Ну, слушайте, девоньки… И вы, мужчины, если заглянули на огонек, — тоже стойте, не уходите. Сегодня я вам такое про любовь расскажу, что волосы дыбом встанут, даже если их уже не осталось.
Значит, так.
Сайты знакомств. Или приложения. Или как их там, прости господи, эту дофаминовую ловушку называют?
У меня, знаете, две подруги. Ну просто красавицы. Правда. Обеим слегка за сорок, но в свои годы — огонь. Разведены. Дети уже почти самостоятельные, на шее не висят. Живут себе в своих квартирах, ремонт сделали, цветы на балконе поливают. Котиков завели. Или не котиков, а собачек маленьких, что на поводке чихают. В общем, все при них.
А вот с женихами — засада.
Одна, Светка, из приложений не вылезает. Сидит, понимаешь, вечерами с телефоном, как заправский крупье. Палец у нее уже натренированный, как у профессиональной гадалки на картах Таро: свайп вправо — порция надежды, свайп влево — новая лотерея, свайп, свайп, свайп. У нее уже мозоли на большом пальце, честное слово. Глаза красные, как у хомяка, забывшего на ночь клетку закрыть.
Я ей говорю: «Света, дорогая, ты бы шла в театр, что ли? Или на выставку собак? Там живые люди».
А она мне: «Ты что, там никто нормальный не ходит. А в приложении — вот он, сидит где-то за углом. Не может не найтись!»
Сидит. В Кемерове, может, или в Израиле. Какая разница. Главное — свайпать.
Вторая моя подруга, Ленка, гордая. Она принципиально не сидит в этих ваших тиндарах, и мамбах. Потому что она — "ищу настоящего мужчину, как в старых фильмах". Чтобы с кабриолетом и галстуком, в смысле, с чувством юмора и чтобы без вредных привычек. Сидит Ленка на кухне, пьет чай с плюшками и журит Светку: "Ты, дура, сама себя на иглу сажаешь, как наркоманка. Это же всё бизнес, дофамин, цирк!".
И вот вроде умные бабы, а жизнь мимо идет. Одни в телефоне утопают, другие в одиночестве с плюшками застревают.
Почему?
Я тут в Инете наткнулась на циферки, знаете. Мне обычно вся эта статистика до фонаря, но тут прямо как обухом по голове. Оказывается, вся эта ваша свадебно-похоронная контора называется "индустрия одиночества" и вертится на четыре с лишним миллиарда долларов. Четыре! Миллиарда! Это при том, что нормальных пар оттуда выходит — кот наплакал.
Я подумала: вот прихожу я в булочную. Мне нужен хлеб. Я даю рупь, мне дают буханку. Сделка. А тут я даю дяде деньги (месячная подписка, называется!), а он мне вместо хлеба предлагает бесконечно крутить барабан. И если мне повезет — выпадет какой-нибудь сморчок с удочкой. А если нет — плати еще, голубушка.
И это, заметьте, норма.
Вот тут и кроется главный заговор. Я вам как женщина, пострадавшая от мужского эгоизма (и от женской глупости, чего уж там), объясню на пальцах. Конфликт интересов называется.
Мы, дуры, хотим найти нормального партнера. Быстро. Качественно. Чтобы и в домик, и в дровишки, и в постельке не зевал.
А Платформа (я ее с большой буквы пишу, как Бога, которому мы молимся по вечерам) хочет, чтобы мы остались. Желательно — вечно скроллящими. Желательно — одинокими. И желательно — чтобы купили "золотой аккаунт", потому что "вас заметили три интересных мужчины в вашем районе, спешите видеть, пока их не увели!".
Вы слышите, девочки? Их не увели. Их вообще нет. Или они есть, но они те же самые, что были вчера, только фотку в профиле поменяли с рыбы на футбольный мяч.
Я вычитала: шестьдесят процентов женщин возвращаются в эти омуты после того, как их бросили. Тиндер зарабатывает два ярда в год — вдумайтесь! — и плевать он хотел, умрете вы одна под фикусом или нет.
Алгоритмы, говорят, умные. Они там всё про нас знают. Я слышала, что если наставить триста лайков, то искусственный интеллект определит, кто вам нужен: блондин, брюнет или, прости господи, домушник. И даже депрессию вашу вычислит раньше, чем вы сами запьете валерьянкой.
Так нет же. Они, эти ваши айтишники, вместо того чтобы свести нас с кем-то подходящим, показывают нам бесконечную ленту. Как китайскую стену. Сколько не листай — края не видать.
