сама этого не знает? – примирительно сказала Зоя. – Может, у нее тоже токсикоз, как у Ветки был, и она ничего другого есть просто не может?
С таким доводом Надя присмирела. Но все равно постоянно недобро косилась на Татьяну, когда та жарила себе очередную колбасу. А если учесть, что негласным девизом коммуналки был «Все лучшее детям», то не она одна осуждала Татьянино меню. Идею «лучшего для детей» яро поддерживали и мужчины. Любимой приговоркой Лехи Сирого, когда у них вдруг появлялось что-то вкусное, была «сам бы ел, да детям надо». И ведь ни за что не съедят то же яблоко, детям отдадут.
В конце апреля Татьяна родила девочку. Вполне здоровенькую. Соседки поздравлять пошли, с подарочками: скинулись и купили симпатичный костюмчик, кому-то удалось достать. Ребенка, конечно, разглядели хорошенько. С удивлением отметили: ничего плохое питание на ней не отразилось: кожа чистенькая, щечки розовые, кругленькие. Глазки ясные.
И в тот же день снова бурно негодовали: Татьяна опять колбасой питается! Кормящая мать! Уж теперь-то никакого токсикоза быть не может! Даже собрались как-то: Надя, Люсьена, Мария. Попытались ей объяснить, что нужно кормящей есть. А Татьяна отрезала:
– Не ваше дело. Вы лучше за собой смотрите, чем своих детей кормите. Что я, не вижу что ли, как вы им вместо нормальной еды одну булку пихаете. Хорошо, если с маслом.
Покричали они тогда, поругались. Люська поплакала: камешек-то в ее огород. Да и решили плюнуть: пусть живет как хочет. Плюнуть-то плюнули, да не все. Взрыв произошел, когда Зоя на работе была. Она же поздно приходила, в половине одиннадцатого, если в вечернюю смену. Приползала, и сразу спать шла: утром вставать ни свет ни заря. Но в этот раз ее выходной с общим совпал. Вот тут на нее и вывалили сногсшибательную новость: Татьяна с Надей подралась!
Выяснилось вот что: Татьяна пошла с дочкой в детскую поликлинику на прием. В месяц, как положено. А там ей педиатр выговор устроила, мол, мамаша, вы ребенка кормите, и он должен получать с вашим молоком нужные вещества. Надо есть полезные продукты, а колбаса в питании кормящей матери вообще запрещена. Татьяна опешила, спрашивает, откуда вы про колбасу взяли. А врач и ответила: «Соседка ваша была у меня. Переживала очень за ребенка, просила повлиять на вас».
Татьяна с приема пришла, дочку уложила, и на кухню ворвалась, как разъяренная ведьма. С порога на Надю бросилась, за волосы схватила и орала, что та ее перед врачом опозорила. А Надя в ответ тоже в нее вцепилась, и кричала, что это не она опозорила, а Татьяна сама себя жадностью своей, что ребенка в животе не заморила, так сейчас заморит.
Скандал знатный вышел. Всей квартирой их растаскивать пришлось, чуть ли не водой поливать. На Татьяну здорово накричали, все ей высказали, что накопилось. Да она не слушала ничего. Только рыдала и твердила, что Надя – стукачка, раз доносы устраивает. Надя потом ходила притихшая, с красными пятнами не шее и лице. Татьяна, наоборот, задирала голову и по сторонам поглядывала презрительно.
А Зою опять назначили арбитром. Поначалу она пыталась переводить разговор на другое, потом уже прямо сказала пристававшей к ней с вопросом «кто прав?» Люсьене:
– Люся, отстань. Я тебе что, прокурор или судья? Сами пускай разбираются.
Рассказала Олегу. Муж предостерег:
– Смотри, не вздумай вмешиваться. Они потом помирятся, а ты, как бы ни сказала, все равно виноватой окажешься.
Так оно и вышло. Все-таки женщины не успокоились. Завела опять Люсьена:
– Зоя, ты все-таки скажи, кто прав, Надя или Таня. Вот как ты скажешь, так и будет.
– Люся, я уже говорила, что не буду. И вообще, я даже не знаю толком, что случилось.
– Что случилось, расскажем. А ты просто выскажи свое мнение, и все, – выступила Мария. Она не хихикала, как всегда, говорила даже торжественно.
– Девочки, ну почему я-то? – удивилась Зойка. – Я вам что, истина в последней инстанции? Я же даже младше всех тут, вы старше, умнее!
– Насчет «раз старше, значит, умнее» – сама же понимаешь, что это ерунда. А тебя просим потому, что ты справедливая. И тебе все доверяют: и Надя, и Татьяна, – так же серьезно проговорила Мария.
