Если бы Пётр в 1700 году вдруг решил, что Голландия и Англия - не образец, а угроза, вы наверняка представляете себе страну, застрявшую в кафтанах и боярских бородах ещё на сто лет.
А вот что меня каждый раз цепляет, когда читаю про эту эпоху: у самого Петра "русский путь" вовсе не означал стоять на месте. Он означал двигаться - просто в другую сторону. И страна на выходе была бы совсем не той, что рисуется в голове при словах "без Запада".
Версия первая: флот строили бы не на Балтике, а на Каспии
Пётр ещё в 1717 году заключил с Ираном договор о беспошлинной торговле, а позже обсуждал маршрут "Балтика - Волга - Каспий" как путь для товаров из Индии и Средней Азии в Европу. Персидский поход 1722 года официально объяснялся защитой армян от персидского гнёта - но настоящей целью было перехватить этот торговый путь у Турции.
А что если бы Северная война со Швецией завершилась невнятным миром лет на пять раньше срока - и все ресурсы, которые ушли на Петербург и Балтийский флот, достались бы каспийскому направлению?
- Флот в этой версии строился бы не для штормов Балтики, а для торговых перевозок по внутреннему морю - совсем другие корабли, более похожие на речные и каботажные суда, чем на линейные корабли с тяжёлой артиллерией. Армия при этом сохраняла бы регулярный характер, но её главным противником на годы стала бы не Швеция, а Персия и местные кавказские правители - война другого типа, без крупных полевых сражений в Европе, зато с постоянными походами в горы и степь.
Столица в этой версии вполне могла остаться южнее - где-нибудь у слияния Волги с другими торговыми путями, а не на новом месте у холодного моря, которое отбивали у Швеции с боем.
И вот в чём ирония: то, что сегодня подают как новость - "Россия разворачивается на Восток" - в этой версии случилось бы триста лет назад. Просто тогда Каспий проиграл Балтике в борьбе за внимание царя, а не наоборот.
Но что если дело было не в географии, а в том, через какую дверь в страну вошло бы образование?
Версия вторая: грамотность пришла бы в Россию совсем другим путём - или не пришла бы вовсе
В 1700 году умер патриарх Адриан - человек, который и при жизни не очень ладил с молодым царём: отказался постричь в монахини его жену Евдокию Лопухину, а во время Стрелецкого бунта заступался за тех, кого вели на казнь.
Пётр не назначил нового патриарха - временно поставил местоблюстителем рязанского митрополита Стефана Яворского. "Временно" растянулось на двадцать лет, пока в 1721-м патриаршество не упразднили совсем, заменив Синодом.
- А что если бы в 1700-м церковный собор всё-таки настоял на избрании настоящего, полноценного патриарха - консервативного, как сам Адриан - до того, как Пётр успел выстроить альтернативу?
Здесь есть деталь, о которой почти никогда не вспоминают: именно через структуры новой церковной реформы в Россию пришла часть светского образования. Архиепископ Феофан Прокопович, ставший фактическим руководителем Синода, в 1721 году открыл при своём подворье в Петербурге школу, где за пятнадцать лет на полном содержании выучились сто шестьдесят детей из бедных семей - и учили их не только богословию, а математике, физике, рисованию, музыке. Сам Прокопович писал, что главная причина церковных расколов - невежество, и лечить его нужно именно образованием, причём светским.
Если бы вместо такого архиепископа у власти в церкви остался консервативный патриарх вроде Адриана - человек, который защищал стрельцов от казни не из политических соображений, а из верности старому порядку - вряд ли он стал бы открывать школы с физикой и рисованием при своих подворьях. Скорее наоборот: образование осталось бы делом отдельных монастырей по старому образцу, без точных наук и без связи с государственными нуждами.
Понимаете, к чему это ведёт? Грамотность и точные науки в России развивались бы медленнее - не потому что Пётр перестал бы строить заводы и нанимать иностранных мастеров, а потому что не нашлось бы внутри страны людей вроде Прокоповича, которые перевели бы эти идеи на язык, понятный собственному духовенству и через него - десяткам тысяч простых семей.
- Если честно, вот это меня задевает больше всего в этой версии: получается, что часть российского образования XVIII века возникла не благодаря победе над консерватизмом, а благодаря тому, что нужный человек оказался во главе именно той структуры, которая больше всего противилась переменам.
Если вынести из обеих версий что-то одно - может, "русский путь" Петра вообще не был бы мягче для обычного человека. Просто армия воевала бы в других горах, а школы строил бы кто-то другой - или вообще никто.
А как думаете - то, что досталось обычным людям от петровских реформ, было справедливой ценой за то, что страна получила, или цена оказалась куда выше результата?