— Ответь мне, муж, как это называется, — тоном, от которого любой другой бы мужчина уже испепелился до угольков, начала Наташа, — я тебя послала за говяжьей вырезкой, —она нервно сглотнула, будто была не прочь эту самую вырезку проглотить в один кусок в сыром виде, — и за керамзитом еще для садика моего балконного. А ты что приволок? Вот это что такое, я тебя спрашиваю?!
И вообще-то, Наталья не была ни злючкой, ни человеком конфликтным, неуравновешенным, но тут, что называется, накипело!
Просто все это, что свалилось на нее в последние две недели, это было уже слишком и поэтому возвращение второй половинки с центрального городского рынка, когда с первого взгляда было ясно, что он начисто проигнорировал список покупок, вот это и стало последней каплей!
Что же до непутевого супруга, то он, явно (пусть и невольно!) проверяя границы терпения своей жены, прошел в квартиру, бережно неся обеими руками свое странное приобретение. Это была птичья клетка. Старомодная и явно знавшая не одно поколение пернатых обитателей, она подозрительно пахла - в ней точно не убирались так часто, как следовало бы… Но, важнейшим во всей этой ситуации, само собой, было то, что клетка не пустовала - в ней сидел попугай.
Наташа не была сильна в определении видов зверей с птицами, но сразу поняла, что это не волнистый, из тех попугайчиков, которыми полнятся зоомагазины… О, нет! Это создание как бы сразу заявляло - я птица особенная!
Размером попугай был велик - ростом сантиметров сорок. И это не считая хвоста! Его оперение было ярким, пестрым, как цветочные джунгли, а клюв - угрожающе-мощным, таким, что под него точно не хотелось бы случайно подставить пальцы!
Борис же тем временем уже прошел в зал (как было принято называть в их семье самую большую и проходную комнату в трешке) и поставив клетку в центр стола, принялся тараторить о том, как же так вышло, что он притащил домой нечто вообще незапланированное!
И вот честно - верь Наташа во всякое паранормальное, она бы решила, что пред ней доппельгантер, то есть - зловещий двойник ее мужа. Ну, а как иначе можно было бы объяснить внезапный порыв, побудивший его купить это?!
— ...говорит, мол, квартиру-то мы по наследству забираем, нужна очень, а хлам стариковский - выбрасываем! Там еще книги отдавали, целую библиотеку, представляешь?! Грамоты его за труд на заводе, награды какие-то… Ну и вот - обуза, сказали, еще, представляешься, говорили, что если сегодня не пропадут, то выпустят просто, чтобы летел, куда хочет! А ведь это не здешний вид, Наташенька, он бы не выжил у нас тут!
Наталья выслушала мужа внимательно, не перебивая. Чисто по человечески ее тронул рассказ о черствых наследниках некого покойного пенсионера, но… Все равно не оправдывало это поступка мужа!
— Сколько? — спросила она.
— Шесть шестьсот… — робко (потому что верно предвидел реакцию) ответил Борис.
— Сколько?! — округлила глаза Наташа.
Легким движением руки вторая половинка лишила ее и вырезки, и керамзита, и предстоящего платежа за свет, ну и в целом - денег на продукты до зарплаты.
И вообще-то, Наталья не была меркантильной, да и имелась кое-какая подушка безопасности еще в их семье, плюс, в крайнем случае, можно было занять у ее родителей… Но! Сам факт вновь подтверждал - ее мужем творится что-то странное в последнее время.
— Я так понимаю, — хмыкнула она, — за такие деньги, ты это пернатое недоразумение не собираешься в добрые руки пристраивать?
— Я с самого начала решил, что это мой попугай будет! — вскинул подбородок Борис, — если хочешь знать, я всю жизнь о таком питомце мечтал! Просто мамам не разрешала…
— Можно подумать, твоя мама сейчас будет в восторге, — фыркнула Наташа, — а, кстати! — тут же подняла она палец, — сам будешь перед ней отдуваться, понял? Твоя же птица… А теперь, — Наташа устало вздохнула, — пойдем ужинать, что ли…
— Еду давай! — раздалось грубоватое, пронзительное.
Муж и жена вздрогнули и повернули головы к клетке с попугаем. Он же расправил крылья, встряхнулся и издал странный звук, напоминающий смешок.
— Цезарь - хороший мальчик! — сказал попугай.
