Надежда Константиновна даже предположить не могла, что самое обычное заседание по алиментам в один миг перевернёт всю её жизнь с ног на голову. Ещё сегодня утром её тревожила лишь одна мысль: как бы её бывший муж в который раз не обвёл её вокруг пальца и не оставил с носом. Однако судья, словно насмехаясь над её планами, приготовил совершенно иной сценарий. Маленькая флешка, которую она совершенно случайно обнаружила в плюшевом мишке сына, превратила скучное судебное разбирательство в настоящую драму с погонями, арестом и неожиданным спасителем. А началось всё довольно прозаично.
— Ваша честь, я предоставил в распоряжение суда все без исключения бумаги о своём финансовом положении, — принялся объяснять Борис Ильич Кулагин, разведя руками с таким видом, будто сам был жертвой обстоятельств. — Как вы сами можете убедиться, мой бизнес полностью разорился, и теперь я вынужден работать простым менеджером, получая скромную зарплату.
Он выдержал небольшую паузу, давая судье время проникнуться его тяжёлой долей, и продолжил уже более уверенно:
— При этом я вовсе не собираюсь уклоняться от уплаты алиментов на нашего общего сына. Нет, я готов платить ровно столько, сколько предписано по закону с моего официального дохода. Но содержать бывшую жену, Надежду, я больше не намерен и не обязан.
— Однако позвольте заметить, вы прибыли в суд на весьма дорогостоящем внедорожнике, — веско произнёс судья, пристально глядя на Кулагина поверх очков.
— Да, это так, — спокойно, без тени смущения подтвердил Борис, который подготовился к бракоразводному процессу со всей тщательностью. — Только автомобиль этот принадлежит вовсе не мне, а моему бывшему водителю, Сорокину.
Бывшая супруга Кулагина сидела, низко опустив голову и плотно сжав губы. Надежде было невыносимо стыдно — и за этого бессовестного человека, за которого она когда-то вышла замуж, и за саму себя, что вообще связала с ним свою жизнь. «И как только я могла прожить с таким подлецом столько лет?» — в который раз с горечью подумала она.
Однако в рукаве у неё имелся свой козырь. И когда судья предоставил ей слово, Надя решительно поднялась с места, подошла к столу и молча положила перед ним небольшую флешку.
— Просмотрите вот это, — только и произнесла она тихим, но твёрдым голосом. — Здесь всё сказано. Эти файлы полностью опровергают каждое слово Бориса Ильича.
Флешку Надежда нашла буквально накануне, когда штопала старого плюшевого медведя — любимую игрушку сына, у которого совсем оторвалась лапа. Зашивая игрушку, она наткнулась на этот крошечный накопитель, спрятанный прямо внутри. Вечером, когда Левка уснул, она всё же вставила флешку в ноутбук и просмотрела файлы, хотя мало что в них поняла. В делах бизнеса и финансов она была не сильна, но даже её неискушённым взглядом было ясно: на флешке хранится какая-то крайне важная информация. Иначе зачем бы Борису прятать её так хитро и надёжно?
Судья, увидев неожиданный предмет, лишь удивлённо поднял бровь, но всё же подключил флешку к своему ноутбуку. Он открыл первые файлы, начал просматривать... и в ту же секунду его лицо изменилось, побледнев. Не досматривая запись до конца, он резко выключил экран, распорядился немедленно закрыть зал заседаний для посторонних и вызвать спецназ.
На маленьком накопителе оказались не просто доказательства сокрытых доходов её мужа. Там хранилась полная, до мельчайших деталей, чёрная бухгалтерия целого криминального синдиката, через который её бывший супруг на протяжении многих лет отмывал огромные суммы денег. Борис даже глазом моргнуть не успел, как на его запястьях защёлкнулись наручники. Его вывели из зала под конвоем, но в самый последний момент он обернулся и бросил на Надю такой взгляд, полный лютой, уничтожающей ненависти, что у неё внутри всё похолодело. Она и сама пребывала в шоке от такого открытия. Выходит, её бывший муж — вовсе не просто удачливый бизнесмен, а крупная фигура в теневой мафии? Надя даже не подозревала об этом. Она считала его обычным преуспевающим предпринимателем, ну, может, с жёстким характером — и всё.
