Галине Петровне позвонили во время обеденного перерыва.
Она как раз собиралась спуститься в столовую, когда на столе завибрировал телефон. Номер был городской, незнакомый.
– Галина Петровна Сомова? – уточнила женщина.
– Да.
– Добрый день. Вас беспокоит центр жилищного обмена. Хотим подтвердить завтрашний осмотр квартиры на улице Красных Зорь.
Галина Петровна сначала решила, что собеседница ошиблась номером.
– Какой осмотр?
– Оценщик подъедет с одиннадцати до двенадцати. Ему потребуется доступ во все комнаты, на кухню и балкон. Желательно подготовить документы на квартиру.
– Подождите. Вы чью квартиру собираетесь осматривать?
Женщина назвала её адрес, подъезд и номер.
– Кто оставил заявку?
– В заявке указана ваша дочь, Марина Сергеевна. Она занимается подбором вариантов по вашему поручению.
Галина Петровна села обратно на стул.
За стеклянной перегородкой коллеги уже надевали пальто. Бухгалтер Валя махнула ей рукой, показывая на часы, но Галина Петровна только покачала головой.
– Какое у неё поручение?
– Предварительное. На включение объекта в цепочку обмена. У нас отмечено, что собственник согласен рассмотреть однокомнатную квартиру с доплатой.
– Кому доплатой?
– Одну минуту.
В трубке зашелестели бумаги.
– Предполагается продажа вашей трёхкомнатной квартиры и одновременное приобретение двух объектов. Вам подбирают однокомнатную квартиру, второй семье – двухкомнатную. Разницу покрывают средствами покупателей и кредитом.
– Какой второй семье?
Женщина замолчала.
– Галина Петровна, наверное, лучше вам обсудить подробности с дочерью. Я вижу только анкету.
– Прочитайте, что там написано.
– Я не имею права сообщать данные других участников.
– Это моя квартира.
– Да, разумеется. Без вашего личного согласия и документов никакая сделка не проводится. Сейчас речь только о подборе цепочки.
– Отмените осмотр.
– Зафиксировать отказ?
– Зафиксируйте, что собственник впервые слышит о заявке.
Женщина стала говорить осторожнее:
– Я вас поняла. Мы приостановим работу до выяснения обстоятельств. Марине Сергеевне сообщить?
– Не нужно. Я сообщу сама.
Галина Петровна положила телефон на стол.
Обедать расхотелось.
Она открыла переписку с дочерью. Последнее сообщение Марина отправила утром: просила купить молоко и детский творог для Артёма. Ничего необычного. Ни слова об оценщике, однокомнатной квартире и какой-то второй семье.
Марина с мужем и восьмилетним сыном жили у неё десятый месяц.
Сначала речь шла о нескольких неделях. Хозяйка съёмной квартиры решила её продать и попросила освободить жильё. Марина уверяла, что они быстро найдут другой вариант. Потом Сергей предложил не торопиться и накопить на первый взнос. Галине Петровне было неловко выгонять дочь с внуком.
Места хватало.
Сама она занимала небольшую спальню. Марина с Сергеем устроились в большой комнате, Артёму отдали бывший кабинет. В гостиной собирались по вечерам, хотя в последнее время Галина Петровна чаще смотрела телевизор у себя. Сергей любил спортивные передачи, Марина разговаривала по телефону, Артём играл на приставке. От их шума уставала голова.
Продукты покупали по очереди. По крайней мере, так считала Марина.
На деле Галина Петровна постоянно докупала хлеб, молоко, овощи, крупы и бытовую химию. Дочь переводила деньги нерегулярно, зато часто говорила, сколько приходится тратить на ребёнка.
Сергей оплачивал связь и однажды купил новый смеситель на кухню. С тех пор при каждом удобном случае напоминал, что тоже вкладывается в квартиру.
До конца рабочего дня Галина Петровна почти ничего не сделала. Несколько раз открывала отчёт, перечитывала одну и ту же строку и снова брала телефон.
Можно было позвонить Марине сразу.
Но дочь умела разговаривать так, что через пять минут виноватой оказывалась мать. Она начинала быстро перечислять причины, повышала голос, вспоминала старые обиды, а потом плакала. Сергей подключался позже и объяснял, что Галине Петровне нужно быть добрее к собственной семье.
