Часть 2 Глава 40
А в это время адвокат, господин Токарев, работал над тем, чтобы узнать всё о Лере Смирновой. Девушка жила себе спокойно после того, как выполнила просьбу Новикова прославить Катю на весь факультет Бауманки, рассказав о её судимости. Она занимала хорошую должность, хотя все удивлялись, почему именно она. Для работы в департаменте образования были намного более опытные и интересные кадры, но выбрали почему-то её. Лера знала почему, а остальным об этом знать было необязательно. Она, конечно, не подозревала о том, что её узнали.
Лампа на рабочем столе Токарева горела уже третью ночь подряд, выхватывая из темноты кабинета ровные стопки документов, распечатки телефонных биллингов и старые фотографии. Адвокат потёр уставшие глаза, откинулся на спинку кожаного кресла и сделал глоток остывшего кофе. Напротив него, приколотый к пробковой доске, висел портрет Валерии Смирновой — улыбающейся, уверенной в себе молодой женщины, которая считала, что надёжно похоронила своё прошлое.
— Посмотрим, какая у тебя крыша, Лерочка, — негромко произнёс Токарев, перелистывая очередную страницу досье.
После того как Смирнова пустила ядовитую сплетню по коридорам Бауманки, превратив жизнь Кати в сущий ад, она технично испарилась из университетской среды. Пока Катя справлялась с косыми взглядами, шёпотом за спиной и предвзятым отношением окружающих из-за всплывшей судимости, Лера уверенно шагала вверх по карьерной лестнице.
Сейчас она занимала пост ведущего специалиста в департаменте образования. Это назначение в своё время вызвало немало глухих пересудов в кулуарах ведомства. Токарев поднял резюме Смирновой. Объективно — ничего выдающегося, правда, красный диплом, но полное отсутствие управленческого опыта, никаких серьёзных научных публикаций или реализованных проектов. На конкурсе на эту вакансию подавались доктора наук, заслуженные педагоги и управленцы с десятилетним стажем. Но эту высокую должность заняла именно она.
Коллеги шептались за её спиной, строя самые смелые предположения — от богатых родителей до пикантных связей с руководством. Но Лера лишь снисходительно улыбалась, проходя по коридорам департамента в дорогих туфлях. Она-то прекрасно знала, кому и за какую услугу обязана этим тёплым местом. Новиков умел держать слово, когда дело касалось платы за грязную работу. Для всех остальных эта тайна оставалась за семью печатями, и Лера была уверена, что так будет всегда.
Она жила спокойной, размеренной жизнью столичной чиновницы. Покупала брендовые вещи, ходила на обеды в рестораны на Патриарших и планировала отпуск в Дубае. Прошлое казалось ей пройденным этапом, удачной сделкой, которая обеспечила ей безбедное будущее. О Кате и той подлости, которую она совершила, Лера даже не вспоминала. Какое ей дело до девчонки с поломанной судьбой, если собственная жизнь складывалась как нельзя лучше?
Ведь она тоже немало пережила неприятностей: погибла мама, а с ней и сытая жизнь, особняк конфисковали, разрешив забрать некоторые вещи, хорошо, что Варвара Дмитриевна не продала квартиру, потому что сейчас Лера жила именно в ней. Иначе было бы совсем плачевно. Но девушка не подозревала, что на этом её неприятности не закончились, что механизм её падения уже запущен. Она не знала, что несколько дней назад Токарев, защищавший интересы Кати, наткнулся на странную нестыковку в логах университетского форума и IP-адресах, с которых распространялись первые закрытые документы. Шаг за шагом, опрашивая бывших однокурсников и поднимая старые связи в провайдерских компаниях, адвокат вышел на неё.
Телефонный звонок нарушил тишину кабинета. Токарев быстро ответил.
— Да, Игорь. Нашёл? — спросил адвокат, вслушиваясь в хриплый голос своего штатного детектива.
— Нашёл, шеф, — отозвался тот. — Ты был прав. Её продвинул не сам департамент. Запрос на её кандидатуру пришёл сверху, по личной квоте человека Новикова. У меня на руках копия внутреннего распоряжения с подписями. Там прямая связь.
— Отлично. А что по её текущей деятельности?
— А вот тут самое интересное. Наша птичка расслабилась. Думает, что неприкосновенна. Через её отдел сейчас проходят тендеры на закупку оборудования для региональных школ. Кое-какие цифры там явно завышены, а подрядчики — сплошь подставные фирмы-однодневки. Сама она, конечно, только подписывает, но подпись-то её.
— Умница, Игорь. Кидай всё на почту.
Токарев положил трубку, и на его лице впервые за вечер появилась жёсткая, холодная улыбка. Картина полностью сложилась. Новиков не просто расплатился с Лерой за уничтожение репутации Кати, он посадил её на крючок, сделав удобным и послушным инструментом для своих финансовых махинаций. И главное — Лера была свято уверена в своей безопасности. Она не знала, что её раскрыли, что каждый её шаг теперь фиксируется, а все банковские переводы тщательно анализируются.
Адвокат встал, подошёл к окну и посмотрел на ночную Москву, сияющую миллионами огней. Где-то там, в одной из квартир, сейчас спокойно спала Валерия Смирнова, уверенная в завтрашнем дне. Она думала, что чужие слёзы и сломанная жизнь — это лишь незначительная цена за её собственный комфорт.
