Они пообщались и поделились своими мыслями с изданием Cultured Magazine в преддверии широкой премьеры нового фильма “Рукою Данте”.
Актерскому мастерству Оскара Айзека можно позавидовать – он умеет быть серьезным (“Холодный расчет”, “Сцены из супружеской жизни”, “Покажите мне героя”), ему не страшно быть смешным (“Молнияликий”, “Всех порву!”, “Тики Таки”, “Большой золотой слиток”), он принимает участие в независимых проектах (“Мохаве”, “Драйв”, “Из Машины”) и крупных студийных (“Дюна”, “Звездные войны”, “Люди Икс: Апокалипсис”).
В самом свежем из его фильмов “Рукою Данте” (“Кодекс Данте” – для российского проката) он исполняет двойную роль, причем каждая из ролей относятся к разным эпохам. В одной эпохе – это поэт Данте Алигьери, который работает над поэмой “Божественная комедия”; в другой – это писатель Ник Тошес (литературная версия настоящего Ника Тошеса), которому мафия заказала провести экспертизу по определению подлинности рукописи “Божественной комедии”. Между эпохами – более 700 лет, но от эпохи к эпохе люди не меняются.
Фильм снят по одноименному роману 2002 года писателя, поэта, музыкального критика и журналиста Ника Тошеса. По роману “Рукою Данте”, который считается в его библиографии самым сложным – и для чтения, и для экранизации. Но художник и арт-хаусный режиссер Джулиан Шнабель, который взялся за экранизацию, оценил именно сложность и непокорность, что его и привлекло. Тем более, в сюжете есть тема, которую Шнабель изучает в своем творчестве – создание/становление и раzвращение гениального мужчины.
Экранизация получилась отчасти привычным криминальным триллером, отчасти исследованием темных закоулков души. В двух параллельно развивающихся сюжетных линиях Ник в начале 2000-х годов объединяется с нью-йоркской мафией, чтобы украсть рукопись “Божественной комедии” и установить ее подлинность; и Данте Алигьери переживает душевные муки, которые легли в основу его великого литературного труда.
Актерский состав в фильме звездный – тут есть и философствующий Мартин Скорсезе, и размахивающий пистолетом направо и налево Джерард Батлер, и невозмутимый Джон Малкович, обещающий баснословную выгоду от продажи рукописи, и Галь Гадот, которая является Нику из волн морских как Венера Ботичелли, и делящийся мудрыми мыслями Аль Пачино.
Джулиана Шнабеля всегда привлекали эксцентричные, пылкие личности – и в основном художники, собственно, о них он снимал фильмы: “Баския”, “Пока не наступит ночь” и “Ван Гог. На пороге вечности”. В последнем Оскар Айзек исполнил роль Поля Гогена, а Уиллем Дефо – Винсента Ван Гога.
Знакомство Оскара Айзека и Джулиана Шнабеля и начало работы
Лично актер и режиссер познакомились на кинофестивале в Нью-Йорке (New York Film Festival) в 2017 году. Их места были рядом в зрительном зале на одном из показов. Предположительно, Шнабель смотрел посвященный ему документальный фильм Julian Schnabel: A Private Portrait Паппи Корсикато.
Но, по словам Шнабеля, он уже знал многие актерские работы Айзека. И был рад с ним наконец увидеться, было ощущение, что они уже знакомы (I’d seen Oscar’s work before I met him, and I was tickled to sit next to him. I felt like we knew each other before we knew each other). Когда, например, Шнабель смотрел фильм “Из машины”, голос Айзека напомнил ему голос актера Денниса Хоппера, который был одним из лучших друзей Шнабеля. “В сходствах подобного рода есть что-то такое, что заставляет тебя чувствовать, что ты знаешь кого-то еще лучше”.
Айзек в свою очередь тоже заочно знал Шнабеля по его фильмам – “Баския”, “Пока не наступит ночь”, “Скафандр и бабочка”. По его признанию, работу Хавьера Бардема он увидел именно в “Пока не наступит ночь”, и ему, тогда еще начинающему актеру, хотелось получить шанс сняться в чем-то подобном.
После личного знакомства на фестивале Айзек и Шнабель начали общаться – они совместно посмотрели фильм “Врожденный порок” Пола Томаса Андерсона (по Пинчону), Шнабель приходил в театр Public Theater на спектакль Сэма Голда “Гамлет”, в котором Айзек исполнял главную роль.