Она выскочила замуж ещё совсем молодой девчонкой, будучи студенткой, и исключительно по большой любви. Первые годы брака действительно были наполнены счастьем, а потом... потом словно что-то сломалось. Борис стал грубым, невнимательным, порой жестоким, и именно это в конце концов толкнуло её на решение о разводе.
Узнав о её намерении, муж ничуть не испугался, а напротив — развеселился, глядя на неё с откровенной насмешкой:
— Ну и забавную же ты шутку придумала! Да ради бога, разводись хоть сейчас. Думаешь, я буду убиваться по тебе? Да ни за что. Это тебе придётся горько пожалеть. Уйдёшь от меня в том, в чём пришла, даже ничего не вынесешь. Не надейся отсудить у меня хоть какую-то копейку. Ни единого рубля не получишь сверх того, что положено по закону. И Левкой меня не прикрывай, не надейся. Раз уж решила уходить, значит, он мне больше не сын. Так что готовься получать крошечные алименты — вот и всё, что тебе перепадёт. Придётся пойти работать, сама знаешь. Вон, кстати, объявление висит: требуется дворник для чистки мусоропроводов. Самое подходящее для тебя место, — издевательски хохотал он.
Но Надежде в тот момент было уже абсолютно всё равно. Раз приняв окончательное решение, она не собиралась отступать от него ни на шаг.
— Да я готова хоть скребком унитазы чистить, лишь бы от тебя подальше, — бросила она ему в ответ с холодным спокойствием.
Её ничуть не испугали угрозы супруга. Надя была твёрдо уверена: она найдёт и работу, и жильё, и сможет вырастить сына безо всякой помощи со стороны бывшего мужа. Так, собрав самые необходимые вещи, она ушла на съёмную квартиру, хлопнув дверью.
Что же касалось той самой флешки... ну да, она отдала её судье, но вовсе не потому, что надеялась вытянуть из Бориса побольше денег, чем положенные алименты. И уж точно не из желания отомстить бывшему. Откуда же ей было знать, что судья, едва взглянув на файлы, немедленно отдаст приказ об аресте? Просто она подумала, что внутри, наверное, лежит нечто важное, если Борис так старательно его запрятал. А истина оказалась куда сложнее и страшнее: флешку с компроматом прятал вовсе не он.
За несколько дней до суда на детской площадке, где гулял её сын, некто случайно перепутал игрушки. Этим «некто» оказался хакер. Он сбегал от преследования. Именно он взломал серверы криминального синдиката Бориса и скачал оттуда все секретные данные. Он знал, что владеть такой информацией смертельно опасно, но даже в страшном сне не мог предположить, что флешка попадёт в руки к совершенно невинному человеку. Он не хотел впутывать посторонних. Однако уже в тот же вечер Надя воочию убедилась в обратном.
Она возвращалась домой из детского сада с сыном, всё ещё пребывая в шоке от случившегося в суде. В голове лихорадочно пульсировала одна мысль: нужно срочно переезжать. Оставаться на старом месте после всего, что произошло, было смертельно опасно для них обоих. Но, подходя к двери собственной квартиры, она с ужасом поняла, что опоздала — замок был взломан, дверь приоткрыта. Внутри орудовали какие-то люди, и они так увлеклись обыском, что не заметили появления хозяйки. Надя, к счастью, не стала проявлять глупого героизма и выяснять, что там происходит. Она мгновенно оценила всю серьёзность положения, бесшумно, на цыпочках, вместе с сыном сбежала по лестнице и укрылась в квартире соседки-пенсионерки. Та, уехав в санаторий, заранее оставила Наде ключи — попросила поливать цветы.
— Мамочка, а кто это там, в нашей квартире? — испуганно, шёпотом спросил Лев, прижимаясь к ней. — И почему мы здесь прячемся? Почему домой не пойдём?
— Это... это папины знакомые, — как можно спокойнее солгала Надя, обнимая сына. — Мы пока немножко посидим у бабушки Зины, они уйдут, и мы вернёмся.
Но она прекрасно понимала: похоже, что дома у них больше нет. А что делать дальше — она не имела ни малейшего представления.
В этот момент в кармане завибрировал телефон. Звонила подруга.
— Надь, ну как ты там? — защебетала Лена встревоженным голосом. — Как всё прошло? Ты в порядке?
— Нет, Лен, — печально ответила Надежда, всё ещё лихорадочно соображая, может ли подруга ей сейчас чем-то помочь. — Всё ужасно. Ты даже не представляешь, что случилось.