На этот раз она хотела сначала понять, что именно они задумали.
Домой Галина Петровна вернулась чуть раньше обычного.
В прихожей стояла пара незнакомых женских ботинок.
Из гостиной доносились голоса.
– Здесь стенка несущая? – спрашивала женщина.
– По-моему, да, – отвечала Марина. – Но покупатели всё равно хотели объединить кухню с гостиной. Пусть сами уточняют.
Галина Петровна медленно сняла пальто.
В гостиной Марина показывала квартиру полной женщине лет пятидесяти. У окна стоял молодой человек с измерительным прибором и записывал размеры.
На столе лежала рулетка.
– Добрый вечер, – сказала Галина Петровна.
Марина резко обернулась.
– Мам? Ты почему так рано?
– Это мой первый вопрос к вам.
Незнакомая женщина улыбнулась.
– Добрый вечер. Я Лидия Борисовна, специалист по недвижимости. Мы только предварительно смотрим планировку.
– Кто разрешил вам войти?
Улыбка исчезла.
– Марина Сергеевна сказала, что квартира готовится к обмену и собственник в курсе.
– Собственник не в курсе.
Молодой человек убрал прибор в чехол.
Лидия Борисовна посмотрела на Марину.
– Вы говорили, мама согласна.
– Она согласится, – быстро ответила дочь. – Просто мы ещё не успели нормально обсудить.
– Тогда обсуждайте без нас.
Женщина собрала бумаги.
– Галина Петровна, прошу прощения. Нам сообщили, что принципиальное решение принято.
– Ничего не принято.
– Понимаю.
Марина бросилась следом за риелтором.
– Лидия Борисовна, не уходите. Сейчас всё объясним.
– Марина Сергеевна, мы не можем работать с квартирой против воли собственника.
– Она не против. Она просто любит всё усложнять.
Галина Петровна открыла входную дверь.
– Всего доброго.
Гости быстро ушли.
Марина захлопнула дверь и повернулась к матери.
– Ты не могла пять минут подождать?
– Пока они измерят остальные комнаты?
– Ничего страшного не происходило.
– Чужие люди ходили по моей квартире.
– Специалисты, а не случайные прохожие.
– Зачем ты их привела?
Марина собрала со стола листы.
– Хотела сначала получить нормальное предложение. Если бы пришла к тебе с пустыми разговорами, ты бы сразу отказалась.
– Поэтому решила всё сделать за моей спиной?
– Я ничего не сделала. Записала нас в очередь на размен жилья. Только и всего.
– Меня ты тоже записала.
– Мам, не цепляйся к словам.
– Куда вы собирались меня переселить?
– Никто тебя не переселяет.
– Центр обмена назвал однокомнатную квартиру.
Марина замерла.
– Они уже звонили?
– Да.
– Вот зачем? Я просила сначала связываться со мной.
– Почему?
– Потому что ты всё воспринимаешь в штыки.
– Покажи варианты.
– Какие?
– Те, которые вы подобрали.
– Сергей придёт, вместе посмотрим.
– Покажи сейчас.
Марина открыла папку, достала несколько распечатанных страниц и положила на стол.
На первой фотографии был новый многоэтажный дом. Светлый подъезд, застеклённый балкон, аккуратная детская площадка.
– Это нам, – сказала дочь. – Двухкомнатная квартира. Район хороший, школа рядом.
– А мне?
Марина перелистнула страницы.
Дом для Галины Петровны находился в посёлке за городом. Пятиэтажный, панельный, с тёмными лоджиями. На фотографии возле подъезда стояла лавка с облупившейся краской.
– Первый этаж, – сказала Марина. – Тебе не придётся подниматься.
– Я живу на третьем и прекрасно поднимаюсь.
– Пока прекрасно.
– Что значит «пока»?
– Мам, тебе шестьдесят три. Надо думать наперёд.
– Ты уже подумала.
– Там поликлиника недалеко.
– Какая?
– Обычная.
– Ты проверяла?
– Лидия Борисовна сказала.
– Сколько ехать отсюда?
