Иногда на вызове у пациента понимаешь всё за первые тридцать секунд — по цвету лица, по дыханию, по запаху в квартире. А иногда разгадка его диагноза прячется так глубоко, что нужно задать не один десяток вопросов, прежде чем щёлкнет внутренний замок и картина сложится. Девять утра, вторник, обычный рабочий день начала июня. Деревья обросли зелёными листьями, солнце светит, но по утрам пока ещё холодно, и в скоровской «Газели» приходится включать отопление. Мы с Игорем — он у меня напарник третий месяц, парень толковый, но резковатый — сидели на подстанции, ждали вызов. Он не заставил себя долго ждать. «Мужчина, семьдесят два года, не может есть, вызывает дочь, приехала из другого города». Игорь, записывая адрес, тихо чертыхнулся и покосился на меня с выражением, которое я уже хорошо изучил за эти три месяца — смесь раздражения и недоумения. — Ну вот объясни мне, — начал он, спускаясь с чемоданом по лестнице вниз, — утро, будний день, поликлиники работают. «Не может кушать» — это жалоб
Публикация доступна с подпиской
КЛУБ МЕДИЦИНСКИХ ДЕТЕКТИВОВ