Она вкратце пересказала события, пообещав позже рассказать всё подробнее, когда будет возможность.
— Так, слушай меня внимательно, — быстро заговорила Лена. — Ты к ним не суйся. Поняла? Сиди там, где сидишь, и никуда не высовывайся. Я сейчас приеду.
— Скоро нас тётя Лена заберёт, — с облегчением, хотя и не веря до конца, что всё обойдётся, сказала Надя Лёвке и припала к окну, высматривая машину спасительницы.
Они были знакомы с самого детства, и Надя до последнего не знала одной маленькой детали. У Елены были на этот счёт совершенно иные планы. В последнее время она стала любовницей её Бориса.
Елена не солгала — ровно через полчаса её машина остановилась у подъезда. Но из неё вышли не только подруга. Вместе с ней из салона выбрались двое коренастых мужчин с мрачными лицами, и Надя безошибочно угадала в их руках оружие. Осознав, что её предали самым гнусным образом, она в тот же миг схватила сына на руки и, пока они не поднялись наверх, успела выскользнуть через чёрный ход. Но куда идти дальше? У кого искать защиты? Обращаться в полицию она боялась и горько корила себя за то, что вообще ввязалась в эту историю с флешкой.
«И кто меня дёрнул за язык? — с отчаянием думала она, задыхаясь от быстрого бега. — Выкинула бы эту проклятую флешку в мусорку и жила бы спокойно, глотая оскорбления бывшего мужа. Жила бы, как тысячи других женщин, на копеечные алименты да на свою крошечную зарплату. А теперь и сама мучаюсь, и сына мучаю». Но было уже поздно каяться.
— Мама, а куда мы сейчас идём? — всхлипывая от усталости и страха, спросил Лев. — Я очень есть хочу и совсем устал.
— Потерпи, мой хороший, — прошептала она, прижимая его к себе. — Сейчас мы передохнём. Всё будет хорошо, вот увидишь.
Она и сама уже ни на секунду не верила в благополучный исход, но для сына старалась держаться.
— Знаешь что? — сказала она, силясь улыбнуться. — А давай поедем на метро покатаемся? Любишь метро?
Они спустились в подземку безо всякой цели, просто в надежде затеряться в толпе. Надя думала, что в метро много народа, есть полиция, и там её никто не тронет. Но сколько же они смогут так кататься? Сын действительно выбился из сил, да и сама она была на пределе, готовая вот-вот рухнуть от изнеможения.
Едва они присели на свободные места в вагоне, как рядом с ними опустился какой-то незнакомый мужчина. Она подняла глаза. Перед ней сидел человек лет тридцати пяти, с усталым, но внимательным взглядом. В его облике не было ничего угрожающего, скорее наоборот — что-то располагающее.
— Добрый вечер, Надежда Константиновна, — произнёс он, глядя прямо на неё. — Пожалуйста, не пугайтесь. Я хочу вам помочь.
Она взглянула на него совершенно безучастным взглядом, без проблеска надежды. Если даже самые близкие люди в последнее время её предают, чего же можно ждать от постороннего? Хотя, по правде говоря, бояться ей уже было нечего — сильнее, чем сейчас, она и не представляла.
— Кто вы такой? — спросила она устало. — Откуда вы меня знаете? И с какой стати вы решили, что в силах мне помочь?
— Меня зовут Дмитрий, — представился мужчина с таким видом, будто и впрямь чувствовал себя глубоко виноватым. — И это я, сам того не желая, втянул вас в эту смертельно опасную игру.
— Каким же образом? — изумилась Надя. — Я вас вообще в первый раз в жизни вижу. И что ещё за игра?
— Честно говоря, игра очень серьёзная, — признался Дмитрий. — А вы в ней оказались исключительно по моей дурацкой вине. Ведь это я подкинул того самого плюшевого мишку с флешкой, на которой был компромат на вашего мужа. Но я понятия не имел, что в нём окажется игрушка вашего сына. Я просто хотел сохранить данные вот таким странным, но, как мне казалось, надёжным способом. За флешкой шла самая настоящая охота, и неслучайно.
— Я сам был в шоке, когда увидел, какие именно сведения на ней хранятся, — добавил он, понижая голос.
— Но почему же вы не пошли в полицию? Или куда-нибудь ещё? Зачем вы подбросили это мне? — с горечью и отчаянием спросила Надя. — Я же самая обычная женщина, у меня маленький ребёнок. Почему именно я?
