В новом откровенном интервью для Chaoszine лидер MEGADETH признался, почему новый альбом может стать финальной точкой в истории группы, как прогрессирующая «рука викинга» мешает ему играть и почему серьезный недуг, с которым он боролся во время записи, пугает его меньше, чем потеря памяти.
8 сентября выходят ваши мемуары «In My Darkest Hour». Ваша первая книга была больше сфокусирована на музыкальном бизнесе, но эта кажется куда более личной. Я прав?
Смотря что вы уже знаете.
Узнаем ли мы что-то новое о Дэйве Мастейне?
Эта книга о моей борьбе с тяжелой болезнью. О том, как мне пришлось записывать альбом «The Sick, the Dying... and the Dead!» одновременно с лечением, потому что диагноз мне поставили как раз тогда, когда мы приступали к работе. Ты сталкиваешься с битвой не на жизнь, а на смерть и не знаешь, каким выйдешь из нее. Я не хотел прекращать запись – на случай, если это окажется моим последним альбомом. На случай, если я умру. Да, это было очень интенсивное время.
Каково было писать книгу об этом? Были ли главы, которые дались особенно тяжело?
Кое-что было трудным не в эмоциональном плане, а просто потому, что мне было тяжело вспомнить многие детали. Знаете, химиотерапия ужасно влияет на память. У этого даже есть название – синдром «химомозга» [chemobrain]. Когда я только проходил лечение, мне было чертовски трудно вспоминать элементарные вещи, и это меня реально пугало. Моя теща недавно скончалась от болезни Альцгеймера, и я знаю, насколько деменция сейчас распространена в мире. Я не хотел бы уйти таким же образом. Проблемы с памятью – это по-настоящему страшно, мужик.
Да, память – это последнее, что хочется потерять.
Именно. Одно дело – твои произвольные мышцы, но совсем другое – непроизвольные. Как дыхание: когда ты забываешь, как дышать, ты умираешь.
Кого вам было легче описывать в книге – Дэйва-музыканта или Дэйва-человека?
Книга о Дэйве-человеке. Но музыка — это критически важная часть того, кто я есть. Это не то, что я есть, а то, что я делаю. Да, книга о личности и о том, через что мне пришлось пройти. Это было чертовски тяжело. Не знаю, будут ли люди плакать над ней, но я надеюсь, что кому-то она даст надежду. Людям, которым поставили подобный диагноз... Всегда приятно знать, что кто-то другой прошел через то же самое и вышел победителем.
Безусловно. Твоя карьера длится более четырех десятилетий. Когда ты переслушивал весь материал MEGADETH перед записью последнего альбома, стало ли это для тебя каким-то открытием? Узнал ли ты что-то новое о самом себе?
Нет, такого не было. Но я слушал и думал про себя: «Как я вообще это написал?» Некоторые партии были настолько запутанными [фыркает]... Я просто пытался вспомнить, как рождались эти гитарные части. Обычно, когда я только начинаю писать песни, они звучат очень медленно, и я ускоряю их в процессе. Например, когда мы только написали «Holy Wars», она была намного медленнее. Но мы разогнали ее до такой степени, что я сам едва мог ее сыграть – и тогда я сказал: «Вот так она и должна звучать. Эта песня обязана быть именно такой быстрой».
А как ты понимаешь, что рифф хорош? Когда вы писали этот альбом, сразу ли вы понимали, что вот этот конкретный рифф попадет на пластинку? Или вы создаете кучу наработок и потом не знаете, что из этого выживет?
Если я что-то пишу и это не звучит хорошо – я больше это не играю.
То есть ты просто откладываешь это, и оно «умирает»?
Если я играю что-то по-настоящему классное, я это запишу. Но это не значит, что оно попадет на альбом. У меня накопилось достаточно отличной записанной музыки, и, возможно, когда-нибудь какой-нибудь музыкант придет ко мне домой, отслушает всё это и сделает целый альбом из риффов. Кто знает? Но сейчас, если у меня есть гитарная партия, которую я написал, и она мне не нравится – я не буду над ней больше работать. И обычно, когда я беру гитару, я пишу на акустике. Ту мелодию, которую я выведу на акустике, я и буду дорабатывать. Я не пытаюсь сочинить что-то демоническое на акустической гитаре – это звучит глупо. На акустике играть чертовски трудно. На ней гораздо сложнее исполнить по-настоящему хороший мелодичный рифф. Но когда тебе это удается – именно на акустике, – ты понимаешь его истинную ценность. У тебя нет педалей перегруза, нет эха, хоруса, дилэя или любой другой хрени [смеется], которую обычно навешивают на звук. У тебя есть только чистый саунд, и именно тогда гораздо проще понять: «Да, эта мелодия цепляет».
