Когда мы слышим слово «раптор», воображение сразу рисует велоцираптора — проворного наземного хищника, который охотился стаями в Северном полушарии. Но его южный родственник Kank australis (или просто Канк), живший 70 миллионов лет назад в Патагонии, выглядел и вел себя совершенно иначе. Палеонтологи недавно обнаружили останки этого динозавра в аргентинской провинции Санта-Крус.
Динозавр, который вел себя как цапля
В отличие от знаменитого велоцираптора, который полагался на скорость и когти в наземных атаках, его родственник Kank australis специализировался на рыбной ловле. Его длинная гибкая шея с особыми креплениями мышц напоминает шею современной цапли, такие конструкции идеально подходят для резких бросков головы в воду. Удлиненная морда с многочисленными острыми зубами, которые несли продольные гребни, и изящное телосложение длиной 2,5–3 метра выдают в нем терпеливого рыболова, а не агрессивного охотника на суше.
Жизнь в болотистых джунглях Патагонии
Семьдесят миллионов лет назад место обитания этого динозавра выглядело совсем не так, как сегодняшняя прохладная Патагония. Климат был умеренным и влажным, с сезонными дождями, а ландшафт представлял собой лабиринт извилистых рек и прудов, заросших кувшинками. Канк сосуществовал с рыбами, лягушками, черепахами и даже мелкими млекопитающими, но при этом сам был добычей для гигантского десятиметрового мегараптора Maip macrothorax. Кстати, коготь на втором пальце ноги у Канка был таким же внушительным, как у велоцираптора, но служил, вероятно, не для вспарывания добычи, а для лучшего сцепления на илистом дне.
Результат: пересмотр рапторных стереотипов
Таким образом, открытие Kank australis доказывает, что семейство уненлагид, к которому он принадлежит, освоило совершенно иную экологическую нишу, чем их северные родственники велоцирапторы. Это не наземные страшные динозавры из фильмов, а изящные рыбоядные охотники, чье поведение было ближе к цаплям, чем к хищным птицам. Исследование заполнило важный пробел в летописи ископаемых Южной Америки, связав находки из северной Патагонии и Антарктиды, и еще раз напомнило: эволюция любит экспериментировать с одними и теми же анатомическими решениями в самых неожиданных направлениях.