— Да, я понимаю, мне очень жаль, — виновато произнёс Дмитрий. — Я слежу за вами с самого здания суда. Просто сразу подойти не решился — боялся, что если кто-то увидит нас вместе, то тогда вам уже точно ничто не поможет.
«Он знает моё имя. Он мог бы навредить сразу, но не делает этого. А выбора у меня действительно нет — люди Бориса найдут меня быстрее, чем полиция», — мелькнуло в голове у Надежды.
— А сейчас? — спросила она с надеждой, которой сама ещё не осознавала.
— Сейчас — да, — твёрдо сказал он. — Но, если честно, вам, возможно, придётся тоже помочь мне. Но вы главное не переживайте, я знаю одно место, где можно укрыться и провести некоторое время в полной безопасности. Я предлагаю вам поехать со мной. Место очень надёжное и вполне комфортное.
— Ладно, — вздохнула Надежда обречённо. — Поехали. Мне терять уже нечего.
Дмитрий привёз её в старый заброшенный пансионат за городом, где у него была оборудована настоящая секретная база. Место оказалось и впрямь вполне уютным — насколько это вообще может быть в таких обстоятельствах. Надя наскоро накормила обессилевшего Лёву и с трудом уложила его в кровать. Когда мальчик наконец уснул, она вышла к Дмитрию, села напротив и спросила:
— А кто вы вообще такой? И почему вы так активно участвуете во всей этой истории, рискуя собой?
— Я программист, — пояснил он. — Могу взламывать любые системы, могу их защищать и многое другое. Но кроме этого, я ещё и наследник огромной корпорации. Ну, точнее, был бы им, если бы не ваш бывший муж. Борис несколько лет назад обманом присвоил себе наше дело, разорив при этом моего отца. Отец не выдержал такого удара — сошёл с ума и вскоре умер. А я остался ни с чем. Только с одним желанием — разоблачить Бориса и вернуть всё назад. И мне почти это удалось, но, к сожалению, по моей вине пострадали и вы.
Надя слушала его, потрясённо молча, и с каждой минутой всё яснее осознавала, насколько же тесно, почти мистически, переплелись их судьбы.
— И чем же теперь всё это закончится? — наконец спросила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Как вы собираетесь восстанавливать справедливость? Борис, вроде бы, арестован, значит, от него сейчас исходит не так много опасности. Хотя... наверняка остались люди, которые попытаются его защитить, раз он так много знает.
— Не его они будут защищать, — возразил Дмитрий, покачав головой. — В первую очередь они станут спасать самих себя. Как только поймут, что ваш бывший муж теперь, как говорят, сбитый лётчик и от него больше нет никакой пользы, они тут же от него отвернутся. Я думаю, с ними мы тоже справимся. Только сначала нужно выяснить, как на самом деле обстоят дела.
А дела в действительности обстояли для них самым плачевным образом, и в первую очередь это касалось их собственной безопасности. Борис, оказавшись в камере следственного изолятора, и не думал сдаваться. Он уже строил планы побега. Ему удалось ловко симулировать сердечный приступ, и его из камеры перевели в тюремную больницу. А там всё пошло гораздо легче. Борис подкупил одного из врачей, и тот помог ему бежать, подставив вместо него ничего не подозревавшего пациента. Так что официально Кулагин всё ещё числился находящимся на лечении в больнице, и его никто не искал.
Оказавшись на свободе, Борис первым делом решил, что должен отомстить жене. Ведь именно по её вине, как он считал, он превратился из солидного, всеми уважаемого человека в беглого преступника, за которым охотится вся полиция. Злоба на Надю жгла его изнутри, не давая покоя ни на минуту. К тому же у него остались верные сторонники из числа тех, кто был замешан в теневых делах. Они были готовы оказывать любую помощь. Узнав от Елены, что Надя вместе с сыном куда-то исчезла, Борис приказал своей сети информаторов начать настоящую охоту на бывшую жену.
О Дмитрии они, к счастью, ничего не знали, поэтому даже не пытались его отыскать. Все преследователи были уверены, что Надежда наверняка скитается где-то по городу, пытаясь найти приют у старых знакомых или, на худой конец, в центре для женщин, попавших в трудную жизненную ситуацию. Именно там они её и принялись искать, но, разумеется, всё было безрезультатно.