Вспомните историю, которая потрясла мир. В Америке один магазин выслал купоны на памперсы девчонке-подростку. Ее папаша взбеленился: "Вы что, моя дочь — школьница, идите лесом!". А через неделю оказалось, что дочь-то беременная.
Магазин знал раньше отца.
А тут? Тут у меня данные: какие книжки я читаю в электронке, куда хожу по картам, какие концерты смотрю. Яндекс про меня знает такое, что родная мама догадывается, но молчит. И что мешает этим свахам цифровым залезть в мои закрома и найти мне родственную душу? Того, кто тоже любит грустить под джаз и ненавидит мыть посуду по выходным?
Мешает то, девочки, что искать — это быстро. А им надо, чтобы мы листали. Бесконечно. Как заведенные.
Там за бугром, я читала, есть сайт eHarmony. Так они, видите ли, анкету дают на сто пятьдесят вопросов. Честных, душевных. Что вы едите, когда плачете, и сколько готовы потратить на подарок любимому. И что вы думаете? Четыре процента браков в Америке — их рук дело! Четыре процента! Это же надо!
Правда, я своим бабам говорю: вы же в анкете всё равно врёте. Одна пишет: "Люблю пешие прогулки". А сама от дивана до холодильника ползком добирается. Другая: "Ищу обеспеченного". А сама вчера последние джинсы в ломбард снесла.
В этом и есть наша бабья суть. Мы хотим принца, а за душой — ни гроша.
А если алгоритм залезет в наши карты? В нашу историю покупок? О, боже, какой стыд. Он увидит, что я покупала три упаковки чипсов в час ночи и странную китайскую игрушку за 200 рублей. И он поймет: нормальный мужик с такой бежать будет без оглядки.
Вот потому, наверное, они не лезут. Боятся нашу правду-матку нам предъявить.
Теперь самое страшное, девочки. Про мужиков. И про нас, любимых.
Я прочитала одно исследование. У меня аж очки запотели. Семьдесят три процента женщин ищут партнера с доходом выше, чем у них самих! Семьдесят три!
Понимаете? Мы хотим кошелек. Хотя сами уже давно не лыком шиты, свои квартиры заработали, на хлеб с маслом нам хватает. Но нам всё равно подавай мужика, который будет платить. Чтобы рыцарь. Добытчик. Мамонт, мать его.
Это осталось у нас с тех времен, когда женщинам даже счет в банке не давали. Рефлекс, как у собаки Павлова. Звякнули деньгами — потекли слюни.
А теперь включим голову.
Вот сорокалетняя разведенная женщина. С ребенком. С ипотекой. Своя машина. Должность "менеджер по продажам" или "владелица по жизни". Она хочет мужика. И не абы какого, а успешного. Бизнесмена там, или директора завода. Чтобы и котиков ее любил, и чтобы в ресторан водил, и чтобы на такси возил, когда она по магазинам.
А теперь вопрос: на кого смотрит этот самый успешный мужчина?
Правильно. На двадцатилетнюю дурочку с длинными ногами и отсутствием ипотеки.
И получается патовая ситуация. Тётка с кошками (или с собачкой, не важно) остаётся у разбитого корыта. Вздыхает на кухне: "Перевелись настоящие мужики! Все козлы!".
А мужик, который к ней придет с зарплатой "поменьше", ей не нужен. Она его в игнор. А он, обиженный, идет на форумы и становится инцелом. Злым, лысым, с геймерским креслом и убеждением, что "бабам нужны только бабки".
Красота, правда?
Я сама видела таких. Одна знакомая — успешная, с деньгами, с квартирой. На свидание приходит. Мужик вроде нормальный, инженер, зарплата — 70 тысяч. Она нос воротит: "Что он мне может дать? Он же бедный!". А он, между прочим, готов был её на руках носить. Но зарплата маленькая. Зато другая знакомая — продавщица из "Пятерочки" — вышла замуж за сантехника. И живут душа в душу. Потому что ей не нужен был спонсор. Ей нужен был человек.
А мы все туда же: "Я сильная и независимая, я не буду подчиняться, но мужчина должен... должен... должен...".
Это я про феминизм наш недофеминизм вспомнила. Мы, в России, хотим и рыбку съесть, и на ёлку залезть. Одной рукой отстаиваем равноправие, другой — тянемся к мужскому кошельку. А в Скандинавии, говорят, если ты домохозяйка — тебе скажут: "Ты что, не поддерживаешь борьбу за равные права? Иди работай!". Там критерии другие.
А наши алгоритмы эту дичь только усиливают. Они подсовывают нам "идеальных". По фотке. И мы думаем: "Вот он, принц!" А ему мы — на фиг не нужны, потому что мы ему не подходим по статусу.