Токарев вернулся к столу, собрал все документы в одну плотную папку. На лицевой стороне он размашисто написал:
«Смирнова В. А.».
— Спокойно спи, Лера, — тихо сказал Токарев в пустоту кабинета. — Наслаждайся последними спокойными днями. Скоро за всё придётся платить.
Судебный процесс обещал быть громким, и адвокат собирался сделать всё, чтобы Катя была полностью оправдана, а те, кто устроил эту травлю, заняли свои законные места на скамье подсудимых. Ловушка для Смирновой была готова, и Лера сама, ничего не подозревая, уверенно шла прямо в неё.
***
Адвокат Токарев положил на стол свежую распечатку, присланную Игорем. Это были схемы финансовых потоков, которые напоминали сложную паутину, где в самом центре затаился Новиков, а на окраинах, у самой зоны риска металась Лера Смирнова. Теперь, когда у Токарева появились конкретные цифры и названия фирм, мозаика её «стремительного карьерного взлёта» обрела зловещую чёткость.
Новиков никогда ничего не делал просто так. Место в департаменте образования, которое получила Лера, не было подарком за услугу по уничтожению репутации Кати. Оно было капканом. Новикову нужен был свой, абсолютно управляемый человек на ключевом посту, через который распределялись бюджетные миллионы. Лера, ослеплённая внезапным успехом и лёгкими деньгами, идеально подошла на роль «громоотвода».
Суть махинации, в которую Новиков втянул девушку, была классической, но реализованной с особой циничностью. Через отдел Леры проходила масштабная государственная программа «Цифровая школа» — закупка интерактивных досок, персональных компьютеров и программного обеспечения для региональных учебных заведений. Общие суммы тендеров исчислялись сотнями миллионов рублей.
Схема работала как часы. Сначала Лера, пользуясь своим положением, формировала технические задания для конкурсов. Эти задания писались под диктовку юристов Новикова. В них закладывались такие специфические, узкие требования к оборудованию, что пройти жёсткий отбор могла только одна конкретная компания. Разумеется, эта компания контролировалась структурами Новикова через цепочку офшоров.
Затем наступал этап торгов. Реальные поставщики, готовые предложить качественную технику по честной цене, отсеивались ещё на этапе подачи заявок из-за искусственных бюрократических придирок, которые лично утверждала Смирнова. В итоге контракт уходил фирме-однодневке Новикова по максимально возможной, завышенной почти втрое стоимости.
Но главная грязь крылась в исполнении. Токарев вчитывался в акты приёмки-передачи, на которых стояла аккуратная, размашистая подпись Леры. Вместо современных, мощных компьютеров в региональные школы отправлялся откровенный технологический хлам — устаревшие модели китайской сборки, закупленные по дешёвке через серые каналы. Разница в стоимости, составлявшая колоссальные суммы, оседала в карманах Новикова и его высокопоставленных покровителей.
Лера наивно полагала, что она в доле и надёжно защищена. Каждое первое число месяца на её скрытый зарубежный счёт капал солидный процент от «сэкономленных» средств. На эти деньги она покупала брендовые вещи, ювелирные украшения и оплачивала роскошный образ жизни, хвастаясь перед подругами своей финансовой независимостью. Но она не понимала главного: Новиков сделал так, что вся юридическая ответственность лежала исключительно на ней.
Токарев перевернул страницу, где детектив Игорь выделил маркером ключевой документ. Это было дополнительное соглашение к одному из крупных контрактов, которое Лера подписала задним числом. Из-за этого соглашения бюджет потерял ещё сорок миллионов рублей на «сервисное обслуживание», которое по факту никто не проводил.
Если бы завтра в департамент пришли с проверкой СК и Счётная палата, Новиков остался бы чист перед законом. Его имя не фигурировало ни в одном документе. Все решения, все подписи, все согласования и финальные отчёты были подписаны рукой Валерии Смирновой. Она была идеальным кандидатом на посадку — амбициозная, глупая, замазанная в предательстве и жадная до красивой жизни. Новиков просто использовал её как живой щит. Если система даст сбой, Лера пойдёт на дно с огромным сроком за растрату в особо крупном размере, а Новиков просто найдёт себе новую пешку.
Адвокат Токарев аккуратно подчеркнул красным карандашом даты переводов на подставные счета. На лице его заиграла холодная, торжествующая улыбка. Новиков просчитался в одном — он думал, что никто не станет копать так глубоко ради защиты чести простой студентки Кати. Он не учёл, что Токарев умеет распутывать даже самые глухие углы.
Теперь у адвоката было достаточно улик, чтобы разрушить не просто карьеру Леры, а всю финансовую империю Новикова. Смирнова сама вручила им в руки компромат, когда согласилась играть в эти опасные и грязные игры. Ловушка была захлопнута, осталось лишь дождаться нужного момента, чтобы предъявить козыри. Он быстро набрал номер телефона прокурора Анатолия Ильича Борисова
- Ты видел, который час? - хриплым голосом спросил Анатолий
- Не ворчи, я тебе такую бомбу приготовил, заработаешь ещё одну звезду себе на погоны. Завтра приду к тебе, разговор будет долгим.
- Жду - ответил Борисов, роняя голову на подушку.