– На машине минут сорок.
– У меня нет машины.
– Автобусы ходят.
– Как часто?
– Не знаю. Посмотрим.
Галина Петровна прочитала адрес.
– Там одна комната двадцать метров.
– Тебе одной хватит.
– А кухня шесть.
– Ты всё равно редко готовишь.
– Потому что сейчас готовлю на четверых и стараюсь не занимать кухню весь вечер.
Марина нервно поправила волосы.
– Вот видишь. Всем тесно.
– Мне не было тесно, пока вы не переехали.
– Мы не от хорошей жизни приехали.
– Я ни разу вас этим не попрекнула.
– А сейчас попрекаешь.
– Сейчас я спрашиваю, почему должна отдать свою квартиру, чтобы вы получили двухкомнатную.
– Не отдать. Разменять.
– От перестановки слова смысл не меняется.
Марина села.
– Мама, мы семья. У нас ребёнок. Артёму нужна своя комната.
– У него есть своя комната.
– В твоей квартире.
– И что?
– Мы не можем вечно жить у тебя.
– В этом я с тобой согласна.
– Тогда почему ты сопротивляешься единственному нормальному решению?
– Потому что оно нормальное только для вас.
Входная дверь открылась.
Сергей вошёл с пакетом продуктов. Услышав голоса, поставил пакет на тумбу и заглянул в гостиную.
– Что случилось?
– Мама выгнала Лидию Борисовну, – сказала Марина.
Он нахмурился.
– Зачем?
– Хороший вопрос, – ответила Галина Петровна. – Спроси ещё, зачем риелтор пришла без моего согласия.
Сергей снял куртку.
– Мы хотели подготовить варианты.
– Подготовили?
– Почти.
– Тогда объясни, почему мне выбрали квартиру в посёлке, а себе – в городе.
– Потому что там дешевле.
– Я заметила.
– Галина Петровна, надо смотреть шире. У вас трёхкомнатная квартира в хорошем районе. Её можно выгодно продать. Вы получите отдельное жильё, мы внесём часть денег в свою квартиру. Все разъедутся и перестанут друг другу мешать.
– Какую часть денег вносите вы?
Сергей прошёл к столу.
– У нас есть накопления.
– Сколько?
– Это наши финансы.
– А квартира моя.
– Никто не спорит.
– Тогда почему от меня скрывают расчёты?
Марина взяла один из листов.
– Вот предварительная схема. Твоя квартира продаётся. Тебе покупают однокомнатную. Мы добавляем свои деньги и берём остальное в кредит.
– Сколько остаётся после покупки моей квартиры?
– Всё уходит в сделки.
– Покажи по цифрам.
– Там пока нет точных сумм.
Галина Петровна нашла страницу, на которой карандашом были записаны цены.
Её квартиру оценили значительно ниже похожих предложений в соседних домах. Однокомнатная в посёлке стоила меньше половины этой суммы. Остаток собирались внести в жильё Марины и Сергея.
– Вы отдаёте мне самую дешёвую квартиру из всех вариантов, – сказала она.
– Не самую дешёвую, – возразил Сергей. – Там нормальное состояние.
– Вы были внутри?
– Пока нет.
– Даже не смотрели?
– Фотографии есть.
– Значит, свою квартиру вы выбрали в новом доме, а мне достаточно фотографий.
– Вашу всегда можно потом поменять, – сказал Сергей.
– За чей счёт?
Он промолчал.
Галина Петровна повернулась к дочери.
– Ты действительно считаешь это справедливым?
Марина отвела глаза.
– Я считаю, что нельзя держаться за стены, когда детям негде жить.
– Вам есть где жить.
– Здесь мы гости!
– Вы почти год здесь живёте бесплатно.
– Мы покупаем продукты.
– Иногда.
– Сергей сменил смеситель.
– Смеситель не стоит десяти месяцев аренды.
– Вот! – воскликнула Марина. – Наконец-то сказала. Ты всё считала.
– Я начала считать сегодня, когда узнала, что вы посчитали мою квартиру.
Сергей взял со стола бумаги.
– Сейчас все на нервах. Давайте поедим, а в выходные съездим и посмотрим оба варианта. Отказываться, даже не увидев, глупо.