И что в итоге?
Любовь, девочки, закончилась. Она превратилась в симулякр, в пиктограмму красного сердечка, которую можно поставить любому, даже фото табуретки.
Романтика — это товар с голограммой. Как эти их суперлайки. Нажал — и готово. Чувства? Нет, не слышали.
Как в игровом автомате. Помните, раньше: дергаешь ручку — выпадают три вишенки. Радость! Теперь: листаешь — выпадает три раза подряд "Миша, 42 года, любит шашлыки". Радость? Нет, привычка. Зависимость.
Ученые из Кембриджа, серьезные дяди, доказали: эти ваши "суперлайки" и "бусты" активируют в мозгу те же участки, что и кокаин. Честное слово. Мы не ищем любовь. Мы ищем дозу. Очередной скролл, очередной "мэтч", очередная ложная надежда, что там, за углом, сидит именно ОН.
Профессор Хелен Фишер (умная тетка, знает толк в бабском счастье) сказала как отрезала: "Эти приложения — дилеры цифрового героина". И точка.
Мы с вами — наркоманки, девочки. Красивые, умные, с ипотекой и кошками. Но наркоманки.
А что делать?
Кто-то говорит: "Вернемся к свахам, как встарь!".
Не выйдет, милые.
Раньше сваха жила в деревне. Она знала, что Петровы — люди работящие, но их сын Васька — пьяница. А у Ивановых дочь Марфа хоть и кривая, но приданое богатое. Все как на ладони.
Сейчас? Рядом со мной в очереди стоит продавщица из "Пятерочки", профессор философии, стартапер на таблетках и тарелочница, мечтающая о богатом муже. У всех — свои ценности. Кто-то копит на квартиру и жрет одну гречку. Кто-то берет кредит на новый айфон, чтобы казаться крутым. Найдите их общий язык?
Нету эталона, девочки. Нету референсной модели семьи. Кто-то живет в официальном браке, кто-то — в гражданском, кто-то — "встречается, но без обязательств". Еще эти страшные слова: fwb, ons и прочая порнография.
В Израиле, говорят, есть раввин. Пришел к нему — он тебе по Торе разложит: так живи, так детей делай, так жену уважай. А у нас? У нас есть реклама: "Найди свою любовь за три дня, иначе вернем деньги". Деньги вернут, а любовь — нет.
Я тут подумала: может, все-таки не надо паники?
Может, если мы, бабы, перестанем требовать, чтобы мужик был "успешнее", и посмотрим просто на человека?
Может, если мужик, вместо того чтобы лайкать всех подряд в надежде на авось, научится говорить хотя бы "здравствуйте" вживую?
А может, если эти ваши программисты, наконец, соберут все наши данные в кучу: что мы едим, где спим, какие книжки читаем, сколько денег тратим на цветы — и выдадут нам не сто тысяч кандидатов, а штук пять точных. Совместимых по всем статьям.
Я, например, готова. Пусть роются в моих покупках. Пусть видят, что я покупаю странные вещи. Но зато найдут мне человека, который тоже в час ночи ест чипсы и коллекционирует забавных китайских роботов.
И платить я готова не за "месяц надежды", а за результат. Познакомился — заплатил. Создал семью — получил премию. В Японии, говорят, государство платит сервисам за долгосрочные пары. Демография, видите ли, дорожает.
А у нас? У нас демография дорогая. А мы — бесплатные.
Эх, девочки.
Я это все к чему?
К тому, что пока мы листаем свои приложения, надеясь на чудо, где-то там, в Кремниевой долине (или в Рязани, какая разница), сидит человек в кресле, почесывает пузо и считает наши деньги. Ему плевать, умрем мы с кошками или найдем свое счастье.
Ему нужно, чтобы мы продолжали свайпать.
Потому что свайп — это деньги. Надежда — это деньги. Одиночество — это очень, очень дорого.
А любовь... любовь, простите, барышни, — это просто баг в их системе. Который они старательно не исправляют.
Так что может, правда, выключить телефоны? Пойти в театр? На выставку собак? Или хотя бы просто на лавочку выйти, посидеть, на прохожих посмотреть?
Глядишь, кто-нибудь и подсядет.
Без всякого там суперлайка.
А если нет... Ну, значит, котики. Они хотя бы преданные. И дофамин от них — натуральный. И подписку платить не надо.
В итоге на всех этих сайтах ты не ищешь любовь, ты дрочишь на свайпы…
Лайкните меня, что ли, напоследок. Хоть какое-то дофаминовое удовольствие в этой безрадостной цифровой жизни.