Надя с сыном всё так же жили на секретной базе у Дмитрия. По вечерам, когда Левка уже засыпал, они подолгу сидели на кухне, рассказывая друг другу печальные подробности своих жизней и ломая голову над тем, как выпутаться из этой жуткой истории с наименьшими для себя потерями.
— Мне кажется, у нас ничего не выйдет, — однажды вечером с тоской произнесла Надя. — От Бориса можно ждать чего угодно. Я даже представить себе не могла, пока жила с ним, насколько же он на самом деле страшный и беспринципный человек.
— Не стоит так отчаиваться, — мягко возразил Дмитрий. — Я уверен, что когда-нибудь он обязательно попадётся. Теперь он сам — беглый преступник, его ищут, и, я думаю, рано или поздно найдут.
— Если бы нам нужно было опасаться только его одного, — вздохнула Надя. — А те дружки, которые рылись в моей квартире? Я думаю, они куда страшнее самого Бориса.
— Знаешь, я считаю, что они и для него самого теперь представляют смертельную опасность, — сказал Дмитрий, пытаясь её утешить. — Зачем им спасать человека, который может их выдать?
Надя, давно уже не чувствовавшая от кого-либо защиты, сочувствия и даже простого понимания, всё сильнее проникалась к своему спасителю чем-то гораздо более глубоким, чем простая благодарность. Она видела по глазам Дмитрия, что и он относится к ней далеко не равнодушно. Но оба они прекрасно понимали: сейчас им совсем не до выяснения чувств и не до романов. Нужно было решать куда более серьёзные проблемы и как можно быстрее избавиться от нависшей над ними смертельной угрозы.
Дмитрий предложил дерзкий, но хорошо продуманный план: отыскать секретный сейф синдиката, точные координаты которого были зашифрованы на той самой флешке.
— Я думаю, это даст нам возможность одним ударом окончательно уничтожить всю эту преступную сеть, — убеждённо заявил Дмитрий. — Но, чтобы разобрать сложный код, мне нужно получить прямой доступ к главному серверу, который находится в здании бывшего офиса Бориса.
— Знаешь, там ведь, по слухам, после ареста хозяина почти всех сотрудников поувольняли, — припомнила Надя. — Уборщиц, наверное, тоже. Я могу попытаться устроиться туда под чужим именем. И тогда, может быть, получу доступ.
— Ты серьёзно считаешь, что это может сработать? — усомнился Дмитрий, озабоченно хмурясь.
— Не знаю наверняка, — призналась Надя. — Но попробовать всегда стоит. Других вариантов у нас, по сути, и нет.
Она раздобыла седой парик, старомодные очки в толстой роговой оправе, а также нехитрый набор для грима. И на следующее утро отправилась в отдел кадров офисного здания уже в образе пожилой женщины, отчаянно нуждающейся хоть в какой-то работе. Её взяли без лишних вопросов — в офисе и правда требовалась уборщица на подхвате. Нужный компьютер стоял в пустом кабинете финансового директора — Дмитрий объяснил, что через него можно выйти на главный сервер. Надя дождалась, когда все уйдут на обед, и за считанные секунды подключила маленький «жучок» к системному блоку.
Но едва она справилась с заданием, как тут же оказалась на волосок от гибели. В офис неожиданно нагрянул сам Борис. Он сменил внешность, надел парик и тёмные очки, поэтому его никто не узнал. Он приехал за своими наличными деньгами, припрятанными в сейфе. Надя едва успела юркнуть под большой стол в подсобке и затаиться там, молясь, чтобы бывший муж поскорее ушёл и не заметил её.
И в этот самый момент, словно специально, зазвонил его телефон. Борис снял трубку, и Надя с замиранием сердца узнала голос Елены. Но разговор, который они вели, был вовсе не любовным. Надя быстро смекнула, что бывшая подруга предала не только её, но и самого Бориса.
— Ты хоть отдаёшь себе отчёт в том, что ты наделала? — заорал он в трубку на бывшую любовницу, даже не пытаясь сдерживать свою ярость. — Ты слила все мои счета своему новому ухажёру! И ради чего, скажи на милость? Ты вообще понимаешь, что я с тобой сделаю за это?
Ответа Елены Надя, к сожалению, не услышала, но по реакции Бориса поняла, что та ничуть не испугалась его угроз, а напротив — принялась открыто насмехаться над ним. Благодаря этому громкому скандалу Надежде удалось совершенно незаметно выбраться из своего укрытия и покинуть здание офиса.