– Я никуда не поеду.
– Почему?
– Потому что не собираюсь продавать квартиру.
Марина побледнела.
– Даже обсуждать не хочешь?
– Со мной нужно было обсуждать до того, как вы подали заявку.
– Заявка ни к чему не обязывает!
– Тогда отменить её будет легко.
– Мы внесли деньги.
– Куда?
Сергей быстро посмотрел на жену.
– Небольшую сумму за подбор цепочки, – сказала Марина.
– Из каких денег?
– Из своих.
– Сколько?
Дочь назвала сумму.
– Вам сказали, что её вернут?
– Если мы откажемся без причины, нет.
– Причина есть. Собственник ничего не знал.
– Для них это не причина. Я подписала договор на информационные услуги.
– Ты сама его подписала?
– Да.
– Тогда это твои расходы.
Марина вскочила.
– Конечно! Тебе легко говорить. Ты ничего не теряешь.
– Я теряю квартиру.
– Ты получаешь другую!
– Которую выбрали без меня.
– Потому что ты сама ничего не решаешь! – крикнула дочь. – Сколько можно ждать? Мы почти год живём на чемоданах. Сергей нашёл выход, я всё организовала, а ты одним словом перечёркиваешь наши планы.
Артём выглянул из своей комнаты.
– Мам, вы опять ругаетесь?
Марина сразу понизила голос.
– Иди к себе.
– Я пить хочу.
Галина Петровна пошла на кухню, налила внуку воды.
Артём выпил и спросил:
– Бабушка, а ты не хочешь жить в маленькой квартире?
– Нет.
– Мама сказала, там у тебя будет тихо.
– У меня и здесь раньше было тихо.
Мальчик подумал.
– А моя новая комната тогда не получится?
Галина Петровна посмотрела на дочь.
Марина стояла в дверях кухни.
– Вы уже рассказали ребёнку?
– Мы хотели его подготовить.
– К чему? Я ещё ничего не решила.
– Не надо при Артёме.
– Это не я начала.
Сергей увёл сына в комнату.
Марина осталась возле холодильника.
– Он так обрадовался, – сказала она. – Выбрал обои, кровать. Ты теперь ещё ему объясни, почему всё отменяется.
– Объясни сама. Скажи, что пообещала чужую квартиру.
– Чужую? Я твоя дочь.
– А квартира моя.
– Всё у тебя твоё.
– До сегодняшнего дня я не делила.
– Конечно. Тебе удобно было чувствовать себя благодетельницей.
Галина Петровна молча прошла в свою комнату и закрыла дверь.
За стеной Марина ещё долго говорила с Сергеем. Он отвечал тише. Несколько раз прозвучало слово «бронь», потом «срок одобрения» и «другого шанса не будет».
Галина Петровна легла, но не спала.
Ей было больнее не из-за квартиры.
Марина не просто придумала неудачный вариант. Она уже распределила комнаты, деньги и жизнь матери. Решила, где той будет удобно, сколько пространства ей достаточно и как часто она станет ездить в город.
Самой Галине Петровне в этих планах отводилась роль вещи, которую нужно аккуратно переставить, чтобы освободить место.
Утром они почти не разговаривали.
Марина собирала Артёма в школу. Сергей пил кофе, уткнувшись в телефон. Галина Петровна сделала себе бутерброд и ушла на работу раньше обычного.
В обеденный перерыв она позвонила в центр обмена.
Её соединили с Лидией Борисовной.
– Галина Петровна, ещё раз прошу прощения за вчерашнее. Я была уверена, что вы согласны.
– Я хочу понять, какие документы подписала дочь.
– Она заключила с нами договор на подбор вариантов и внесла оплату за информационные услуги. Распоряжаться вашей квартирой этот договор не позволяет.
– Вы знали, что она не собственник?
– Да. Но люди часто начинают подбор через родственников. Перед размещением объявления и заключением сделки мы в любом случае встречаемся с собственником.
– Мою квартиру уже где-то разместили?
– Нет. Мы только добавили параметры во внутреннюю базу.
– Закройте заявку.