— Ну, совсем замечательно, — уперла руки в бока Наташа, — он еще и говорящий!
— Я сейчас! — крикнул из коридора муж, — в зоомагазин слетаю только! Надо же корму специального для него взять… И кормушку еще, и поилку! Игрушек каких-нибудь… За птицей ведь надо всерьез ухаживать! Я мигом, Наташенька!
Хлопнула входная дверь и ее плечи вздрогнули. Ох, странное это было чувство… А только Наташе вдруг захотелось всплакнуть. Не то, чтобы плаксивой она была, эмоционально нестабильной, но… Просто много, слишком много всего навалилось! И вот честно - не было сил держаться!
— Ну, чего уставился? — всхлипнув, спросила Наташа у птицы, — чего тебе, глупый?!
Пестрое создание ничего не ответило. Только покрутило головой и почесалось, обронив пару перьев.
— Ладно, погоди… — шмыгая носом, Наташа потерла глаза, — яблоко будешь? Сейчас отрежу тебе кусочек…
И пока чистила (потому что не знала - а можно ли попугаям со шкуркой!) и кормила, у Наташи было время подумать… Ну, в каком смысле подумать - просто в голову вдруг полезли размышления о том, что жизнь ее сложилась вовсе не так, как ожидалось и хотелось и непонятно было - в чем сама тут виновата, можно ли было все исправить?!
Наталья родилась и выросла в этом городе и в самой обыкновенной семье. Отец ее трудился на хлебокомбинате, а мама - работала в регистратуре в поликлинике. Бабушки и дедушки с отцовской стороны Наташа не знала - эти люди погибли еще до ее рождения, а дедуля и бабуля со стороны мамы - жили в далеком провинциальном городке и по каким-то таинственным причинам (о которых в семье никто не говорил) очень редко навещали дочкину семью и крайне редко родители Наташи ездили в гости к ним. Но именно от этих путешествий отчего-то у Наташеньки остались самые теплые, яркие воспоминания - стук ветра в окно и сквозняк, тянущий из-под деревянных рам в комнате, где все был чудно, интересно и по-старинному, будто в музее! Теплый аромат хлеба из местной пекари… Согретое солнцем большое крыльцо трехэтажного дома, где находилась квартира бабули с дедулей и где она, маленькая девчушка, могла часами сидеть, играя в куклы или рассматривая картинки в книжке сказок…
Старики умерли, когда Наташе было тринадцать лет. Родители, не взяв ее, слетали в провинциальный город на похороны и вернулись.
Наташа, будучи подростком со своими проблемами и увлечениями не особо уделяла внимание взрослым разговорам, но поняла только, что родители взбешены - квартира ушла какой-то дальней родне, в последние годы присматривающей за стариками. Но еще они привезли какую-то шкатулку и мама, почему-то прятала ее от дочери, говорила, что там просто безделушки, всякие мелочи, навевающие воспоминания…
А время, оно летело, мчалось вперед! И вот уже Наташа закончила школу. И в принципе, тут все было, как у всех - платье в стиле принцессы, щемящая тоска по ушедшему времени и легкие трепет перед будущем…
Первоначально Наташа хотела, кстати, поступить на юридический, но родители отговорили - убедив, что рынок и так перенасыщен знатоками законов…
— А вот хлебопеков толковых - дефицит! — важным, наставительным тоном сказал отец и Наташа, чуть поразмыслив, отнесла документы в другой институт - теперь она готовилась стать технологом пищевого производства.
Что же до поры студенческой, которая у многих людей остается в памяти как бурная, беззаботная, веселая и насыщенная на романтические приключения, то у Наташи все было… куда как проще. Иначе говоря - она просто училась.
Нет, она не была совсем уж тихоней, но просто так вышло, что любовь не трогала ее сердце, дружба - была крепкой и не требовавшей много времени с парой бывших одноклассниц, а искреннее стремление хорошо учиться - требовало приложения всех сил и свободного времени.
В итоге, в своем выпуске Наташу преподавательский состав хором называл лучшей и у нее не возникло проблем с поиском работы - она пришла туда же, где работал ее отец.
И снова летели, мчались вперед годы! Работа, дом и снова работа, а по выходным - чуть больше дома, да иногда еще походы в гости к родне…
И в принципе, Наташу все устраивало! Но иногда… Ох, иногда на нее находило! Странное это было чувство, но, ее вдруг переполняла тоска по тому, чего никогда и не было и грызли сожаления о том, что жизнь ее пролетает, будучи лишенной… Чего-то яркого, необычайного, того, что могло бы привнести в нее новый смысл!
