В резиновых сапогах, шароварах и огромной теплой кофте, видавшей еще чуть ли не Пугачевское восстание, отправиться к сарайчику в глубине сада за лопатой, повертеть ее в руках, отставить в сторону, взять вилы и решительно, шаркая подошвами по мокрой траве, направиться к розам - не такое уж плохое окончание воскресного вечера. Я посадила их в апреле, а уже сейчас понятно, что это было ошибкой.
Погодная канцелярия отвечает на просьбы по очереди. Сначала жарой ублажила исстрадавшихся по зиме просто-людей, а теперь дождик и похолодание отправляет зазевавшимся садоводам, которым не хватило весны на все свои пересадки и деления. Огурцы с клубникой, видимо, в канцелярию не обращались и просто стучат зубами от озноба.
Но клубника клубникой, а с розами мне повезло, что успела. А то бы все лето сыпали мне соль на рану и заставляли расплачиваться за поспешность.
Рано весной среди прочего я получила четыре неукрывных розы: финскую Савел, Желтую Робусту и две латвийских розы Абельзиедес (что переводится как "яблоневый цвет"). И если с первыми двумя все понятно, то с Абельзиедес я напортачила серьезно.
Савел, пришедшую раньше всех из закупки от Елены Мумриной, я сразу посадила туда, куда и планировала: перед домом, перед забором, недалеко от калитки. Там, у калитки, растет сирень Красавица Москвы. Года три назад мама подарила мне такой редкий корневой отпрыск от своей Красавицы, я посадила недалеко от входа в сад с тем расчетом, чтобы со временем она нависала над калиткой. Сирени место и очень глинистая земля там понравились чрезвычайно, она ринулась расти с такой скоростью, что я начала подозревать непредумышленный подлог - есть в мамином саду и другие сирени.
Сейчас, когда сирень впервые зацвела и подтвердила сорт, я смеюсь сама над собой: ну конечно, ей не могло не понравиться, ведь вокруг просто сиреневые заросли, а в старом заброшенном княжеском парке сирени давно натурализовались.
Что ж, дав достаточно места для разрастания обеим, я посадила Савел на парадное место. Мне кажется, красивая, беспроблемная роза, напоминающая махровый шиповник, это отличный вариант. Тем более что с другой стороны от калитки растет (а сейчас как раз цветет) любимая огромная роза колючайшая, у которой один только недостаток - скоротечность.
Робусту же я посадила под райку - это довольно большое дерево я обнаружила в саду лишь в конце прошлого лета, когда увидела усыпанное мелкими яблочками сокровище на задворках среди зарослей лесной жимолости и черемухи. И как я раньше ее не замечала?
А вот латвийские яблоневые цветы... О, мне казалось, что это гениальное решение! Ещё в ноябре мы с мужем стали расчищать заросший и заваленный мусором (как потом оказалось) кусок сада за сарайчиком. Десять лет я закрывала глаза на этот пустырь (хотя справедливости ради первые годы я о нем и не подозревала). Десять лет он меня раздражал страшно, но я даже помыслить не могла, с какого конца к нему подступиться, и даже робко зарождающаяся мысль неизменно разбивалась о всякие другие срочные необходимости. Ну знаете, как это обычно бывает: эх, хорошо бы сделать то и то, но пока у меня смородина не обрезана и цветы не полоты, потом как-нибудь .
И вот в ноябре мы начали, в апреле продолжили. И на выходе из лесочка на этот пустырь образовалось дерево - художественный объект. Выглядит , будто оно повалено, но оно живёт и здравствует и даже не чихает. Мы почистили его от сухих сучьев, немного убрали по стволу и отпилили ту часть, которая начиналась с огромного дупла и выглядела наиболее уязвимой. Образовался не только проход в лесок (а он же и Секретный сад), но и отличный наблюдательный пункт.
Так вот, пока мы чистили полянку (в основном от веток, мусора и гнилых досок), у меня родилась гениальная идея: посадить Яблоневый цвет, оба куста, именно здесь. Не под самим деревом, я отступила метров пять вперёд, но дерево должно было быть фоном. А по самому стволу пустить жимолость Брауна (ее я тоже уже посадила, наивная девочка). Поляна смотрит на юг, вокруг саженцев я проложила картон... Пусть пока растут, несмышленыши, они долго будут запрягать , а через пару лет мы все вокруг вычистим и будем наслаждаться тонким цветением бледно-розового куста.
Как бы не так!
Уже к середине мая было понятно, что это очень и очень плохая идея. Просто отвратительная. А в большей степени потому, что дерево оказалось кленом. Оно решило срочно восстановить свое мировое господство, накрыло даже растущие вдалеке розовые кустики густой тенью, а главное - оно выпустило колоссальное количество порослии и побегов по всему стволу и торчащим кое-где из земли корням. И рядом с розами в том числе.
Когда я говорила мужу, что с хотя бы черновой расчисткой нужно покончить в первой декаде мая, я именно это и имела в виду: май в двадцатых числах - это спрут, гидра, которой сколько ни руби головы, они отрастают все с большим усердием. Мы успели почистить так, что основную часть можно косить. Это уже прорыв!
Но подписываться на то, чтобы еженедельно выламывать кленовые побеги, эвакуировать розы из крапивно-борщевикового плена (а там растет безобидный борщевик сибирский ) - ну уж нет, увольте, лучше просто косить.
Одним словом, поспешила. Нарисовала в голове живописнейшую картину, тем более что дерево это с богатым потенциалом (не имей оно других планов на жизнь): мох по стволу, распростертая форма. По соседству весной под кустами цветут хохлатки и гусиный лук, до распускания листьев видно горизонт чуть ли не до Австралии. А оказалось, что до живописи и искусства ещё несколько сезонов тяжёлого ремесленного труда. Впрочем, как всегда.
Дождик, лей, лей, лей...
Идёт Маруся с вилами. Смотрит с горечью на кленовую поросль. Подцепляет вилами молоденькие розовые кустики, как фрикадельки на тарелке со спагетти. И несет в другое место. На глаза поближе.
А там, на поляне за Секретным садом, пусть изводится крапива и косится беспрепятственно. Настанет и для роз время.
Ваша Маруся