Примечание: статья написана по мотивам оригинальных архивных материалов и интервью музыкантов Black Sabbath
Лето 1970 года. В воздухе отчетливо пахнет паранойей. Меньше чем за год идеалистическая мечта Вудстока о мире и братстве превратилась в пепел. Цветы, которые протестующие против войны во Вьетнаме вставляли в дула винтовок, не смогли остановить поток гробов, возвращающихся в США. Противостояние в Холодной войне обострилось до предела, и сверхдержавы держали пальцы на ядерных кнопках.
В это же время среди руин и воронок разбомбленного во время Второй мировой войны бирмингемского района Астон четверо парней из рабочего класса остро ощущали дух угасающей эпохи. Музыканты Black Sabbath готовились записать свой второй альбом, которому суждено было навсегда изменить облик тяжелой музыки.
Крах эпохи «детей цветов»
«Я был до смерти напуган тем, что нас могут затащить во Вьетнам, а Третья мировая война казалась абсолютно реальной угрозой, — вспоминает басист и автор текстов группы Гизер Батлер спустя полвека. — В конце шестидесятых я искренне увлекался культурой "детей цветов". Ходил на фестивали любви в кафтане, бусах и с цветами в волосах. Но к моменту написания альбома "Paranoid" реальность взяла свое. Большинство моих текстов были отражением горького разочарования в том, что эра всеобщей любви оказалась лишь несбыточной иллюзией. Все эти протесты были напрасны».
К тому моменту Black Sabbath уже успели почувствовать вкус успеха. Вопреки насмешкам критиков и безразличию индустрии, их дебютный одноименный альбом поднялся на 8-ю строчку британского чарта и на 23-ю в США. Но над музыкантами — Оззи Осборном, Тони Айомми, Гизером Батлером и Биллом Уордом — по-прежнему висела угроза остаться без гроша и вернуться на скотобойни и металлургические заводы, откуда они только что вырвались. Поэтому они работали на пределе возможностей.
Разрушенная крыша и рождение «War Pigs»
Репетиции перед записью нового материала проходили на знаменитой студии Rockfield в Уэльсе. Творческий процесс в сельской глуши был настолько громким в буквальном смысле слова, что группа едва не лишилась крыши над головой.
«Мы репетировали в старом амбаре, — рассказывает Батлер. — И когда мы начали играть на нашей обычной громкости, часть крыши просто обрушилась внутрь от вибраций. Но мы были молодыми парнями из Астона, которые просто радовались тому, что живут своей мечтой. Для нас эта поездка за город была похожа на оплачиваемый отпуск. Мы были очень близки: мы против всего мира. Мы обожали веселиться, напиваться и курить травку вместе».
Архивные снимки тех лет, где музыканты дурачатся с пневматическими винтовками на берегу реки, напоминают кадры из приключенческого фильма для подростков. Однако песни, которые они сочиняли в этой идиллии, были пропитаны постапокалиптической атмосферой, оккультизмом, страхом перед безумием и геополитическим мраком.
Изначально открывающий трек альбома «War Pigs» назывался «Walpurgis» (Вальпургиева ночь) и был посвящен ведьмам и грешникам, поедающим внутренности мертвых крыс на руинах церкви. Но в процессе доработки Батлер решил отказаться от дешевой мистики в пользу жесткого социального комментария.
Текст превратился в яростную атаку на капиталистическую военную машину, которая отправляет простых солдат в мясорубку ради обогащения политиков. Тони Айомми подчеркнул этот гнев, врезая свой тяжелый, как обух, рифф после каждой вокальной строчки Оззи.
Разрушенные судьбы, ядерный пепел и драка со скинхедами
Пока «War Pigs» заставляла слушателей почувствовать запах горящих тел, мрачный джаз-роковый трек «Hand Of Doom» исследовал обратную сторону войны. На его написание музыкантов вдохновил опыт выступлений на американских военных базах в Англии. Там они своими глазами видели солдат, вернувшихся из Вьетнама с тяжелейшим посттравматическим синдромом (ПТСР). Вернувшиеся с фронта парни отчаянно пытались заглушить душевную боль пагубными привычками и разрушительным, опасным уходом от реальности.
Композиция «Electric Funeral» развивала тему апокалипсиса. Под похоронный ритм и яростный скрежет гитары Айомми, пропущенной через педаль Wah-Wah, Оззи Осборн пел о радиации и ядерной катастрофе, превращающей людей в глину.
Единственным относительно расслабленным моментом на альбоме казалась психоделическая колыбельная «Planet Caravan», ставшая результатом глубокого погружения музыкантов в меланхоличные, окутанные дымом медитативные сессии.
Но этот покой мгновенно улетучивался на финальном треке «Fairies Wear Boots» (Феи носят сапоги). Эта песня родилась после концерта в Уэстон-супер-Мэр, на который напала банда агрессивных скинхедов.
«Один из них схватил Оззи за шею, не подозревая, что у того в руке молоток, — вспоминал Тони Айомми. — Оззи размахнулся и ударил парня гвоздодером прямо в лицо. Это было довольно жуткое зрелище. Мы дали им достойный отпор».