– Я могу прекратить подбор, но договор заключён с Мариной Сергеевной. Ей нужно подать заявление.
– А если она не подаст?
– Ваш объект мы всё равно уберём. Без собственника работать бессмысленно. Оплата дочери – отдельный вопрос между ней и агентством.
– Хорошо.
– Вы совсем не рассматриваете переезд?
Галина Петровна хотела ответить резко, но остановилась.
– Не рассматриваю тот вариант, который мне показали.
– Понимаю.
– Сколько на самом деле стоит моя квартира?
– Точную цену можно назвать после осмотра. Предварительно – заметно выше суммы, указанной в схеме.
– Насколько выше?
Лидия Борисовна назвала диапазон.
Разница оказалась существенной.
– Почему Марине дали другую оценку?
– Она просила выстроить цепочку быстро и уложиться в определённый бюджет. При быстрой продаже цену обычно ставят ниже.
– Насколько быстро?
– Она говорила, что нужно завершить всё за два месяца.
– Почему?
– У её семьи действует одобрение по кредиту и забронирована квартира.
Галина Петровна закрыла глаза.
– Они уже внесли деньги за бронь?
– Насколько я знаю, да. Но это не через нас.
– Спасибо.
Вечером она не стала сразу возвращаться домой.
Поехала в посёлок, где дочь выбрала ей однокомнатную квартиру.
Автобус шёл больше часа. От остановки пришлось идти вдоль дороги, по которой постоянно проезжали грузовые машины. Тротуар закончился возле магазина, дальше начиналась вытоптанная дорожка.
Дом стоял за двумя одинаковыми пятиэтажками.
Первый этаж находился почти на уровне земли. Под окнами лежал серый снег, хотя в других местах он давно растаял. Рядом гудела трансформаторная будка.
Подъезд открыла женщина с собачкой.
– Вы к кому?
– Квартиру смотрю на первом этаже.
– Там опять продают?
– Видимо.
– Они её давно продают. Сырость идёт из подвала. Летом получше, зимой углы мокрые.
Галина Петровна поблагодарила.
До поликлиники она всё-таки дошла. Небольшое здание находилось почти в двух километрах. На двери висело объявление, что нескольких специалистов принимают в районном центре по предварительной записи.
Обратный автобус пришлось ждать сорок пять минут.
Домой она приехала поздно.
Марина сидела на кухне одна.
– Где ты была?
– Смотрела квартиру, которую вы мне выбрали.
Дочь оживилась.
– Правда? Надо было сказать, мы бы поехали вместе.
– Ты там была?
– Нет. Мы собирались в субботу.
– До остановки далеко. Автобус ходит редко. Поликлиника почти в двух километрах. В квартире, судя по словам соседей, сырость.
– Соседи всегда что-то говорят.
– Почему вы выбрали именно её?
– Потому что подходила по цене.
– Не мне подходила. Вашему расчёту.
Марина устало опустила голову.
– Мам, мы можем найти другую. Чуть дороже, чуть ближе.
– За счёт чего?
– Что-нибудь придумаем.
– Вы уже забронировали свою квартиру?
Дочь вздрогнула.
– Кто сказал?
– Лидия Борисовна.
– Она не имела права обсуждать наши дела.
– Она не обсуждала. Я спросила, почему вы торопитесь.
– Да, забронировали.
– На какие деньги?
– На наши накопления.
– Когда истекает срок?
– Через три недели.
– И вы рассчитывали за три недели уговорить меня продать квартиру?
– Мы рассчитывали, что ты поймёшь.
– А если нет?
Марина сжала пальцы.
– Сергей сказал, что ты не откажешь Артёму.
– При чём здесь Артём?
– Он твой внук.
– Поэтому я должна переехать в сырой первый этаж?
– Мы бы сделали ремонт.
– После покупки своей квартиры?
Марина молчала.
– Вы занизили цену моей квартиры, – продолжила Галина Петровна.
– Чтобы быстрее продать.
– Почему не сказали?
– Потому что ты начала бы сравнивать каждую цифру.
– Разумеется.
– А у нас нет времени сидеть годами и ждать идеального покупателя.
– У вас нет. У меня есть.
