Всё началось с Мальдив.
Не с того, что я узнал — с того, что решил исправить. Октябрь, пятница, я сижу в офисе после восьми вечера, смотрю в окно на московские огни и понимаю: мы с Алиной не были вдвоём, по-настоящему вдвоём, уже года полтора. Ужины — да, выходные — иногда, но то, чтобы уехать куда-то и просто быть — этого не было.
Я сам виноват. Компания выросла, стало больше объектов, больше людей, больше головной боли. Алина несколько раз говорила — ты всегда в работе. Я кивал и возвращался к работе.
В ту пятницу я решил: январь, Мальдивы, две недели. Открыл сайт. Нашёл нормальный отель — не дешёвый, зато вилла над водой, то, о чём она как-то говорила.
Полез в банковское приложение посмотреть, что с деньгами.
Пролистал последние три месяца по нашей совместной карте.
Там был ресторан, которого я не помнил. Не дорогой — три тысячи семьсот рублей. Дата — вторник, середина сентября. Алина в тот день говорила, что была на встрече с клиенткой. Я не запомнил бы, но совпало — я сам в тот вечер пытался ей дозвониться часа два, она не брала, потом написала «была на встрече, телефон в сумке». Мы поругались немного.
Ресторан назывался «Причал». Я его не знал.
Я закрыл приложение. Открыл снова. Посмотрел внимательнее.
Ещё один «Причал» — за три недели до этого. И ещё — в августе.
Три раза за три месяца. Один и тот же ресторан, которого я в жизни не видел.
Я не из тех людей, которые сразу звонят и требуют объяснений.
Это не потому что боюсь — просто я так устроен. В бизнесе я никогда не принимаю решения на горячую голову. Сначала — информация. Потом — выводы. Потом — действие.
На следующий день, в субботу, пока Алина спала, я сел с ноутбуком и прошёлся по всем картам. Наша совместная, её личная — к ней у меня доступа нет, но по совместной хватало.
«Причал» — три раза.
Парковка на Садовнической — два раза, в будние дни. Алина ездит на метро, машину почти не берёт.
Фитнес-клуб «Атлас» — раз в неделю, каждую среду. Алина ходит в «Планету» на Таганке, я сам туда подвозил.
Чужой фитнес-клуб. Чужая парковка. Один и тот же ресторан.
Я закрыл ноутбук. Вышел на балкон. Постоял.
Потом позвонил Лёхе Воронцову. Лёха — мой человек, мы вместе начинали двадцать лет назад, сейчас он занимается охраной и всем, что к этому прилагается. Умный, тихий, лишнего не говорит.
— Мне нужен хороший человек, — сказал я. — Дискретно. Понимаешь?
Пауза секунды три.
— Понимаю, — сказал Лёха. — Когда?
— С понедельника.
Алина ничего не замечала.
Две недели я жил как обычно. Работа, ужины, разговоры про её проекты и мои стройки, по выходным иногда выбирались куда-нибудь. Она была нормальной, внимательной, иногда даже ласковой — больше, чем в последние месяцы, как мне казалось. Я не анализировал. Просто жил и ждал.
Лёхин человек звонил мне каждые два-три дня. Коротко, по делу.
На пятый день: «Есть контакт. Зовут Кирилл Матвеев, тридцать четыре года, работает в рекламном агентстве. Женат».
На восьмой: фотографии. Я смотрел на них долго — не потому что хотел, а потому что надо было убедиться, что не ошибся. Ресторан «Причал», столик у окна. Алина в сером пальто, которое я ей подарил на день рождения. Рядом — мужик. Рыжеватый, в очках, обыкновенный. Её рука в его руке на столе.
Я убрал телефон.
Поехал в офис, хотя была суббота.
Сидел там до вечера, делал вид что работаю. Потом реально начал работать — потому что это помогает.
На следующей неделе я позвонил Максиму Горелову. Максим — адвокат, работает только с серьёзными делами, я к нему обращался по корпоративным вещам. Нормальный человек, не болтает.
Встретились у него в офисе.
Я объяснил ситуацию. Он слушал не перебивая.
— Что у вас совместно нажитое? — спросил он.
— Квартира на Ленинском. Покупали вместе, в браке. Машина её — подарил три года назад. Счёт в Сбере совместный.
— Что ваше личное, добрачное?
— Дача в Истринском районе. И компания — она оформлена до брака, это чисто моя история.
— Компания защищена, не переживайте. Дача тоже. С квартирой — пополам по закону.
— Я знаю, — сказал я. — Меня квартира не интересует, пусть живёт. Мне нужно оформить всё правильно и быстро.
Максим кивнул.
— Когда хотите подавать?
— Через две недели.
