К весне 1985 года Эймс был не на лучшем счету. За 17 лет в ЦРУ он так и застрял на средних должностях, разводился с первой женой, влез в долги.
При этом место занимал любопытное, начальник контрразведывательного подразделения советского отдела. Через его руки проходили имена тех самых офицеров КГБ и ГРУ, которых Америка тайно завербовала в Москве.
Долги взялись не на пустом месте. В Мексике в начале 80-х Эймс, ещё женатый на сотруднице ЦРУ, сошёлся с Марией дель Росарио Касас, атташе по культуре колумбийского посольства.
По службе он как раз и должен был приглядываться к таким иностранцам, а Росарио вдобавок сама числилась осведомительницей ЦРУ. Развод, новый брак и дорогие привычки молодой жены быстро загнали его в минус. Поначалу он думал об СССР как о разовой сделке, сбросить долги и забыть, но не сбросил и не забыл.
16 апреля 1985 года он подошёл к воротам советского посольства в Вашингтоне и передал дежурному пакет для резидента. Внутри лежала записка с его настоящим именем, должностью и предложением.
За 50 тыс. долларов он называл троих офицеров КГБ, работавших на ЦРУ. По службе ему и так полагались встречи с советскими дипломатами, так что лишнего внимания эти контакты не вызывали. Прикрытие было идеальным.
Деньги он получил и вместе с женой быстро потратил. 13 июня 1985 года Эймс пришёл на обед к советскому дипломату Сергею Чувахину и принёс пакет документов, в котором сдал практически всех.
Это был список агентов, которых ЦРУ и ФБР годами вели в СССР и странах Варшавского договора. В КГБ его взял на связь полковник Виктор Черкашин, а самому агенту дали псевдоним "Людмила".
Кого он выдал
Всего Эймс назвал не менее 25 человек, которые работали на американскую разведку. Почти все они были гражданами СССР, а не американцами, и это важная поправка к расхожей версии про "сотни выданных американцев".
Гибли советские офицеры, которых завербовало ЦРУ, и таких набралось больше десятка приговорённых к высшей мере, около 10 человек казнили.
Среди них был генерал-майор ГРУ Дмитрий Поляков, один из самых ценных агентов, что были у американцев. Он работал на ЦРУ ещё с начала 60-х, передавал данные о советских ракетах и раскрыл множество разведчиков. Его арестовали в конце 1986 года, приговор привели в исполнение 15 марта 1988-го.
Выдал Эймс и подполковника Валерия Мартынова, и майора Сергея Моторина, оба работали под прикрытием в советском посольстве в Вашингтоне, обоих расстреляли.
Повезло лишь одному из крупных. Полковник КГБ Олег Гордиевский много лет работал на британскую разведку и в 1985 г. получил из Москвы тревожный сигнал, его срочно вызывали назад.
Он понял, что запахло жареным, но всё же рискнул вернуться. В Москве его допрашивали, однако прямых улик не нашли, и британцы успели тайно вывезти его из страны.
Для ЦРУ это обернулось катастрофой, за считаные месяцы агентство лишилось почти всех своих людей в Советском Союзе, а вербовка встала. В Лэнгли поняли, что внутри сидит "крот", и начали лихорадочно искать утечку. А утечка тем временем спокойно ходила на работу, проверяла чужие досье и продолжала носить в посольство секретные бумаги.
Дом, "Ягуар" и привычки миллионера
Москва оценила нового агента щедро. В КГБ для него отложили крупную сумму, а всего за годы работы Эймс получил более 2,7 млн долларов наличными, ему обещали в общей сложности до 4,6 млн и недвижимость в России.
Для человека с зарплатой госслужащего это была другая жизнь, и он зажил именно так. Среди всех, кто когда-либо шпионил против США за деньги, он оказался самым высокооплачиваемым.
Тот самый особняк в престижном районе Арлингтона за полмиллиона с лишним, оплаченный наличными. Новый "Ягуар". Костюмы по две-три тысячи долларов, золотые и платиновые часы.
Он даже привёл в порядок зубы, прежде жёлтые от курения, на что коллеги обратили внимание. За восемь лет он спустил около 445 тыс. долларов по кредитным картам и вложил около 165 тыс. в акции. Жена тратила не меньше и названивала родне в Колумбию на тысячи долларов в месяц.
Объяснение у Эймса было готово заранее, мол, деньги от состоятельной колумбийской семьи жены. Версия держалась долго, хотя проверить её было несложно, и позже выяснилось, что никакого богатства за родственниками не стоит.
Помогало и то, что дважды, в 1986 и 1991 г, Эймс прошёл проверку на детекторе лжи. К этим проверкам его готовили в КГБ, и оба раза машина не уличила его во лжи.
А ведь промахи у него случались и раньше. Ещё задолго до шпионажа он забыл портфель с секретными бумагами в нью-йоркском метро, документы нашли и вернули, а сам Эймс отделался устным замечанием и продолжил спокойно расти по службе.
Как обеды совпали с банковскими вкладами
Искала "крота" в ЦРУ небольшая группа, и главными в ней оказались две женщины, ветераны советского направления Сандра Граймс и Джин Вертефёй. Вертефёй отдала этой охоте почти восемь лет, а в 1992 году ей по правилам полагалось уйти на пенсию в 60, но она вернулась по контракту, лишь бы довести дело до конца.
Команда свела вместе список почти из 190 сотрудников, у кого был доступ к проваленным агентам, и по сумме признаков на самом верху оказался Эймс.
Точку поставила Граймс. Осенью 1992 года она сопоставила даты обедов Эймса с дипломатом Чувахиным и даты его банковских вкладов и увидела, что после каждой встречи через день-другой на счёт ложилась крупная сумма наличными. Совпадение повторялось из раза в раз, и сомнений почти не осталось.
Дальше за дело взялось ФБР. В мае 1993 года открыли полноценное расследование, почти 10 месяцев за Эймсом ходили по пятам, слушали телефон, рылись в мусоре у его дома на Норт-Рэндольф-стрит и однажды вели его машину с лёгкого самолёта.
Сигналы своим он подавал по-старинке, мелом. В октябре 1993 года его засекли, когда он чертил полоску на почтовом ящике в Джорджтауне, на углу 37-й и R-стрит, и через пару недель ФБР наблюдало, как он встречается со своим российским куратором в Боготе. Тот самый ящик потом стал у местных достопримечательностью.
В начале 1994 года тянуть было нельзя, Эймс собирался лететь в Москву на конференцию. 21 февраля 1994 года агенты ФБР взяли его прямо у дома, когда он садился в свой "Ягуар". Жену арестовали следом и признали соучастницей. В обыске нашли документы, прямо связывавшие Эймса с российской разведкой.
28 апреля 1994 г. Эймс признал вину. Он прямо заявил, что выдал практически всех известных ему советских агентов ЦРУ и других западных служб, и что главным мотивом были деньги, а не идея. Его приговорили к пожизненному. Жену осудили на 63 месяца. Имущество семьи отошло государству.