В 1942 году у советского руководства зрело тяжёлое разочарование союзниками, которые, казалось, тянули время, обещая помощь, но не спешили открывать второй фронт. Именно в этот критический момент Уинстон Черчилль впервые прилетел в Москву, чтобы лично объяснить Сталину то, что нельзя было доверить телеграфу: высадки в Европе в 1942 году не будет.
Встреча, проходившая с 12 по 17 августа, стала одним из самых напряжённых эпизодов в истории антигитлеровской коалиции — Сталин гневно обвинял союзников в нарушении обещаний, а Черчилль, чувствуя себя «человеком, несущим глыбу льда к Северному полюсу», пытался смягчить удар, предлагая взамен операцию в Северной Африке. О чём же на самом деле договорились лидеры трёх держав в те дни, и какие секретные договорённости остались за рамками официальных коммюнике?
Крах надежд: почему союзники отказались от высадки во Франции
В мае 1942 года нарком иностранных дел Вячеслав Молотов посетил Лондон и Вашингтон, где получил от союзников, как ему показалось, твёрдые заверения: второй фронт в Европе будет открыт уже в 1942 году. Советское командование, планируя летнюю и осеннюю кампании, рассчитывало, что немецкие дивизии будут оттянуты с Восточного фронта на Запад, и это облегчит положение Красной Армии.
Однако к августу 1942 года планы союзников изменились. Англо-американское командование пришло к выводу, что высадка во Франции в 1942 году (операция «SLEDGEHAMMER») невозможна — сил не хватало, а риск был слишком высок. Вместо этого было принято решение начать операцию «TORCH» («Факел») — высадку в Северной Африке, которая должна была начаться в октябре 1942 года.
Интересный факт: Премьер-министр Великобритании признавал, что его миссия в Москву была подобна «нести большой кусок льда к Северному полюсу». Он понимал, что новость о переносе второго фронта вызовет у Сталина резко негативную реакцию.
Первый раунд переговоров в Кремле 12 августа 1942 года прошёл в напряжённой обстановке. Черчилль прямо заявил, что высадка во Франции в 1942 году невозможна, и пообещал её только в 1943-м. В ответ Сталин был предельно сух. Он составил меморандум, в котором прямо обвинил союзников в нарушении обязательств. В этом документе, переданном Черчиллю и Гарриману 13 августа, говорилось, что отказ от открытия второго фронта в 1942 году «наносит моральный удар всей советской общественности, рассчитывающей на его создание, осложняет положение Красной Армии на фронте и наносит ущерб планам советского командования».
Советский лидер был особенно раздражён тем, что союзники шли на попятный именно тогда, когда, по его мнению, условия были наиболее благоприятны: все лучшие силы Германии были стянуты на Восточный фронт.
«Брюхо крокодила»: как Черчилль продавал высадку в Африке
После жёсткого обмена мнениями Черчилль перешёл ко второй части своего плана: он попытался представить высадку в Северной Африке как полноценную замену второму фронту. Чтобы наглядно объяснить свою стратегию, премьер-министр даже нарисовал на листе бумаги крокодила и показал Сталину, как англо-американские войска будут наносить удар по его «мягкому подбрюшью» — Средиземноморью.
Уинстон Черчилль, премьер-министр Великобритании (из книги «Вторая мировая война»):
«Мы намеревались нанести удар по "животу" крокодила. Сталин отнёсся к этому с интересом, хотя и не скрывал своего разочарования тем, что второй фронт во Франции откладывается. Я чувствовал, что он понимает наши трудности, но его согласие было неохотным»
Американский представитель Аверелл Гарриман полностью поддержал британскую позицию. Однако Сталин воспринял «африканскую альтернативу» без особого энтузиазма. Он прямо заявил, что высадка в Северной Африке не может заменить второй фронт во Франции, поскольку не отвлекает немецкие войска с Восточного фронта.
Друзья, как вы считаете, могла ли высадка союзников в Северной Африке в ноябре 1942 года реально помочь Красной Армии, которая в то время вела кровопролитные бои за Сталинград, или это был лишь политический жест для сохранения антигитлеровской коалиции, а не военная необходимость? Напишите своё мнение в комментариях.
Ужин в кремлёвской квартире: личная дипломатия
Переговоры, казалось, зашли в тупик. Однако после официальной части Черчилль был приглашён в личную квартиру Сталина в Кремле. За поздним ужином, который затянулся далеко за полночь, атмосфера кардинально изменилась. К ним присоединились нарком иностранных дел Вячеслав Молотов и дочь Сталина Светлана Аллилуева.
В неформальной обстановке напряжение спало. Сталин и Черчилль говорили уже не как представители враждующих сторон, а как лидеры, осознающие общую угрозу нацизма. Британский премьер позже вспоминал, что после нескольких часов беседы, виски и тостов он почувствовал, что между ними наконец установился личный контакт.
Однако в тоне Черчилля прозвучала и тень будущих противоречий. Во время этого разговора Сталин не скрывал жестокости своего режима, открыто говоря о расправе с «кулаками». Это, по-видимому, не смутило британского гостя, который, по словам своего врача, вышел из Кремля после трёх часов ночи «в триумфальном настроении».
Подведение итогов: что подписали в Москве?
17 августа переговоры были завершены. Официальное коммюнике, подписанное сторонами, носило общий характер и говорило о «полном взаимопонимании» по всем обсуждавшимся вопросам. Однако главная цель, ради которой Сталин так настаивал на встрече, достигнута не была: второй фронт в Европе оставался лишь обещанием на 1943 год.
Одним из важнейших итогов конференции стало установление личного контакта между Сталиным и Черчиллем. До этого момента советский лидер общался с западными союзниками лишь через послов и письма. После Москвы прямые переговоры между лидерами «Большой тройки» стали более регулярными, что позволило им решать самые острые вопросы напрямую.
Интересный факт: Проводы делегаций были не менее торжественными. 16 августа Молотов лично сопроводил Черчилля и Гарримана в аэропорт, после чего они на бомбардировщиках Liberator отправились обратно.
Из официального коммюнике Московской конференции, 17 августа 1942 года:
«В течение конференции состоялся обмен мнениями по вопросам ведения войны против гитлеровской Германии и её сообщников в Европе. Между участниками конференции было достигнуто полное взаимопонимание в отношении неотложных задач, стоящих перед англо-советско-американскими вооружёнными силами»
Московская конференция августа 1942 года не сняла всех противоречий между союзниками, но предотвратила развал коалиции в самый разгар войны. Сталин вынужден был принять отказ от второго фронта, получив взамен обещание усилить помощь по ленд-лизу и поддержку высадки в Северной Африке. Главным же результатом стал личный диалог между лидерами, который впоследствии позволил им встретиться в Тегеране, Ялте и Потсдаме, чтобы договариваться о послевоенном мире.
Если материал показался полезным — поделитесь им с друзьями. Подписывайтесь на канал, чтобы ничего не пропустить.