– Ты не понимаешь, – сказала Марина. – Если сейчас не получится, Сергей больше не станет ничего искать.
– Почему?
– Потому что устал.
– От чего?
– От жизни здесь. От того, что всё не своё. От твоих замечаний. От необходимости спрашивать разрешения.
Галина Петровна села напротив.
– Он предложил вам другой вариант?
– Какой?
– Снять квартиру. Купить меньшую. Взять кредит без денег от моей квартиры.
– На это уйдут годы.
– Значит, придётся потрудиться.
– Тебе легко рассуждать. У тебя всё есть.
– У меня всё появилось не сразу.
– Опять начинаются рассказы, как ты работала и экономила.
– Потому что я работала и экономила.
– А я, значит, ничего не делаю?
– Ты решила сэкономить на моём жилье.
Марина закрыла лицо ладонями.
– Я хотела, чтобы у нас наконец была нормальная семья.
– А сейчас какая?
– Мы живём у мамы. Сергей злится. Артём всё слышит. Я между вами.
– Я не просила Сергея переезжать сюда.
– Но пустила.
– Временно.
– Сколько раз ты это повторишь?
– Пока вы не услышите.
Марина встала и подошла к окну.
– Если мы потеряем бронь, деньги не вернут.
– Почему вы внесли их до моего согласия?
– Сергей был уверен, что всё получится.
– Пусть теперь объяснит, почему ошибся.
– Ты с ним сама поговори.
– Нет. Заявку подавала ты. Квартиру мне выбирала ты. Артёму новую комнату обещала ты.
– Он мой муж.
– А я твоя мать.
– Поэтому я и думала, что ты поможешь.
– Помощь просят, Марина. Её не оформляют за спиной.
Дочь ушла в спальню.
Сергей вернулся ближе к полуночи. Разговор начался тихо, но вскоре его голос стал слышен по всей квартире.
– Она просто издевается!
– Тише, Артём спит.
– А мне что делать? Бронь сгорит. Одобрение закончится. Мы опять останемся здесь.
– Я пыталась.
– Плохо пыталась.
– Сам бы поговорил.
– С твоей матерью невозможно разговаривать.
Галина Петровна вышла в коридор.
– Со мной можно разговаривать. Заходи.
Сергей появился в дверях. Галстук был ослаблен, лицо усталое.
– Вы всё слышали?
– Достаточно.
– Тогда понимаете, в каком мы положении.
– Понимаю. Вы внесли деньги за квартиру, рассчитывая на продажу моей.
– Мы рассчитывали на семью.
– Не прикрывайся семьёй.
– А чем мне прикрываться? Я десять месяцев живу здесь и каждый день чувствую себя лишним.
– Почему не снял жильё?
– Потому что мы копили.
– Сколько накопили?
– Марина уже сказала.
– Нет. Она сказала только про бронь.
Сергей помолчал.
– Есть сумма на часть первого взноса.
– Остальное хотели взять из моей квартиры.
– Не всё. Вы получаете своё жильё.
– В котором сами не согласились бы жить.
– Почему вы так решили?
– Переезжай туда с Мариной и Артёмом.
Он усмехнулся.
– Нас трое.
– А мне, по-твоему, всё равно, где жить?
– Вы одна. Вам объективно нужно меньше места.
– Нужно или вы решили, что мне достаточно?
– Давайте без философии. Есть конкретная возможность разъехаться. Вы её блокируете.
– Я блокирую продажу своей квартиры без моего согласия.
– Никто без согласия её не продаст.
– Но вы уже потратили деньги, пообещали ребёнку комнату и вызвали оценщика. Чтобы мне было сложнее отказаться.
Сергей отвёл взгляд.
– Мы хотели показать, что всё реально.
– Показали.
– И что теперь?
– Теперь вы ищете жильё для себя.
– За три недели?
– Это ваш срок, не мой.
– Вы нас выгоняете?
– Я прошу выполнить то, о чём мы договаривались десять месяцев назад.
Марина вышла в коридор.
– Мама, у Артёма школа рядом.
– Учебный год скоро закончится.
– А потом?
– Выберете жильё там, откуда сможете его возить.
Сергей усмехнулся.