— Подготовлю всё.
Я встал. Пожал руку.
— И ещё, — сказал я. — Есть совместный счёт. Как правильно разделить?
Он объяснил. Всё законно, всё аккуратно.
Алина предложила поужинать в ресторане в ту пятницу сама.
— Мы сто лет никуда не ходили, — сказала она. — Пойдём куда-нибудь хорошее?
— Пойдём, — согласился я. — Я сам выберу место.
Забронировал столик в «Белом кролике». Тихий, хороший ресторан, мы там бывали раньше. Сказал ей: в восемь, оденься красиво.
В четверг вечером, пока она была у подруги, я собрал сумку. Одежда, документы, ноутбук, кое-что личное. Отвёз к себе в офис — там есть комната для отдыха, диван нормальный. Ключи от квартиры оставил на тумбочке в прихожей.
С совместного счёта снял свою половину — день назад уточнил у Максима, что это законно в ситуации предбракоразводного раздела. Её деньги остались нетронутыми.
Дополнительную карту к её счёту аннулировал.
В пятницу оделся, взял папку, поехал в ресторан.
Она пришла в чёрном платье — красивая, я смотрел на неё и думал о том, что знал её восемь лет. Думал, что знал.
Мы заказали. Она говорила что-то — про работу, про подругу, про то, что хочет новые шторы в гостиную. Я слушал, отвечал, всё как обычно.
После горячего я положил папку на стол.
Она посмотрела.
— Что это?
— Открой.
Она открыла. Взяла первый лист — фотографии. Я видел, как меняется её лицо. Сначала — непонимание, потом понимание, потом что-то ещё, что я не стал разбирать.
Она закрыла папку.
— Паша...
— Не надо, — сказал я.
— Я могу объяснить.
— Объяснять мне не нужно. Объяснение я уже понял сам.
Молчание.
— Там, — я кивнул на папку, — полный отчёт. Даты, места, фотографии. Там же — копия заявления о разводе, которое Максим Горелов подаёт завтра утром. Ты его знаешь, мы с ним работали по компании.
Она смотрела на меня.
— Квартира остаётся тебе — я уже вывез вещи, ключи на тумбочке. Я не претендую. Машина твоя, я её дарил, она твоя. По счёту — я взял половину, это законно, Максим подтвердил. Компания и дача — моё добрачное имущество, туда иска не будет. Если будет — всё равно ничего не получишь, там всё чисто.
Алина не плакала. Просто сидела.
— Ты давно планировал? — спросила она наконец.
— Три недели, — сказал я. — Столько же, сколько знаю.
Подошёл официант. Я попросил счёт.
— Паша. — Голос у неё был тихий. — Мы можем поговорить?
— Нет.
— Но восемь лет...
— Восемь лет, — согласился я. — Поэтому и нет.
Оплатил. Встал.
— Ужин был хороший. Возьми десерт, если хочешь.
Вышел.
На улице было холодно, конец ноября. Я дошёл до машины, сел, закурил — хотя почти не курю, пачка лежала в бардачке с лета.
Позвонил Лёхе.
— Сделано, — сказал я.
— Как ты?
— Нормально. Есть ещё один вопрос. Матвеев — он женат, ты говорил. Есть контакт жены?
Лёха помолчал секунду.
— Зачем?
— Она имеет право знать. Как мне хотелось бы знать, если бы было наоборот.
Ещё пауза.
— Дам завтра.
— Спасибо.
Я бросил окурок, пукнул, завёл машину.
Алина звонила пять раз пока я ехал. Я не брал.
На шестой я взял. Молча.
— Паша, пожалуйста, — сказала она. — Только поговори со мной.
— Алина. Я с тобой только что поговорил. Всё что нужно было сказать — сказал. Дальше с тобой будет говорить Максим, это его работа.
Положил трубку.
Жене Матвеева я написал через два дня. Не звонил — написал в мессенджер, коротко: есть информация о муже, важная. Если хотите знать — ответьте.
Она ответила через час.
Я отправил ей отчёт.
Что она с этим сделала — не знаю и не интересовался. Это её жизнь, её решение. Я своё принял.
Развод оформили за три с половиной месяца — быстро, потому что детей нет, имущественных споров не было. Алина пробовала через своего адвоката поднять вопрос компании, но Максим закрыл это за одно заседание — всё было оформлено правильно ещё до брака.
Я переехал в апартаменты у офиса — временно, пока не выберу что-то нормальное.
Иногда думаю о тех Мальдивах. Я ведь реально хотел поехать. Хотел исправить что-то между нами.
Оказывается, исправлять там было нечего.
Там уже три месяца как был «Причал», серое пальто и чужая рука на столе.
Просто я не знал.