"Согласно теории Рыбакова…", "согласно гипотезе Топорова и Иванова" – частые оговорки в популярных работах по теме славянского язычества. Но часто ли мы задумываемся – на чем основываются теории и гипотезы ученых, реконструирующих мифы славян? И что на сей счет говорит самая, казалось бы, твердая из историографических основ – археология?
Какие ваши доказательства?
Подавляющее большинство нынешних реконструкций славянских мифов и их персонажей базируются на древних летописях, но почти целиком созданы на материале фольклора и народного творчества. Часто ученые – фольклористы, лингвисты, историки – творят с оглядкой на бродячие и просто общие сюжеты других индоевропейских мифологий…
Казалось бы, если в основе такой реконструкции лежит фрагмент летописи, можно считать, что историческая база есть и верить ей можно. Однако некоторые – как исследователи, так и поклонники неоязыческих учений – оспаривают и достоверность летописей. Например, «Хронику Иоанна Малалы», где мы встречаем имена Даждьбога и Сварога (в летописях – единственный раз!) и указание на их родственную связь. Но тут же встает вопрос об осведомленности автора – возможно, византийца или грека – в сфере именно веры славян. Не воспринял ли он услышанное поверхностно. Можно ли и правда считать Сварога богом-кузнецом?
Археоважно
А вот тут всё крайне неоднозначно…
Приведем пример из самой изученной в мире мифологии. Находят археологи Греции статую воина с надписью Ἀχιλλεύς. Прекрасно, нам все ясно! Но если надписи нет, остается лишь гадать. Однако если воин умирает, раненый единственной стрелой в пяту – тут все вполне определенно.
Но вернемся к истории изучения славянских древностей.
На острове Фишеринзель в Мекленбурге в 1969 году было обнаружено славянское капище с деревянным изваянием: две фигуры, будто бы сросшиеся как сиамские близнецы.
Русскоязычному читателю изображение этого изваяния известно по работам Бориса Рыбакова, который, следуя идее всеобъемлющего культа Рода и Рожаниц, как раз и назвал найденных идолов Рожаницами с полотенцами.
Однако большинство исследователей резонно замечает: «Но позвольте, это не дамы, а джентльмены, и вовсе не с полотенцами, а с усами». И возражающие явно правы – это боги-близнецы в шлемах.
Дополняет картину то, что на капище было найдено изваяние богини-матери (ее изображение в Сети найти не удалось, но в контексте находки она упоминается).
Надписей ни на самих изваяниях, ни поблизости, разумеется, нет. Нет упоминаний этого капища в рассказах путешественников по славянским землям.
Кто же перед нами?
И далее дело даже не в смелости предположения, а в том, что по сути у нас остается единственный вариант: это Лель и Полель с богиней-матерью Ладой, известные нам по польским хроникам и реконструкциям фольклористов.
Да, это лишь гипотеза. Но как можно было бы предположить даже это, если бы не было работ фольклористов и лингвистов?
"Всяк сущий в ней язык…"
Уже упомянутый академик Рыбаков относил к культу Рода свадебный обряд, когда в ведро (для питья) вкладывали муляж срамного уда, и писал, что это «подкрепляется и археологическими материалами: К. Яжджевский нашел при раскопках в Ленчице, в слоях XII-XIII вв., ведро и “срамоту” (фалл), т. е. полный набор реквизита свадебного обряда».
Его оппонент, академик Лев Клейн, с технической частью обряда соглашался, но относил его к культу вовсе не Рода, а Перуна, и шире – индоевропейского Громовержца. (В этом и состояло зерно спора двух академиков: кто у славян был главным божеством – Род или Перун?)
Так и получается, что у нас наличествует и описание в летописи, и даже археологическая находка… нет только трактовки. Вернее, трактовок хватает, нет определенности.
И ситуация для славянской мифологии, увы, не просто знакомая – вся картина славянских мифов, вся реконструкция пантеона состоит из допущений, трактовок и полного отсутствия определенности. Сколько исследователей – столько гипотез. И для каждого его видение вопроса, по сути, – автопортрет.
Но без этих трактовок (и в первую очередь – по причине отсутствия письменности) находки археологов просто замолчат. Как «гробницы, мумии и кости» в стихотворении Бунина.
А посему археологические свидетельства славянских древностей, могут считаться лишь косвенными уликами, подтверждающими теорию «следователя» – лингвиста или фольклориста.
Любовь {Leo} Паршина, специально для канала "Русичи"
__________________________