Зойка посмотрела на Надю. Та, снова залившись краской, чуть ли не прошептала:
– Зой, правда, скажи. Она меня стукачкой обозвала, а я же просто за ребенка беспокоилась.
– Обозвала, потому что это правда. Нечего в чужую жизнь лезть и доносы бегать распространять! – выкрикнула от дверей Татьяна. И за ней уже успели сходить!
– Девочки, да я же толком не знаю, что произошло даже! – взмолилась Зойка. – Как я могу что-то говорить, а?
Загалдели все сразу. Размахивали руками, качали головами, распалялись все больше. Того и гляди, снова драка начнется. Зойка поняла, что так просто она отсюда не уйдет. Взяла со своего стола кастрюлю, с размаху бросила на пол. И в наступившей изумленной тишине проговорила:
– Если вы не успокоитесь, я уйду. Если хотите, чтобы я вам что-то тут излагала, ведите себя нормально, а не орите, как на базаре. И говорить будет только тот, кому я скажу.
Соседки согласно закивали. Люсьена тут же выступила:
– Вот, Зоя! Я же говорила, что ты самая умная!
Зоя красноречиво посмотрела на нее. Люська так же красноречиво зажала свой рот руками.
После сумбурных рассказов Нади и Татьяны Зоя немного помолчала. Ну не знала она, что говорить. Потом все же решилась:
– Девочки, я не могу решать, кто тут прав. Просто изложу свои мысли, а верные они или нет, не знаю. Хотите – слушайте. Ну, во-первых, про питание беременных и кормящих мы с вами все прекрасно понимаем. – Она показала кулак Люсьене, которая попыталась было что-то высказать.
– Про то, что в чужую жизнь лезть и поучать не надо, и что каждый живет, как знает, тут все взрослые, – это мое мнение, я и его уже давно говорила. Я бы не стала врачу докладывать, что ест моя соседка.
Зойка посмотрела на вскинувшую голову и сверкнувшую слезами Надю:
– Надюшка, не обижайся. Я же про себя говорю. А ты тоже взрослый человек, и имеешь право поступать так, как считаешь нужным.
Повернулась к Татьяне:
– Таня, конечно, твое состояние я тоже понимаю. Если бы меня врач отчитывала, мне бы тоже было стыдно. Но уж в драку я не полезла бы. Ты же приличная женщина! Ну некрасиво это.
– Да… я тоже думала, что ты приличная женщина. А ты такая же, как они! – гневно бросила Татьяна. Ноздри раздуты, глаза сощурены, губы поджаты… того и гляди снова бросится. Только теперь уже на Зою.
– Ты же хотела мое мнение выслушать. Я и сказала то, что думаю. Конфликты драками не решаются, – развела руками Зоя.
Татьяна фыркнула, еще раз обдала всех презрительным взглядом и ушла.
Женщины молчали. Только неуемная Люсьена решила все-таки уточнить:
– И что получается тогда? Обе не правы?
У нее был такой обескураженный вид, что Зоя невольно улыбнулась:
– Люсь, снова скажу: я не знаю, как правильно. Но то, что неправильно ябедничать и драться, – этому даже в детском садике малышей учат.
Да, Олег был прав. Обиделись на нее обе – и Надя, и Татьяна. Татьяна, впрочем, ни с кем демонстративно не общалась. А вскоре вообще съехала со всеми своими пожитками. Люся разузнала, что могущественный любовник смог-таки устроить ей комнату в настоящей коммуналке.
На ее место поселилась новенькая: тоже мать-одиночка, с новорожденным сыном Игорьком.
А Надя долго еще не разговаривала с Зойкой. Впрочем, в конце июня Зоя, получив долгожданный отпуск, наконец-то уехала к Иришке, к родителям. А к осени эта история уже подзабылась.
© Елена Тершукова. Канал на Дзен: Елена-Уютные истории за чаем
‼️‼️‼️Автор предупреждает: Все события и имена придуманы. Все совпадения случайны.
✅ Это глава из моей книги "Коммуналка". Остальные - в подборке:
✅ Я пишу не только о своей жизни. На моем канале много разных историй: веселых, романтичных, задумчивых. Всегда рада пообщаться и узнать ваше мнение! Вам сюда:
Елена-Уютные истории за чаем ☕🍰🍬
А можно сразу в подборки (нажимайте на эти синие буковки) 😊
✅ Так как я отключила монетизацию, теперь единственное мне вознаграждение в Д. - ваши лайки и комментарии 🤝😄