Этот вопрос, заданный с суровым прищуром и интонациями партсобрания, метил в самое сердце Грува и Фонаря. Ну действительно: какие еще «духовные ценности» могут родиться под монотонный стук драм-машины в темноте прокуренного клуба, где все залиты ультрафиолетом и бешено прыгают? Для критиков старой закалки это выглядело как духовное кладбище и чистая деградация.
Но диджеи (особенно философ Фонарь) ехали на «Ринг» не для того, чтобы каяться. У раннего рейва была своя, очень мощная и по-своему чистая система ценностей, которая сильно отличалась и от комсомольских лозунгов, и от готического уныния «Агаты Кристи».
1. P.L.U.R. — Четыре заповеди кислотного поколения
Пока журналисты искали в техно-культуре изъяны, на мировых и российских рейвах уже вовсю правил бал международный манифест PLUR. Это была главная духовная база электронной сцены, состоящая из четырех понятий:
- Peace (Мир): Полный отказ от агрессии. В 90-е, когда улицы российских городов были поделены между бандитскими группировками, а на дискотеках в ДК драки стенка на стенку были нормой, рейв стал территорией безопасности. На рейвах Грува и Фонаря люди не дрались — там это считалось абсолютным табу и дикостью.
- Love (Любовь): Не готически-страдальческая любовь братьев Самойловых, где «я на тебе, как на войне», а безусловная, всеобщая доброжелательность к ближнему.
- Unity (Единство): Ощущение себя частью огромного, единого целого. На танцполе стирались социальные границы. Студент, бандит, коммерсант и неформал растворялись в одном ритме, становясь равными.
- Respect (Уважение): Принятие чужого самовыражения. На рейве ты мог выглядеть как угодно: красить волосы в зеленый цвет, носить гигантские платформы или оранжевый комбинезон — никто не посмотрел бы на тебя косо.
2. Танец как новая медитация и очищение
Для DJ Фонаря электронная музыка всегда была сродни шаманизму. В условиях, когда старые советские идеалы рухнули, а новые социальные институты еще не построили, молодежь оказалась в духовном вакууме.
Многочасовой танец до 5 утра становился для подростков формой экзорцизма. Это был способ сбросить весь колоссальный стресс, страх перед нищим будущим и агрессию окружающего мира. Люди выходили с танцпола обновленными, «чистыми» от дневного негатива. Это была своего рода телесная психотерапия, помогавшая не сойти с ума в эпоху перемен.
3. Культ сиюминутного счастья и оптимизма
Рок-культура 90-х учила молодежь рефлексировать и красиво страдать. Рейв-музыка принесла принципиально другую ценность — умение радоваться моменту здесь и сейчас.
Вместо того чтобы копаться в душевных ранах, Грув и Фонарь предлагали ценить жизнь в ее чистом, сиюминутном проявлении. Это был культ жизнелюбия, ярких красок и улыбок. Для поколения, выросшего на дефиците, серых хрущевках и тревожных новостях, искренне радоваться жизни вместе с тысячей незнакомцев вокруг стало важнейшим духовным открытием.
Резюме: Консенсус на танцполе
Когда у диджеев допытывались про «духовность», они не пытались цитировать Достоевского. Их духовность была практической. Рейв научил молодежь 90-х важнейшим вещам: миролюбию, толерантности и способности находить радость вопреки всему.
И пока критики в студии «Музыкального ринга» сокрушались о падении нравов, за стенами телецентра рождалось поколение, которое вместо драк в подворотнях выбрало обниматься на танцполе под треки Грува и Фонаря. Да, эта духовность была упакована в неоновую обертку и гремела на громкости в сто децибел, но со своей главной задачей — объединять людей и спасать их от депрессии — она справлялась идеально.