Говорят, если «раздеть» песню до основы, и она все еще звучит хорошо, значит, это отличная песня.
Именно так. Куинси Джонс был очень успешным автором в Соединенных Штатах, великим продюсером, и он говорил, что секрет успеха – это бит, мелодия и десять простых слов. Задумайтесь: все по-настоящему большие, успешные хиты стали предельно простыми, а их припевы – почти глупыми. Но в них есть ритм, мелодия и десять простых слов. Все остальное, о чем поется в песне, не значит ровным счетом ничего, пока вы не дойдете до припева – ведь именно с ним публика идентифицирует себя больше всего.
Очевидно, сочинение музыки вшито в ДНК Дэйва Мастейна. Вы всегда были невероятно креативны во всем, что касается MEGADETH. Теперь, когда ты сказал, что это последний альбом группы, означает ли это конец творчества? Или этот созидательный огонь внутри тебя никогда не умрет?
Не думаю, что он во мне умрет. Знаете, если бы я мог продолжать писать материал, я бы хотел делать это со своей группой. Но я не знаю, что меня ждет в будущем. Посмотри на мою руку... видишь вот это утолщение, которое растет прямо здесь?
Да.
И оно не станет меньше.
Контрактура Дюпюитрена?
Да, именно. Ее называют «рукой викинга».
Ну, это, вероятно, потому что в тебя тоже течет финская кровь [смеется].
Кто его знает? Но отвечая на ваш вопрос: если бы я мог играть больше, я бы делал это со своей группой. Но поскольку эта болезнь прогрессирует, в какой-то момент она повлияет на мою игру. Она уже причиняет боль. И когда я больше не смогу играть, я, вероятно, дам свой последний концерт, а затем пойду на операцию. Я знаю людей, которым делали эту процедуру, и она погубила их руки. Они больше не могут играть. Мне нужно быть уверенным, что когда я дойду до этой точки в своей жизни, я буду в ладу с тем...
С тем, что ты уже сделал.
Да. Возможно, это последние дни. Но знаете что? Может случиться чудо, и произойдет сверхъестественное исцеление – тогда наступит совсем другой день.
Никогда нельзя знать наверняка.
Верно. И я не хочу, чтобы куча людей чего-то ждала, люди ведь заплатили за билеты... Я не хочу сорваться на операцию, которая разворотит мне руку, из-за чего я не смогу отыграть шоу, под которыми подписался.
Есть ли уже песни, которые тебе сейчас трудно играть? Или это касается их всех? Понятно, что ты написал много материала, когда был молод, а сейчас... ну, ты уже не молод. Это вопрос возраста или физиологии? Тот факт, что это слишком быстро или...
А почему бы тебе не задать мне этот вопрос после того, как мы отыграем сегодня вечером? [смеется]
Окей, я постараюсь найти тебя после и спросить. И напоследок – что готовит будущее?
Столько, сколько я смогу унести с собой прямо сейчас. Все, что можно взять от этого мира. Сейчас мы больше, чем когда-либо. Мы успешнее, чем когда-либо. Мы счастливее и сыграннее, чем когда-либо. Я говорил это и раньше, в прошлом, но знаете... у нас раньше никогда не было альбомов номер один. Это целый новый мир для нас, и мне это нравится. Я люблю своих товарищей по группе, мы очень близки. Мы так рады успеху. Мы только что узнали, что альбом стал платиновым в Чехии, нам вручают там награду.
Поздравляю!
Спасибо. Еще в паре стран нас ждут награды. Это фантастика. За целых 40 лет мы ни разу не получали золота или платины в Чешской Республике. Значит, мы все-таки сделали что-то правильно.
ДЛЯ ИСТИННЫХ ФАНАТОВ:
- «Знаменитости не должны указывать фанатам, как голосовать»: Дэйв Мастейн о крабах-мутантах, политике и будущем тяжелого рока
- «Я показал Керри Кингу, как это делается»: Дэйв Мастейн о том, кто на самом деле создал гитарную школу трэша
- «Все, что я хотел – быть тяжелее и быстрее, чем METALLICA»: Дэйв Мастейн от ночных драк до обретения веры
Понравилось интервью? Ставьте лайк и подписывайтесь на канал – впереди еще много архивных материалов и редких баек из мира рок-музыки
#Megadeth #ДэйвМастейн #Интервью #МузыкальныеНовости #РокМузыка #ИсторияРока