После проведения выездной налоговой проверки за 2019–2021 годы фискальный орган пришел к выводу, что компания создала искусственную схему дробления бизнеса.
По мнению налоговиков, общество, находясь на ОСН, намеренно распределяло доходы и расходы между взаимозависимыми лицами — ИП и двумя другими компаниями, применявшими УСН и ЕНВД. Общая сумма доначислений превысила 74 миллиона рублей. Это послужило причиной для обращения компании в суд.
Первая и апелляционная инстанции встали на сторону предпринимателей. Суды сочли, что налоговый орган не доказал отсутствие самостоятельности у контрагентов. Аргументами в пользу компании послужили наличие у каждого участника своей техники, штата сотрудников и рыночный характер цен на услуги. Однако кассация решения нижестоящих судов отменила и дело направила на новое рассмотрение (ожидается в июле 2026 года).
Я считаю это дело знаковым, поэтому разберём его детально. Кассация обратила внимание, что суды описали признаки, указывающие на дробление, а именно:
Общая инфраструктура и ресурсы
- все компании группы фактически располагались по одному адресу,
- бухгалтерская, кадровая документация, печати и штампы всех юрлиц хранились в одном сейфе у сотрудников проверяемой компании,
- использовался один IP-адрес для банковских операций и один электронный адрес для переписки,
- выпуск транспорта на линию и предрейсовый осмотр водителей всех «независимых» компаний осуществляли механик и фельдшер компании.
Смешение штата сотрудников
- работники формально перемещались между компаниями группы в зависимости от сезона,
- головная компания оформляла зарплатные карты на сотрудников субподрядчиков,
- обучение по охране труда для всех участников группы организовывал один специалист проверяемого общества.
Нетипичные финансовые отношения
- общество выдало взаимозависимому ИП беспроцентные займы на 106 млн рублей, которые практически не возвращались. При этом займодавец имел огромную кредиторскую задолженность перед этим же ИП за выполненные работы. Суд усмотрел в этом манипулирование выручкой: деньги выводились под видом займов, чтобы не увеличивать налогооблагаемую базу компаний на УСН,
- прибыль, полученная субподрядчиками от проверяемой организации, направлялась на выплату дивидендов родственникам руководителя (жене и брату) и покупку личного имущества (квартир), а не на развитие дорожного бизнеса.
Критика защитных аргументов компании
- руководители часто используют ссылку на закон № 44-ФЗ, утверждая, что обязаны привлекать субъектов малого предпринимательства (СМП) в качестве субподрядчиков. В данном деле суд этот аргумент отверг, указав на важную деталь: общество само являлось субъектом малого предпринимательства в спорный период, а значит, нормы об обязательном привлечении других субъектов МСП к нему не применялись,
- прекращение уголовного дела в отношении директора из-за возмещения ущерба (не по реабилитирующим основаниям) фактически означает признание вины и может учитываться арбитражным судом.
Дело направлено на новый круг, и теперь компании придется доказывать экономическую самостоятельность каждого участника в условиях, когда формальные признаки связи уже признаны судом доказанными. Посмотрим, что из этого получится.
Кассация, отправляя дело на новое рассмотрение, сочла выводы судов об отсутствии потерь бюджета, основанные на статистических данных о средней налоговой нагрузке по отрасли, противоречащими материалам дела, ибо расчеты показывают, что эффект для бюджета составит 74 млн. руб. И отсутствие в решении по результатам проверки одной из компаний группы за 2016-2018 годы выводов о выявлении схемы незаконной налоговой оптимизации не имеет определяющего значения при рассмотрении настоящего дела, основанного на иных обстоятельствах и доказательствах.
Судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.
Гражданское законодательство допускает совместное осуществление деятельности хозяйствующих субъектов в целях получения прибыли от осуществления ими предпринимательской деятельности. При этом указанная совместная деятельность хозяйствующих субъектов сама по себе не свидетельствует о получении налоговой выгоды.
💡Для любителей почитать первоисточник: Дело № А58-3666/2024 (Якутия, январь 2026)
Для сомневающихся у меня есть мозговые штурмы . Приходите, поговорим.
#мспживи
#мспсудится