Плюс Шнабель позволил Айзеку почитать пару сценариев в разработке – не для участия, а ради любопытства. Одним из них был сценарий “Рукою Данте”, который показался Айзеку абсолютно диким. На тот момент главная роль предназначалась Джонни Деппу, как владельцу прав на экранизацию (а Депп вообще купил права на наследие Тошеса как большой поклонник его творчества). Айзек ответил Шнабелю после своего первого знакомства со сценарием, что хотел бы получить роль, если вдруг Депп по какой-то причине выйдет из проекта.
Как объяснил Шнабель, Джонни Депп был очень щедр и заботлив по отношению к Нику Тошесу. Был момент, когда Тошес даже жил в доме Деппа, когда писал роман. Но каким-то образом они поссорились. У Деппа потом случились свои проблемы, и времени на проект у него не оставалось. Шнабель отправлял ему сценарий, но последующего общения не было.
И действительно произошла замена ведущего актера – действительно на ведущую роль был принят Оскар Айзек. Но между знакомством со сценарием, обсуждениями сюжета и присоединением к проекту и началом работы прошло пять лет.
В этом промежутке Айзек поработал со Шнабелем, исполнив роль Поля Гогена в его арт-хаусной драме “Ван Гог. На пороге вечности”. А, чтобы начать сниматься у Шнабеля, Айзеку нужно было улаживать вопросы с продюсерами трилогии сиквелов “Звездных войн” – с 2015 по 2019 года он был закреплен за проектом как пилот По Дэмерон, и в 2016-17 годах он снимался во второй части. Одним из продюсеров была Кэтлин Кеннеди (Kathleen Kennedy), которая в середине 2000-х продюсировала драму “Скафандр и бабочка”, что сыграло свою положительную роль в переговорах.
Джулиан Шнабель очень высоко оценил актерскую увлеченность ролью Оскара Айзека
Съемки фильма “Рукою Данте” проходили в Италии, иногда в средневековых замках; для съемок приходилось перекрывать улицы. На рабочую смену отводилось ограниченное количество времени. Иногда приходилось справляться за один или два дубля для съемки определенных объектов. Съемочная группа перемещалась туда-сюда в разные периоды времени, иногда в один и тот же день.
С американской группой сотрудничала команда, состоящая в основном из итальянцев, и поэтому американцам пришлось научиться правильно общаться. Было много локальных проблем. Но Джулиан Шнабель был спокоен, так как выбрал актеров, которые знают свое дело.
Айзека в работе он отметил отдельно: “Оскар, безусловно, глубоко вникал в суть истории, в суть своего героя. Мне не приходилось что-то долго объяснять – он и сам знал, что требуется делать. Это было самое настоящее сотрудничество, причем твой сотрудник искренне хочет делать то, что требуется. На протяжении всех съемок – а в проекте было много людей, которые приходили и уходили, было очень суматошно, – я ни разу не видел, чтобы Оскар сбился с ритма или потерял представление о том, что из себя представляет его герой, где он находится сам и где находятся все вокруг”.
Словом, для Шнабеля это тот человек, с которым он бы пошел под огонь, ему можно доверять. “Это был единственный человек, о котором мне совсем не нужно было беспокоиться”.
Данте и кризис среднего возраста
Оскар Айзек сказал: “Ирония в том, что вы говорите, что боретесь с чем-то большим, чем вы сами, тогда как обычно Бог – это то, что больше нас всех. Говоря это, я вспоминаю библейский сюжет об Иакове, борющемся с ангелом. Ни у кого нет окончательной победы, так ведь? Мы все умираем. А главное – это борьба, поединок на грани победы, то, что невозможно выиграть.
Мне показалось особенно интересным, что Данте Алигьери, в определенной степени, переживает кризис среднего возраста, когда говорит о середине нашего путешествия (земную жизнь пройдя до половины…). Так он начинает “Ад”. “Божественная комедия” начинается на полпути нашей жизни. Это то, через что мы все проходим: страшно идти вперед, там темнота и лес, и ты не можешь вернуться назад, потому что там водятся дикие животные. Что ты делаешь? Ты идешь туда, чтобы попасть в место получше, во что-то более настоящее. Вот где я нашел себя. Тот факт, что это произошло в одно и то же время, возможно, было божественным светом”.
Оригинальное название статьи: Oscar Isaac and Julian Schnabel on Why Making Likeable Movies Is Besides the Point
Источник статьи: