- Катенька у нас, конечно, исполнительная, но масштаб совсем не её, – Людмила Сергеевна отхлебнула чаю и повернулась к нашему крупному клиенту Семёну. – Андрюше нужна рядом женщина с размахом, со связями, а не просто скромный счётовод. В бизнесе лоск нужен.
Я перебирала накладные. Старая пластиковая папка со сломанной кнопкой никак не хотела закрываться. Палец привычно давил на пластик, но щелчка не было.
- Людмила Сергеевна, Катерина у вас все потоки держит, – Семён перевёл взгляд с чашки на меня. – Мы сколько лет работаем, ни одной задержки по отгрузкам.
- Ой, Сёмочка, да что там держать, – свекровь замахала руками, звеня дешёвыми браслетами. – Простые цифры. Настоящую работу Андрей делает. Переговоры, стратегия, риски. Мужской ум. А Катя просто сидит на готовом.
Я посмотрела на мужа. Андрей сидел у окна, листая что-то в телефоне. Он даже не поднял головы.
- Да, Семён, Катя у нас исполнитель хороший, – Андрей зевнул, не отрываясь от экрана. – Но стратегические решения я сам принимаю. Ты не переживай, контроль на мне.
- Контроль на тебе? – я тихо положила ручку на стол. – Андрей, ты вчера забыл согласовать путевые листы для уральского рейса. Если бы я ночью не переделала, машины бы арестовали на посту.
- Ну вот, началось, – Людмила Сергеевна поджала губы и шумно вздохнула. – Чуть что – сразу попрёки. Андрюша занят глобальными вещами, он лицо компании. А ты обязана тылы прикрывать без этого вечного недовольства.
- Я не выражаю недовольство, – я потёрла переносицу. – Я констатирую факт. Из-за его забывчивости мы могли потерять триста тысяч рублей.
- Ой, триста тысяч, какие огромные деньги для нашей фирмы, – свекровь пренебрежительно фыркнула. – Было бы из-за чего крик поднимать. Семён, вы кушайте пирожок, с капустой, сама пекла.
- Спасибо, Людмила Сергеевна, я сыт, – Семён неловко отодвинул тарелку. – Катерина, по нашему новому контракту спецификации готовы?
- Почти, – я открыла ту самую папку. – Надо только утвердить ставку по логистике. Андрей обещал созвониться с перевозчиками два дня назад.
- Андрей сыт по горло этими перевозчиками, – свекровь встала, поправляя фартук. – Сын, тебе надо отдохнуть. Совсем тебя заездили. Катя, ну трудно самой позвонить, что ли? Обязательно мужа дёргать по каждой мелочи?
- Это его прямая обязанность, – я посмотрела Андрею прямо в глаза. – Андрей, ты звонил?
- Кать, ну не успел я, – Андрей поморщился, наконец отложив телефон. – Там такие тёрки с ними. Завтра наберу. Или сама звякни, тебе сложно?
- Мне не сложно, – я закрыла папку, кнопка опять осталась открытой. – Но тогда зачем ты числишься генеральным директором и получаешь оклад в три раза больше моего?
- Прекрати считать деньги мужа! – Людмила Сергеевна резко прикрикнула, притопнув ногой. – Это неприлично! Вы одна семья, всё в один котёл идёт!
- Котёл один, – я поднялась со стула. – Только дрова в него кидаю почему-то я одна последние восемь лет.
- Да ладно тебе, Кать, не нагнетай при людях, – Андрей недовольно нахмурился. – Вечно ты из мухи слона делаешь.
Я промолчала. Семён молча собирал свои бумаги в портфель, стараясь не смотреть на нас. Было неловко. Стыдно перед чужим человеком. Но этот сценарий повторялся почти каждую неделю, и я просто привыкла дышать через раз.
- Семён, извини за эту сцену, – я протянула ему подписанный акт. – Завтра утром спецификация будет у тебя на почте.
- Да ничего, Катерина, бывает, – Семён вздохнул, пожал мне руку и кивнул Андрею. – До связи. Андрей, не забудь про ставку, нам заводы поджимают.
Когда дверь за клиентом закрылась, Людмила Сергеевна тут же набросилась на меня.
- Ты как себя ведешь? При чужих людях родного мужа выставляешь дураком! Ты понимаешь, что подрываешь его авторитет?
- Мама, успокойтесь, – Андрей лениво потянулся. – Катя просто завидует, что у неё нет такой деловой хватки.
- Чему завидую? – я посмотрела на груду неразобранных счетов на его столе. – Тому, что ты три месяца не можешь закрыть вопрос с налоговой? Мне опять пришло требование. Пени растут.
- Ты бухгалтер, вот и разбирайся, – Андрей отвернулся к окну. – За что я тебе плачу?
- Ты мне платишь? – я усмехнулась. – Деньги на этот счёт приходят от моих клиентов, которых я нашла лично, пока ты на диване лежал.
- Слышишь, Андрюша, как она разговаривает? – свекровь всплеснула руками. – Какая неблагодарность. Мы её в дом приняли, прописали в нашей квартире, работу дали. А она теперь зубы скалит.
- Квартира ваша, – я кивнула. – Только ремонт в ней сделан на мои додекретные накопления. И коммунальные платежи полностью на мне. Вы забыли?
- Ой, началось мещанство, – Людмила Сергеевна скривилась. – Считать каждую копейку – это так мелко. Андрюша, поехали домой, я тебе супчик погрею. Пусть она тут со своими бумажками сидит, раз такая умная.
- Поехали, мам, – Андрей поднялся, взял куртку. – Кать, запри офис. И не забудь выставить счёт Самаре. Деньги нужны к пятнице.
Они ушли. В пустом кабинете пахло душными духами свекрови и дешёвым освежителем. Я села за стол, взяла синюю ручку и снова попыталась защёлкнуть кнопку на папке. Пластик согнулся, но не поддался. Восемь лет. Ровно восемь лет назад мы открыли эту фирму. Тогда Андрей обещал, что мы будем партнёрами.
- Нам нужно срочно обновить Андрюше машину, – Людмила Сергеевна бесцеремонно уселась на край моего рабочего стола через два дня. – Он солидный человек, руководитель. Стыдно перед коллегами на этой старой жестянке ездить.
- У компании сейчас нет свободных денег, – я даже не подняла глаз от монитора, сверяя выписку. – Нам нужно платить налог на прибыль через две недели. Сумма приличная, больше двухсот тысяч.
- Ой, налоги подождут, – свекровь отмахнулась. – Оформим рассрочку или кредит. А машина нужна сейчас. Я уже и присмотрела в салоне на окраине, хорошая комплектация. Всего полтора миллиона.
- Полтора миллиона? – я повернулась к неё. – Из каких средств? У нас на расчётном счёте всего восемьсот тысяч. Это чистые оборотные деньги.
- Ну так сними, в чём проблема? – Людмила Сергеевна удивлённо приподняла брови. – Ты же бухгалтер, придумай что-нибудь. Перебрось туда-сюда. Ты всегда так делаешь, когда тебе надо.
- Когда мне надо, я плачу зарплату водителям и покупаю бензин, – мой голос звучал ровно, хотя внутри всё сжималось от усталости. – Я не могу просто так взять и вытащить полтора миллиона на личную прихоть Андрея.
В кабинет вошёл Андрей, жуя на ходу пирожок.
- Кать, ну че ты уперлась? – он сел в своё кресло. – Мама дело говорит. Мне перед пацанами на бизнес-встречах стыдно. Сама знаешь, встречают по одёжке.
- По одёжке встречают, а провожают по уму, Андрей, – я закрыла программу. – Твои пацаны не знают, что у нас долг перед поставщиками запчастей за прошлый месяц? Сто двадцать тысяч рублей.
- Ты всегда так – молчишь, молчишь, а потом всё сразу вываливаешь, – Андрей недовольно звякнул ложкой в кружке. – Нельзя было раньше сказать?
- Я говорила тебе в прошлый вторник, – я вывела на экран таблицу долгов. – Ты сказал, что это мелочи и ты разберёшься.
- Я просила тебя об одном, Катя. Один раз за три года нормальную просьбу озвучила, – Людмила Сергеевна картинно прижала руку к груди. – Ты же сама говорила, что мы семья. А как до дела доходит – ты каждую копейку зажимаешь.
- Мы семья, – я выдохнула, чувствуя, как уступаю под этим напором. – Хорошо. Но машину мы сможем взять только в простую рассрочку и не дороже миллиона. И то, если Андрей закроет сделку с Тольятти.
- Ну вот, можешь же, когда хочешь, – свекровь мгновенно повеселела. – Андрюша, слышал? Оформляй документы. Пусть Катька переводит аванс.
Через неделю Тольятти отказался от контракта. Андрей просто забыл отправить им подписанный оригинал договора, и они ушли к конкурентам.
- Это ты виновата! – Андрей орал так, что звенели стёкла в нашем маленьком офисе. – Ты должна была проконтролировать! Отправить курьера! Твоя работа!
- Это твой клиент, Андрей, – я сидела неподвижно. – Ты забрал документы со стола и сказал, что сам отвезёшь им на встречу.
- Я забыл их в машине! – он швырнул пустую пластиковую папку на пол. – Ты могла напомнить? У тебя голова для чего? Только чтобы причёску носить?
- Андрюшенька, сынок, не нервничай так, – Людмила Сергеевна, которая теперь торчала у нас каждый день, погладила его по плечу. – Катя специально это сделала. Чтобы показать, какой ты плохой руководитель. Она спит и видит, как всё под себя подмять.
- Да ничего я не хочу подминать, – я подняла упавшую папку. Кнопка окончательно отвалилась, оставив рваную дыру. – Я просто устала работать за двоих.
- За двоих она работает, посмотрите на неё! – свекровь зло рассмеялась. – Да если бы не мой сын, ты бы до сих пор в своей районной библиотеке за копейки сидела! Мы из тебя человека сделали, бизнесвумен! Бери телефон и звони в Тольятти, извиняйся, возвращай клиента!
- Они не вернутся, – я покачала головой. – Юридически они уже подписали договор с другими. Семён сегодня звонил, спрашивал, почему мы упустили такой объём.
- И что ты ему наплела? – Андрей шагнул ко мне. – Сказала, что я виноват?
- Я сказала, что у нас технические накладки, – я посмотрела на его красное, злё лицо. – Я снова тебя прикрыла, Андрей.
- Вот и помалкивай, – он фыркнул и уселся за стол. – Ищи новых клиентов. Долг по запчастям надо гасить, ты же сама говорила.
Вечером дома на кухне история продолжилась. Мы жили в трёхкомнатной квартире, которая принадлежала свекрови, но прописаны там были мы с Андреем. Людмила Сергеевна зашла без стука, открыв дверь своим ключом. В руках у неё был пакет из Магнита Косметик.
- Катя, я тут подумала, – она прошла к столу, даже не снимая туфель. – Скоро у Андрюши юбилей. Тридцать пять лет. Надо устроить настоящий праздник. Я уже присмотрела ресторан, банкетный зал в центре. Пригласим всех родственников, моих подруг, партнёров по бизнесу.
- На какие деньги, Людмила Сергеевна? – я помешивала остывающий чай. – Мы только что оплатили аванс за его новую машину. Счёт пустой. Нам едва хватает на бензин и зарплату водителям.
- Ой, опять твои нищенские разговоры! – свекровь поморщилась и вытащила из пакета коробку с краской для волос. – Андрей – директор! Он должен держать марку! Родственники должны видеть, что он твёрдо стоит на ногах. Оформим кредит на фирму, потом отдадите с чистой прибыли.
- Кредит под тридцать процентов годовых? – я подняла глаза. – Вы с ума сошли? Нас этот кредит задушит. Фирма закроется через полгода.
- Не закроется, если ты будешь лучше работать, – отрезала она. – Андрюша заслужил этот праздник. Он восемь лет гробит своё здоровье на этой работе. И вообще, я уже внесла залог. Двадцать тысяч рублей. Сняла с твоей сберовской карты, ты же сама пароль на бумажке на холодильнике оставила.
- Вы сделали что? – у меня перехватило дыхание. – Вы взяли мои личные деньги без спроса?
- Ну а что такого? – она искренне удивилась, поджав губы. – Это же для семьи. Для твоего же мужа. Я же не себе на туфли взяла. Вернёте потом с получки. Что ты устраиваешь трагедию из-за пустяка? Андрюша, скажи ей!
Андрей вышел из комнаты в трусах и майке, почёсывая живот.
- Кать, ну хорош орать. Мама права, юбилей раз в жизни бывает. Чё ты как чужая? Деньги – дело наживное. Завтра Самара переведёт, оттуда заберёшь свои двадцать тысяч. Всё, тема закрыта, я спать хочу.
Они ушли в большую комнату смотреть телевизор. А я осталась сидеть на кухне. На столе лежала та самая синяя ручка из офиса. Я крутила её в пальцах. Каждые полгода одно и то же. Каждый месяц. Каждую неделю. Мои деньги, моё время, мои силы уходили в бездонную бочку чужого тщеславия. И самое страшное – я сама позволяла им это делать, потому что боялась скандала. Боялась остаться виноватой.
Я сидела в банке на следующее утро, получая выписку за квартал. Операционистка протянула мне распечатку. Цифры на бумаге не сходились с моими расчётами. Разница была огромной – восемьсот тысяч рублей.
- Девушка, проверьте ещё раз, – я постучала ногтем по бумаге. – Вот здесь, перевод от четырнадцатого числа. Кому ушли эти деньги?
- Секунду, – девушка застучала по клавишам. – Перевод физическому лицу. Морозовой Людмиле Сергеевне. Назначение платежа – возврат займа по договору.
- Какого займа? – у меня похолодели пальцы. – Наша фирма никогда не брала займов у Людмилы Сергеевны.
- Ну, тут стоит электронная подпись генерального директора, Морозова Андрея Александровича, – девушка посмотрела на меня с жалостью. – Договор прикреплён. От тринадцатого числа.
Я взяла выписку. Бумага казалась тяжёлой, как свинец. Восемьсот тысяч рублей. Это были все деньги, которые Самара перевела нам за три месяца работы. Деньги, которые предназначались для оплаты налогов и аренды базы. Андрей просто перевёл их матери. Тайком от меня.
Я вышла из банка. Солнце резало глаза, но внутри была странная, мертвенная пустота. Телефон зажужжал в кармане. Звонил Семён.
- Катерина, добрый день, – голос клиента был непривычно сухим. – Вы спецификацию прислали, спасибо. Но тут такое дело... Мне Андрей звонил полчаса назад.
- И что он сказал? – я прижалась спиной к холодной стене здания банка.
- Он сказал, что мы поднимаем тариф на логистику на двадцать процентов. Сказал, что это твоё решение, якобы ты посчитала расходы и без этого мы работать не будем. Это правда?
- Нет, Семён, – я закрыла глаза. – Это не моё решение.
- Короче, Кать, мы так не договаривались, – Семён вздохнул. – Мы восемь лет работаем на доверии. Если Андрей начинает крутить схемы за нашей спиной, мы уходим. У меня есть предложение от других перевозчиков, даже чуть дешевле. Я держался за вас только из-за тебя. Но это уже перебор.
- Я поняла тебя, Семён, – мой голос не дрожал. – Дай мне время до вечера. Я разберусь.
- Хорошо, до вечера, – он положил трубку.
Я набрала Андрея. Он ответил не сразу, на заднем плане слышался смех свекрови.
... Да, Кать, чё хотела? Я тут маме помогаю ковёр выбирать.
- Андрей, ты перевёл маме восемьсот тысяч со счёта фирмы?
Пауза в трубке затянулась. Потом он недовольно буркнул:
- Ну перевёл. И чё? Маме нужно было срочно долг отдать, она дачу перестраивает. Это мои деньги, я директор.
- А налоги чем мы будем платить? – я почти прошептала. – А водителям зарплату? А Семёну ты зачем соврал про тарифы? Он уходит от нас, Андрей.
... Да пусть катится! – рявкнул муж. – Найдём других! Подумаешь, пуп земли. Кать, не выноси мне мозг, мы на празднике всё обсудим. Сегодня же юбилей, забыла? Ждём тебя в ресторане к семи. Надень то приличное платье, не позорь меня перед родственниками.
Он отключился. Я смотрела на экран телефона.
Банкетный зал сиял золотом и зеркалами. За длинным столом сидели человек тридцать – родственники, тёти, дяди, подруги Людмилы Сергеевны. В центре восседал Андрей, уже слегка захмелевший, в новом дорогом костюме, купленном на те самые деньги.
Я вошла в зал в своей обычной рабочей блузке и джинсах. Спрятала в карман ту самую пластиковую папку со сломанной кнопкой, в которой лежали оригиналы учредительных документов и выписка из банка.
- О, явилась наконец-то! – Людмила Сергеевна, одетая в пышное синее платье, громко всплеснула руками на весь зал. – Мы уже горячее съели. Катя, ну нельзя же так опаздывать на юбилей собственного мужа! Все люди как люди, а ты вечно с работы выползаешь как тень.
- Добрый вечер, – я прошла к столу, не садясь. Все родственники уставились на меня. Подруги свекрови зашептались.
- Кать, ну ты чё так вырядилась? – Андрей недовольно поморщился, пригубив коньяк. – Я же просил – надень нормальную одежду. Перед дядей Колей неудобно, он из области приехал.
- Андрей, нам нужно поговорить, – я вытащила папку и положила её прямо перед его тарелкой с заливным. – Прямо сейчас.
- Катя, прекрати ломать комедию! – свекровь подскочила со своего места, её лицо пошло красными пятнами. – У сына праздник! Ты решила всё испортить своими вечными претензиями? Сядь и молчи!
- Нет, – я посмотрела на неё. Спокойно. Без крика. – Я больше не буду молчать. Андрей, вот выписка. Ты забрал со счёта компании деньги, которые предназначались для уплаты налогов. Фирме конец. Семён расторгнул контракт час назад.
В зале наступила тишина. Дядя Коля замер с вилкой у рта. Родственники переглядывались.
- Ты чё несёшь? – Андрей побледнел, но тут же перешёл на крик. – Какая выписка? Какие налоги? Ты при всех решила меня опозорить?
- Ты сам себя опозорил, когда подписал фальшивый договор займа с собственной матерью, – я открыла папку. Кнопка с рваным краем царапнула мне палец. – Здесь все оригиналы документов. Я выхожу из бизнеса. Прямо сейчас. И из этого брака тоже.
Людмила Сергеевна зашлась в крике.
- Ой, люди добрые, посмотрите на неё! – свекровь картинно схватилась за сердце, зашатавшись. – Я для них всё! Жизнь положила! Свои сбережения отдавала! А она... она Андрюшеньку с грязью смешала перед всей роднёй! Скорую мне, скорую!
Когда никто не двинулся, она мгновенно выпрямилась и шагнула ко мне, брызжа слюной.
- Да ты кто такая вообще? – свекровь закричала на весь ресторан, тыча в меня пальцем. – Девка нищая из пригорода! Моему сыну нужна нормальная жена! Настоящая, верная, которая будет его ценить и уважать! А не эта сухая змея, которая каждую копейку считает и мужу палки в колёса вставляет! Убирайся вон! Мы без тебя проживём, мой сын – гений, он сам этот бизнес поднял, а ты просто присосалась к его успеху!
Пока свекровь кричала: «Моему сыну нужна нормальная жена!», её сын терял всё, что строил восемь лет. Телефон Андрея, лежавший на столе рядом с тарелкой, бешено зажужжал. Экран светился именем Семёна. Потом пошёл второй звонок – со второй базы. Потом смс от главного логиста: «Водители отказываются выходить на рейс без аванса, заправка заблокировала топливные карты».
Андрей хватал телефон руками, его лицо менялось с белого на багровое.
- Кать... подожди... – он попытался встать, но запутался в скатерти. – Тут это... Семён звонит... И Петрович пишет, что счета арестованы... Кать, сделай что-нибудь, ты же знаешь, как разблокировать...
- Нет, Андрей, – я сделала шаг назад. – Ты же директор. Ты принимаешь стратегические решения. Вот и принимай. Самаре привет передай.
- Катька, вернись! – свекровь снова включила жертву, зарыдав в голос и падая на грудь своей подруге. – Посмотрите, какая тварь! Праздник испортила! Сына до инфаркта доводит! Заберите у неё ключи от офиса!
Я вытащила из кармана связку ключей и бросила их прямо в тарелку с заливным перед Андреем. Брызги полетели на его новый костюм.
... Удачи, – сказала я.
Повернулась и пошла к выходу. За спиной бушевал шквал голосов, свекровь рыдала, Андрей что-то испуганно кричал в трубку Семёну, но я слышала только стук своих каблуков по кафельному полу. Внутри было пусто. Абсолютно пусто и легко.
На следующее утро я собирала вещи в квартире свекрови. Телефон был заблокирован – я просто вытащила старую сим-карту и выбросила её в мусорное ведро. Никто из родственников Андрея мне больше не позвонил. Да и мои бывшие коллеги тоже молчали. Я осталась одна в пустой комнате, посреди коробок.
Я взяла со стола ту самую синюю рабочую папку. Рваная дыра на месте кнопки уродливо торчала. Скрытая деталь из первой части исчезла — кнопки больше не было, как и причин пытаться её закрыть. Я повертела папку в руках, а потом просто швырнула в большой пакет для мусора, к старым чекам. Ей там самое место.
Я застегнула молнию на чемодане. Новая съёмная однушка ждала меня на другом конце города. Начинался новый день. Обычное рабочее утро.
Как вы думаете, можно ли спасти человека, который искренне считает, что его успех — это исключительно его собственная заслуга, забывая про тех, кто молча держал над ним купол все эти годы?
