В истории музыки мало сюжетов, в которых суеверие и трагедия переплелись столь тесно, как в легенде о «проклятии девятой симфонии». Одним из главных героев этой истории был выдающийся австрийский композитор и дирижёр Густав Малер (1860–1911).
К началу прошлого века многие композиторы уверовали в так называемое «проклятие девятой симфонии»: после Бетховена ни один великий автор не смог благополучно пережить этот рубеж.
Чем длиннее становился этот список, тем труднее было считать это простым совпадением. Бетховен умер вскоре после завершения девятой симфонии. Шуберт не успел закончить свою. Брукнер скончался, работая над финалом девятой.
Так родилась легенда, что за числом девять скрывается нечто большее, чем обычная нумерация произведений.
Малер, человек крайне мнительный и суеверный, знал эту статистику слишком хорошо. К 1908 году у него уже было восемь грандиозных симфоний. На очереди была девятая по счёту. И тут Малер решил перехитрить судьбу. Он предпринял шаг, который многие сочли попыткой обмануть само «проклятие».
Он берёт стихи древнекитайских поэтов в немецких переводах и пишет «Песнь о земле». Шесть частей, два вокальных солиста и большой оркестр. По сути — симфония. Но слова «девятая» в названии нет.
Малер сознательно оставил своё произведение без номера. «Я не хочу искушать судьбу», — якобы сказал он своей жене Альме. В партитуре композитор осторожно указывает: «Симфония для тенора, альта (или баритона) и оркестра».
«Песнь о земле» в рамках легенды воспринимается как попытка обойти роковую девятку. Однако позднее, в 1910 году, Малер все же написал свою девятую симфонию, которая стала последней законченной в его жизни.
Тот год стал для Малера одним из самых тяжёлых периодов жизни. Он узнал об измене Альмы. Семейный кризис наложился на тяжёлую болезнь сердца, диагноз которой уже не оставлял особых надежд. И всё же композитор начал работу над Десятой симфонией. На одной из страниц партитуры сохранилась отчаянная надпись: «О Боже! О Боже! Зачем ты оставил меня?»
В феврале 1911 года Малер в последний раз выступал в Нью‑Йорке. Во время концерта, на котором звучала его Четвёртая симфония, композитору стало плохо. После возвращения в Европу он уже не оправился. 18 мая 1911 года Малер умер от эндокардита в возрасте 50 лет. Девятая симфония оказалась последней завершённой в его жизни — десятая так и не была закончена.
Для сторонников проклятия это стало безусловным доказательством его существования.
Малер, в попытках обойти роковую девятку, спрятал её за названием «Песнь о земле». Но судьба, как будто, вела иной счёт.
Существует ли действительно «проклятие девятой» или это просто жестокая игра совпадений — решайте сами.
Сегодня «проклятие девятой симфонии» воспринимается как красивая музыкальная легенда. Многие композиторы XX века — например, Шостакович — благополучно пережили этот рубеж. Но история Малера настолько прочно вписалась в сюжет о роковой девятке, что интерес к ней не угасает до сих пор.
«Песнь о земле», девятая симфония и незавершённая десятая сегодня воспринимаются как своеобразное музыкальное завещание Малера. Последняя особенно сложна для понимания: десятилетиями она существовала лишь в рукописи.
Когда её начали исполнять по реконструкциям, стало ясно, что он так и останется загадкой. Слишком многое в ней осталось неясного из‑за фрагментарности сохранившихся материалов, чтобы с уверенностью понять замысел композитора.
Сегодня ясно: за легендами о проклятии стояла реальность: болезнь сердца, бесконечное напряжение и удары судьбы постепенно подтачивали силы Малера. Всё это приближало конец. Однако легенда «роковой девятки» продолжает жить.
Но главное не это. Главное — что его музыка оказалась сильнее любых легенд. При жизни её не понимали, а сегодня она звучит в лучших залах мира. Девятая симфония и «Песнь о земле» продолжают волновать людей так же, как и много лет назад.
Смерть поставила точку в жизни Малера. Его музыка превратила эту точку в многоточие.