Рождение монстров: «Iron Man» и случайный хит
Запись альбома проходила в лондонских студиях Regent Sound и Island Studios под руководством продюсера Роджера Бейна. Музыканты много экспериментировали: Айомми вспоминал, как они потратили два часа, пытаясь хором напеть «Хей-хо» из диснеевской «Белоснежки» (к счастью, эта идея была отброшена).
Зато другой эксперимент вошел в историю. Пропустив вокал Оззи через кольцевой модулятор (ring modulator), Бейн добился того, что металлический голос в начале «Iron Man» зазвучал как пророчество стального человека. По словам Батлера, песня была метафорой истории Иисуса Христа: героя, которого сначала боготворят, а затем распинают.
Барабанный трек Билла Уорда «Rat Salad» был собран из его концертных соло, а заглавный шедевр «Paranoid» родился буквально за пять минут в самый последний момент. Продюсер объявил, что хронометраж альбома слишком мал, и группе срочно нужна еще одна песня.
Тони Айомми мгновенно выдал простой рифф, а Гизер Батлер набросал текст о человеке, страдающем от депрессии. Для Батлера это была личная история: в то время он страдал от ментальных расстройств и занимался селфхармом (самоповреждение), а врачи в больницах цинично советовали ему просто «запивать депрессию алкоголем».
«Я не понимал, что со мной происходит, — объясняет Батлер. — Поэтому я написал текст "Paranoid", чтобы выразить свою боль. Мне казалось, что песня звучит слишком коммерчески по сравнению с остальным альбомом. Наверное, поэтому я и написал такой мрачный текст. Как же я ошибался!».
Уродливая обложка и обвинения в сатанизме
Впоследствии Оззи Осборн жаловался, что «ни разу в жизни не выходил на сцену без того, чтобы не спеть эту гребаную Paranoid». Но именно этот сингл, добравшийся до 4-го места в Великобритании, сделал их суперзвездами. Чтобы закрепить успех, лейбл срочно переименовал альбом из «War Pigs» в «Paranoid». Из-за этого оригинальная обложка (парень со щитом и мечом, выбегающий из кустов) потеряла всякий смысл и выглядела откровенно нелепо. «Я ненавидел этот конверт», — признается Батлер.
Несмотря на уродливую обложку и ярость критиков, альбом возглавил британский чарт (единственный раз до выхода пластинки «13» в 2013 году) и разошелся тиражом более 4 миллионов копий в США. Музыканты наконец-то смогли съехать от родителей, купить дорогие машины Rolls-Royce.
Но у славы была обратная сторона. На концерты Black Sabbath стали приходить визжащие девочки-подростки, купившие поп-сингл «Paranoid». Кроме того, пресса начала активно обвинять группу в сатанизме, пропаганде наркотиков и доведении до самоубийства (ситуация обострилась, когда молодая медсестра покончила с собой, пока на ее проигрывателе крутилась пластинка Paranoid).
Музыкантов особенно злило, что критики коверкали смысл финальной строчки песни «Paranoid», где Оззи поет: «I tell you to enjoy life» (Я прошу вас наслаждаться жизнью), интерпретируя ее как призыв к суициду.
«Меня это жутко бесило, — говорит Батлер. — Люди, которые нас критиковали, даже не пытались нас слушать. Их выводы были прямо противоположны тому, о чем на самом деле пела группа».
Вечное наследие
Полвека спустя очевидно, что все, для кого музыка имела значение, слушали Paranoid очень внимательно. Альбом стал главным краеугольным камнем. Влияние этой пластинки признавали все: от Van Halen (которые изначально хотели назвать свою группу Rat Salad) и Pantera до Ингви Мальмстина и Мегадет.
«"Paranoid" звучит актуально и сегодня, — резюмирует Гизер Батлер. — Потому что он был записан "сырым", на нем нет модных студийных трюков, которые могли бы устареть со временем. Если бы у нас было больше времени в студии, мы бы просто испортили эти песни излишним продюсированием. "Iron Man" — это первый рифф, который учит любой парень, взявший в руки гитару. В школе моей внучки в Калифорнии этот рифф проходят на уроках музыки. Учитель не поверил ей, когда она сказала, что ее дедушка играл в Black Sabbath».
Трагедия альбома Paranoid заключается в том, что он до сих пор остается пугающе актуальным. Война, ментальные проблемы, угроза ядерного уничтожения, экологическая катастрофа («Electric Funeral») — темы, поднятые 56 лет назад четырьмя парнями из Бирмингема, по-прежнему резонируют с сегодняшним днем. Замените Вьетнам на любой современный конфликт — и эти песни снова будут звучать как репортаж из вечерних новостей.
Понравилась эта глубокая историческая экскурсия? Помните ли вы, при каких обстоятельствах впервые услышали альбом Paranoid и какая песня с него у вас самая любимая? Делитесь своим мнением и воспоминаниями в комментариях! И обязательно подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые захватывающие истории о музыке, которая навсегда изменила наш мир. Впереди еще много крутого!