Они с Дмитрием быстро расшифровали координаты тайного сейфа, и оказалось, что он находится в глухой, забытой богом деревне, на территории давно заброшенной фермы.
— Придётся наведаться в это местечко, — решительно сказал Дмитрий. — Впрочем, если ты не хочешь ехать, я могу съездить один.
— Нет, что ты, я тебя одного ни за что не пущу, — воскликнула Надя, и в её голосе прозвучала такая твёрдость, что Дмитрий даже не стал спорить.
И вот, приехав в ту самую деревню, они узнали от главы местной администрации совершенно сногсшибательную новость. Оказывается, земля, на которой находилась ферма с сейфом, принадлежала никому иному, как Надежде. Всё дело было в том, что её мать много лет назад за сущие копейки скупила земельные паи. После смерти матери всё имущество перешло к единственной наследнице, но Надя об этом даже не подозревала — мать не успела ей рассказать. А Борис, знавший об этом от тёщи, ловко скрыл всё от жены. И вот теперь, когда правда выплыла наружу, Надя имела полное законное право войти на территорию фермы с полицией и судебными приставами.
Они остановились в небольшом домике на окраине деревни, который сняли на неделю. Лев играл во дворе, а Надя и Дмитрий строили планы, как законно получить доступ к ферме. Но тут назрела новая проблема — на этот раз со стороны Елены. Как ни храбрилась Елена по телефону, в глубине души она понимала: от Бориса добра не жди. И, чтобы спасти собственную шкуру от разъярённого бывшего любовника, она решила во что бы то ни стало разыскать Надю и сдать её Борису, надеясь таким образом искупить свою вину и заслужить прощение. С помощью старых геотегов в социальных сетях Елене это удалось. И она тоже отправилась в ту же деревню, чтобы выследить Надю, хитростью выманить её в город и передать в руки бандитов.
А что может быть проще, чем справиться с молодой женщиной через её собственного ребёнка? Елена умудрилась подкараулить момент, когда Лев играл во дворе, и пообещала ему показать очень красивых щенков, пообещав даже одного подарить. Мальчик, доверчивый по своей природе, с радостью пошёл с тётей Еленой. А когда Надя спохватилась и заметила пропажу сына, ни Елены, ни Лёвки уже и след простыл.
— Дмитрий, что же нам теперь делать? — сходя с ума от тревоги и беспомощности, запричитала Надя. — Они забрали моего сына! И я уверена, Борис тоже к этому причастен.
— Так, спокойно, — попытался успокоить её Дмитрий. — Давай подумаем логически. Что твой бывший муж может сделать родному сыну?
Действительно, вскоре раздался звонок от Бориса, который сообщил, что Лев находится у него.
— Зачем он тебе сдался? — зарыдала Надя в трубку, чувствуя, как сердце разрывается на части. — Верни его немедленно!
— Верну, не волнуйся, — спокойно, с наглой усмешкой пообещал бывший муж. — Но только в обмен на ту самую флешку и дарственную на землю, которой я от тебя так и не дождался. Иначе Лёвку ты больше никогда в жизни не увидишь.
— Я согласна на всё! — выкрикнула Надя, готовая в ту же секунду подписать любые бумаги. — Только, пожалуйста, отдай его!
Но Дмитрий решительно остановил её, придержав за руку:
— Не спеши, успокойся. Ничего плохого своему сыну он не сделает, это я тебе точно говорю. Подтверди ему, что согласна на всё. Пусть поверит. Но в назначенное место вместо тебя поедет полиция. Он ведь только что совершил очередное преступление — похищение собственного ребёнка. А это усугубляет его вину.
Расчёт Дмитрия оказался абсолютно верным — звонок в полицию в корне изменил ситуацию. Когда Борис приехал на место встречи в полной уверенности, что сейчас получит всё, что ему причитается, его уже поджидал отряд захвата. Надя наконец смогла обнять своего сына живым и невредимым, а Борис и Елена предстали перед судом.
Но у Надежды уже появились другие заботы — гораздо более приятные. Дмитрий, наконец, решился и признался ей в любви. Надя, не раздумывая ни секунды, ответила согласием. Так что вскоре они начали готовиться к долгожданной свадьбе, позабыв о всех пережитых ужасах, как о страшном сне, который наконец-то закончился.