– Удобно. Вы остаётесь в трёх комнатах, а мы идём с ребёнком куда получится.
– Вы взрослые люди с двумя зарплатами.
– Значит, всё решено?
– Да.
Марина ничего не сказала. Вернулась в комнату и закрыла дверь.
Следующие дни прошли тяжело.
За завтраком разговаривали только с Артёмом. Сергей возвращался поздно. Марина просматривала объявления и с грохотом закрывала шкафы. Галина Петровна старалась не отвечать на демонстративные вздохи.
Лидия Борисовна прислала сообщение: заявка на квартиру удалена из базы, осмотры отменены.
Марина потеряла оплату за подбор вариантов. Деньги за бронь новой квартиры тоже вернуть не удалось. Сергей съездил к застройщику, пытался перенести срок, но без подтверждённого первого взноса договорённость прекратилась.
Вечером он сообщил об этом за ужином.
– Всё. Квартиру отдали следующим.
Марина перестала есть.
– Совсем?
– Совсем.
Артём посмотрел на родителей.
– А моя комната?
Сергей резко встал из-за стола.
– Не будет комнаты.
– Серёжа, – предупредила Марина.
– Что Серёжа? Пусть знает. Бабушка решила, что ей нужнее три комнаты.
Галина Петровна положила вилку.
– Артём, твоя комната здесь остаётся до переезда. А потом родители выберут вам другое жильё.
– Сергей, выйди, – сказала Марина.
– Из вашей семейной квартиры?
– Выйди из кухни.
Он ушёл, толкнув дверь.
Артём заплакал.
Марина обняла его и увела к себе.
Галина Петровна осталась за столом одна.
Ей хотелось пойти следом, утешить внука, объяснить. Но объяснять ребёнку ошибки взрослых она не собиралась.
На следующий день Марина пришла с работы раньше матери.
На столе лежали объявления об аренде.
– Мы нашли две квартиры, – сказала она.
– Хорошо.
– Одна далеко от школы. Вторая дороже, чем мы рассчитывали.
– Какую выбрали?
– Пока никакую.
– Почему?
– Сергей хочет ехать к своей матери. Говорит, так быстрее накопим.
– Она согласна?
– У неё двухкомнатная. Места мало.
– Значит, он понимает, что значит тесно.
Марина посмотрела на мать с обидой.
– Ты можешь не радоваться?
– Я не радуюсь.
– По лицу не скажешь.
– Я устала оправдываться за то, что не отдала квартиру.
– Я уже поняла.
– Нет. Ты поняла, что план не получился. Это не одно и то же.
Марина села.
– Хорошо. Я поступила неправильно.
Галина Петровна ждала продолжения.
– Надо было сначала спросить, – сказала дочь. – И не вносить деньги.
– Да.
– Но я правда думала, что тебе будет лучше одной.
– В посёлке?
– Я не знала, что там так.
– Потому что не проверила.
– Я смотрела только по цене.
– Вот именно.
Марина потёрла лоб.
– Мы снимем квартиру возле конечной остановки. Оттуда автобус до школы идёт без пересадок.
– Сколько комнат?
– Две. Дом старый, но состояние нормальное.
– Когда переезд?
– Хозяин готов отдать ключи в конце месяца.
– Вам хватит денег?
– Придётся отказаться от новой машины.
– Какой новой машины?
Марина горько усмехнулась.
– Сергей хотел менять свою осенью. Поэтому не хотел вкладывать все накопления в жильё.
Галина Петровна медленно выпрямилась.
– Он собирался купить машину после того, как я отдам деньги от квартиры?
– Не сразу.
– Но собирался.
– Мам, не начинай.
– Ты знала?
– Знала, что он хочет. Не думала, что это важно.
– Для моей однокомнатной денег в городе не нашлось. На машину нашлись бы.
Марина ничего не ответила.
Вечером между супругами начался новый спор.
Галина Петровна не прислушивалась, но голоса разносились по квартире. Сергей обвинял Марину в том, что она рассказала матери лишнее. Марина отвечала, что устала одна отвечать за их решение.
На следующий день Сергей собрал часть вещей и уехал к своей матери.
Марина осталась с Артёмом.
