Устал? Окей. Тогда сегодня я тоже «устала» готовить
— Устал? Окей. Тогда ужина сегодня нет — посмотрим, сколько стоит моя усталость в твоих глазах.
Он смотрел на меня секунды три. Потом — на плиту. Потом снова на меня.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно.
Борщ стоял на плите. Уже готовый. Я просто выключила конфорку, накрыла крышкой и ушла в спальню. Спокойно. Как будто так и надо.
А началось всё в семь вечера.
Я пришла с работы — восемь часов за компьютером, потом магазин, две тяжёлые сумки, лифт не работал. Третий этаж пешком. Дома — гора немытой посуды со вчера, носки на полу, и Дима на диване с телефоном.
— Привет, — говорю. — Как день?
— Устал, — не отрываясь от экрана.
Ладно. Я разобрала сумки. Помыла посуду. Поставила борщ. Час у плиты — это не отдых после работы, это вторая смена, но кто считает.
В восемь он появился на кухне. Заглянул в кастрюлю.
— Долго ещё?
— Минут двадцать.
Вернулся на диван. Я слышала смех из телефона — он смотрел какое-то видео. Уведомления пикали одно за другим. Жизнь кипела. Только не на кухне.
В восемь двадцать он снова вышел.
— Ну что там?
И вот тут что-то щёлкнуло. Не громко. Почти беззвучно. Как выключатель.
— Устал? Окей. Тогда ужина сегодня нет — посмотрим, сколько стоит моя усталость в твоих глазах.
Он решил, что это игра. Что я дурю, набиваю цену, жду чтобы он сказал «ну прости, солнышко» — и всё вернётся на круги своя.
— Лен, не начинай.
— Я не начинаю. Я заканчиваю.
Он засмеялся. Нервно, но засмеялся.
— Из-за борща? Серьёзно?
— Не из-за борща.
Я взяла телефон и открыла заметки. Там был список. Я вела его три месяца — просто так, для себя, потому что иногда начинала сомневаться: может, я преувеличиваю? Может, всё не так плохо?
Список не давал преувеличивать.
87 ужинов за три месяца. Из них 84 — я. Уборка — я. Продукты — я. Запись к врачу (его, между прочим) — я. Химчистка его пальто — я. День рождения его мамы, подарок, открытка, такси — всё я.
Я зачитала вслух. Медленно. Без интонации.
Он слушал с таким видом, будто я говорю на суахили.
— Ты что, реально считала?
— Реально.
— Это ненормально.
— Согласна, — говорю. — Именно поэтому я остановилась.
Он ушёл к другу «переночевать и остыть». Громко хлопнул дверью. Классика.
У меня был ровно один вечер.
Я позвонила в службу замены замков — они работают до полуночи, я проверила заранее. Собрала его вещи. Не в панике, не со слезами — методично, как склад инвентаризирую. Два пакета IKEA и спортивная сумка. Поставила на лестничную клетку. Сфотографировала — чтобы потом не было разговоров про «ты выбросила мой ноутбук».
Ноутбук, кстати, был в сумке. Аккуратно завёрнут в флисовый плед. Я не звери.
В одиннадцать мастер поменял замок. Я налила себе борща. Поела в тишине.
Это был лучший борщ в моей жизни.
Он вернулся в час ночи. Позвонил в дверь. Потом ещё раз. Потом написал: «Лена, хватит, открой».
Я не открыла.
Написал: «Мы же взрослые люди».
Я ответила: «Именно».
Написал: «Ты пожалеешь».
Я выключила звук и легла спать. Первый раз за три месяца — без будильника в голове «не забудь завтра купить хлеб и оплатить его парковку».
Спала как младенец.
Вопрос к тем, кто дочитал: вы когда-нибудь замечали, что самый тяжёлый груз — это не сумки из магазина, а привычка тащить всё в одиночку и делать вид, что так и надо?