Родители, впрочем, с которыми она однажды поделилась своими мыслями, ее не поняли. Мать пожала плечами и сказала, что спокойная, размеренная жизнь, это и есть счастье, а отец прибавил, что перемены - это всегда стресс и когда Наташа до шестидесяти примерно доживет, то она поймет, что в этом-то и счастье заключается - когда у тебя есть сотни, тысячи дней, похожих, как под копирку!
— А всякие там приключения и события яркие это так - суета и пыль! — махнул рукой отец.
Но, перемены все-таки ворвались в жизнь Натальи и уже довольно скоро - накануне ее двадцать четвертого Дня рождения.
Тогда к ее родителям напросились проездом бывшие в городе дальние родственники - Ивановы. Мать, которую звали Софьей Валерьевной и ее сын - Борис. Который, между прочим, никогда практически не представлялся по отчеству - потому что отец его был плохим человеком, который предпочел счастью семейному, всяческие пороки и вредные привычки. Более того - в душе Софии Валерьевны его бегство, случившееся в день ее выписки из роддома, оставило такой глубокий след, что этот день она ежегодно не то, что отмечала, но, не пропуская ни года, рассуждала, что ей на бывшего мужа плевать, что он - как умер для нее давно и что она даже если ей миллион заплатят, ни разу не придет на его могилку!
— Мне так жаль твою маму, — однажды высказала мнение Наташа Борису, — она ведь могла бы снова стать счастливой!
— А хочешь правду знать? — грустно усмехнулся он, — у мамы и ухажер был! Нормальный, серьезный мужик… Так она ему столько гадостей наговорила, нарочно прогнала! Нет, она… Верит у меня, что личная жизнь для нее в принципе невозможна!
Что же до личной жизни сына, то тут София оказалась той самой свекровью, про которую… нельзя было бы однозначно сказать ни хорошего, ни плохого. Другими словами - она вся была соткана из противоречий!
К примеру, сегодня утром она могла терпеливо учить невестку, как печь оладьи по семейному, секретному их рецепту, а вечером - бранить ее за то, что криврукая лентяйка, которая не может, как полагается, прогладить все постельное белье после стирки!
Жить молодая пара, кстати, стала вместе с мамой мужа - в этом городе София Валерьевна решила остаться еще до того, как у ее сына с Наташей случился роман. Просто тут, в этом городе, она провела, как сама говорила - лучшие, студенческие годы и рассчитывала на неплохое, спокойное время, так сказать, в пору заката жизни, то есть пенсионную…
А еще София Валерьевна была человеком энергичным, деятельным и поэтому и не думала уходить с работы, а трудилась она - переводчиком с немецкого языка, работая в основном с научной литературой, до порой еще - беря на дом частные заказы от всяких ученых, которым требовалось для публикаций заграницей переводить свои труды.
Наташа, пришедшая в дом свекрови в качестве второй хозяйки, очень старалась маме мужа, естественно, понравится. Да она все для этого готова была сделать! Но… С течением лет (которых набралось уже восемь) ей пришлось уяснить горькую правду - совсем уж своей и родной она для свекрови никогда не станет. И это было, вот честно, обидно! Но, к этому можно было, конечно, привыкнуть…
— Я тебя не пойму, — однажды сказала Наташе Вера - ее старинная подруга, с которой они в основном общались по телефону, но минимум раз в пару месяцев встречались и лично, — почему вы ипотеку до сих пор не взяли?! Твой зарабатывает как будто прилично… Наташа, ну, как ты не понимаешь?! Под крылышком у свекрови так и будет у вас жизнь на половинку от возможностей, комфорта и на двести процентов - выкручен уровень стресса!
— Да мне бы хотелось свое жилье, очень, — вздохнула Наташа, — только это пока невозможно! Понимаешь, у Бори же обязательства не только передо мной…
Да, таков был супруг Наташи - он, помимо того, что на зарплату начальника среднего ранга в фирме, выпускающей мебель, содержал своих домашних, кроме того, активно помогал родне дальней, оставшейся в другом городе. То одних надо было поддержать - дочка замуж выходила, то других - требовалось помочь с путевками в санаторий… Вот и выходило, что на свои нужды - оставалось совсем немного!
Однако, тот факт, что Наталья мирилась с таким… весьма специфическим распределением зарплаты мужа, вовсе не означало, что ее это устраивает в принципе! И да, пару раз Наташа пыталась, так сказать, аккуратно прощупать почву на тему того, а как долго ее муж собирается проявлять такую щедрость?! Но, натолкнулась на то же - ее пристыдили и велели не считать чужие деньги!
Вот только… Деньги, которые Николай тратил на родню, в конечном итоге задевали Наташу - ведь их недоставало по итогу в бюджете их собственной семье и по факту, уже Наташе приходилось добавлять то на смену пластиковых окон в комнате свекрови, то просто на платеж по кредиту, взятому ради покупки такого чуда бытовой техники, как гибрид - стиральная и сушильная машинка одновременно.
Но в целом, в общем Наташа ко всему этому привыкла… Ведь она и выросла-то в семье - где к материальным благам относились аж с некоторой долей презрения…
— А мяса-то к ужину совсем нет! — с чувством человека голодного и злого, сказала Наташа, заглянув в холодильник, — значит, азу отменяется, — уперла она руки в бока.
В дальней комнате загрохотало - это летал, задевая крыльями прутья клетки, попугай. Наташа поморщилась - звук этот был куда как более раздражающим, чем визгливый лай жившего по-соседству мопса и она малость с содроганием предвкушала, как эта птичка дивная станет будить ее по утрам. Вот уж точно, грустно усмехнулась Наташа, научить бы попугая шуметь к строго определенному времени и никакого другого будильника бы не получится!
— Да успокойся ты, — ворчливо высказалась Наташа, уперев рука в бока, — не шуми! Не то будет на ужин парижский луковый суп с птицей! А что? Говорят, во Франции и лягушек, и другую живность едят!
Попугай, будто бы оценив этот черный юмор, притих. А в морозилке - обнаружилась позабытая пачка рыбных палочек, так что ужин вышел все-таки не совсем бедным.
Свекровь, кстати, вернувшаяся домой поздно, отнеслась к появлению птицы на удивление спокойно.
— Какой симпатичный! — сказала она, — только клетка ему маловата… Ну, ничего, у меня завтра как раз пенсия приходит, я для тебя в зоомагазин слетаю и все, что нужно, куплю!
Невестке Софии Валерьевны лишь оставалось завистливо покоситься на птичку - потому что это было что-то новенькое - видеть проявление щедрости от прижимистой, вечно хмурой и всем недовольной свекрови, сейчас, ну, надо же, улыбавшейся и даже напевавшей себе под нос!
Что же до самой Наташи, то ее поведение свекрови с одной стороны раздражало, а с другой - появилась надежда, что не на ее плечи лягут дополнительные обязанности - ведь птичью клетку надо убирать, чистить… Впрочем, Наташа рано радовалась!
— Собери, в коробочке есть инструкция, — сказала свекровь на следующий день, вручая невестке большой пакет из зоомагазина.
— Извините, но, я занята сегодня, вообще-то, — осторожно сказала Наташа, — понимаете, на хлебокомбинате новую линейку запускают и хотя сегодня выходной, но, мы договорились встретиться, так сказать, в неформальной обстановке с командой нашей…
— Ну, надо же, какая важная! — всплеснула рукам свекровь, — просто бизнес-леди! А жизнь семьи, выходит, для тебя ничего не значит?!
— София Валерьевна! — воскликнула Наташа, — да вы сами-то себя слышите?! Да я… Все для этой семьи делаю! Я про себя забыла ради вас и Бориса! А эта… Курица разноцветная, — бросила она недобрый взгляд на попугая, — не моя семья! Я вообще не хотела его заводить! Он мне - не нужен! Так что… Извините, но я свои планы менять не стану!
— В позу, значит, встала? — ухмыльнулась свекровь. И тоже уперла руки в бока и Наташа вынуждена была признать - мама мужа умеет делать это более эффектно, — ну, как знаешь… Вот, придет время, потребуется тебе наша помощь, а мы - откажем!
— Ха! — упрямо вскинула подбородок Наталья, — это еще кто и кому на поклон придет!
— А поглядим! — прищурилась, точно оценивающий добычу хищник, сказала свекровь.
— Посмотрим! — приняла вызов, о последствиях которого не догадывалась и в принципе не могла еще знать, Наташа.