– Он вернётся? – спросила Галина Петровна.
– Когда успокоится.
– Квартиру будете снимать?
– Будем. Я уже оставила залог.
– Одна?
– Из своих денег.
– Сергей знает?
– Узнает.
– Марина…
– Не надо. Я впервые сама решила, где буду жить. Без него и без тебя.
Галина Петровна кивнула.
– Правильно.
Дочь посмотрела с удивлением.
– Я думала, ты начнёшь отговаривать.
– Почему?
– Потому что дорого.
– Это твои деньги и твоё решение.
– Даже если ошибусь?
– Тогда это будет твоя ошибка.
Переезд назначили на субботу.
Сергей всё-таки вернулся. Был мрачным, но помогал носить вещи. Машину менять он передумал. Часть накоплений пришлось потратить на аренду, залог и покупку недостающей мебели.
Артём ходил из комнаты в комнату и проверял, ничего ли не забыл.
– Бабушка, приставку потом заберём?
– Конечно.
– А глобус?
– Это твой глобус.
– А можно я иногда буду ночевать?
– Можно. Только сначала мама позвонит.
Марина вынесла последнюю сумку и остановилась в прихожей.
– Ключи оставить?
– Один комплект оставь себе.
– Зачем?
– Ты моя дочь. Но риелторов без меня больше не води.
Марина покраснела.
– Не буду.
– И в очереди меня не записывай.
– Не запишу.
Она обняла мать быстро, почти неловко, и спустилась вниз.
Квартира опустела не сразу.
В детской остались наклейки на шкафу. В ванной стоял забытый Артёмом стаканчик с зубной щёткой. На кухне занимали полку хлопья, которые никто, кроме внука, не ел.
Галина Петровна не стала ничего переставлять в тот же день.
Сделала чай, открыла окно в гостиной и долго сидела в тишине.
Марина позвонила вечером.
– Мы приехали.
– Как квартира?
– Нормальная.
– Автобус далеко?
– Минут десять.
– Не сорок пять?
Дочь помолчала.
– Я поняла, на что ты намекаешь.
– Я не намекаю. Спрашиваю.
– Дом старый. Кухня маленькая. В ванной кран течёт.
– Хозяин починит?
– Сергей завтра позвонит.
– Хорошо.
– Мам…
– Что?
– Прости.
– За что именно?
– За то, что решила, будто знаю, где тебе будет лучше.
Галина Петровна посмотрела на пустую гостиную.
– Больше так не делай.
– Не буду.
Они закончили разговор без слёз и длинных обещаний.
Сергей ещё некоторое время сердился. Потом начал брать дополнительные смены. Машину он не поменял. Марина сама отвозила Артёма в школу на автобусе, а вечером забирала его после группы продлённого дня.
К матери они приезжали по воскресеньям.
Первые встречи были натянутыми. Сергей говорил мало, Марина старалась помогать на кухне, хотя раньше сразу садилась за стол. Галина Петровна не вспоминала потерянную бронь и не спрашивала, сколько они платят за аренду.
Однажды Марина принесла папку.
– Что это?
– Объявления о квартирах. Мы снова начали смотреть варианты.
Галина Петровна насторожилась.
– Для кого?
– Для себя.
– Тогда зачем показываешь мне?
– Хотела спросить совета. Не решения. Совета.
Они сели на кухне.
Марина показывала районы, цены и фотографии. На этот раз она сама рассказывала о расстоянии до остановки, состоянии подъезда и расходах на ремонт.
– Вот эта дешевле, – сказала она. – Но первый этаж. Я уже съездила. Там сыростью пахнет.
Галина Петровна посмотрела на адрес.
Дом находился в том же посёлке, куда дочь собиралась переселить её.
– Не подходит?
– Нет, – ответила Марина. – Я там двадцать минут автобус ждала. И до поликлиники далеко.
Она замолчала, поняв, что сказала.
Галина Петровна ничего не добавила.
Дочь сама закрыла объявление и переложила его в стопку неподходящих вариантов.
🔔 Чтобы не пропустить новые рассказы, просто подпишитесь на канал 💖
Рекомендую к прочтению самые горячие рассказы с моего второго канала: