О культурной, фестивальной и клубной жизни двухтысячных читайте в мемуарах новосибирца Андрея Привродского. Публикуем выдержки из его книги «Нафталин».
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ. «БУФЕТ»
Конечно, Новосибирск – это город мечты. Я иногда мечтаю, что в нашем городе будет также много разных рестораций, как в Питере, Екатеринбурге и Красноярске, такая же набережная, как в Благовещенске и Тюмени, тёплое море, как в Махачкале и Сочи. Но этого никогда не будет, потому что мечта должна оставаться мечтой. Новосибирск – просто мой родной город, где есть Обское море, Михайловская набережная и «Буфет». «Буфет» был. Его уже давно нет. Есть, конечно, пышечная на Станиславского, где тоже наливают, но в «Буфет» гости нашего города ходили целенаправленно и обстоятельно.
В центре короткой улицы Ленина находилось это богоугодное заведение, которое не блистало красотой интерьера и меню, обслуживалось как обслуживалось, но было невероятно посещаемым культурным местом, несмотря на крошечность пространства. Только здесь случались комфортные людские сочетания под п...во, в...дку, беляши. Архитекторы, чиновники, коммерсанты и артисты, бомжи, модели и учителя, журналисты – все уживались и разговаривали на одном наречии. Пили в долг, не признавая долга, платя сверху много больше. Обыкновенная жизнь – и это влекло. Играли в карты, нарды, шахматы, гусарили и дрались – это возбуждало.
Приходили со своим – нельзя, но можно; уходили не со своими – нельзя, но можно. Благостное место. Закрылся. Уже не опустит на «белом покрывале января» монету в музыкальный автомат Саша Баянов, не припаркует свою расписную копейку Юра Ушаков, не споёт под гитару кринжатину Дима Спецназ. Да много их. Ушла эпоха. Пацаны ушли, разбежались. Остались истории, да и те – нафталин!
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ. МАРК И ЛЕВ
Марк Готлиб – это отец моего друга Темы Готлиба. Редко так бывает, что с отцом ты на равных, как и с сыном. Это как раз тот случай. Марик до сих пор в Новосибирске. В семьдесят с хвостиком катается на горных лыжах по Шерегешу и Австриям, божественно играет в пинг-понг, пишет сценарии, статьи и, наверное, стихи. В девяностые был одним из авторов «Новой Сибири».
Вообще семейство Готлибов – уникальное. Тёма, занимая ровную должность заместителя директора Краеведческого музея, рванул после сорока за женой в Москву, быстро адаптировался, стал директором актуального на то время музея, был в гуще этой непростой прикентовки, в темпе занимался фондами, что-то строил и также быстро свинтил на ближний Восток. Его сын Слава Марлоу – селебрити из селебрити (наверное), моднейший битмэйкер (может быть) и сольный исполнитель. Сестра Надя – чемпион по спортивному брэйку и звезда современных сериалов. Достойные наследники.
В Москве, у Сюзанны Христофоровны в легендарном кафе «Парос», Тёма в белой рубашке играл на пианино. Мы были втроём с Мишей Фаустовым. Конечно, сначала в…дка и невкусное армянское п…во «Киликия», разговоры с Сюзанной и друг с другом – ну, обычка. Но вдруг Артём сел за пианино. И всё! Бывают такие моменты в жизни, когда вроде бы ничего особенного, без откровений и ондуляций, а вот поди ж ты, запоминаются на всю жизнь. Спасибо, Марик, за сына!
Эту главу я пишу ровно в четвёртую годовщину ухода Льва Кавалерчика. Лева был немногословным и мудрым. В регулярные времена безденежья мы умудрялись брать «ноль пять» и ещё чекушку в ущерб закуске, поскольку она градус крадёт, да и просто потому, что на неё уже не хватало. Известный в девяностые своими почтовыми рассылками, информационными релизами и прочей ахинеей, он в какой-то момент появился у Козыря в «Уре». Точно так же, как ранее, в момент неурядиц, Козырь появился у Левы в каком-то проектном институте на Димитрова и стал снимать у него стол.
В «Уре» Лева раздражал нелюдимостью и каким-то родовым снобизмом, на многих смотрел как на г…вно, впрочем, многие им и являлись. Курили мы с ним чаще вдвоём, и так получилось, обзавелись взаимной привязанностью. Ну, мне так казалось. Он не кинул меня в момент моего неуспеха с «Планом Б» – непонятным заведением, где мне хотелось создать подобие руин-бара. Терпеливо сносил моё нытьё, когда ряд товарищей перестали со мной общаться, был всегда рядом и возил по выходным на дачу. Яростный поклонник Алтая и всего этнического, занимался «Живой водой», «Вотэтно» у Юры Романова, был консультантом у индийца Гаурава в кафе «Нирвана». Оттуда его и проводили в последний путь. Прах Левы через год мы развеяли над Катунью у Аскатовского моста, но, кажется, по причине ветра реке досталось значительно меньше, чем нам. Такая жизнь.
А ещё «Марк и Лев» – это ресторан в Тобольске. Единственный на 2019 год ресторан высокой кухни с противоречивыми блюдами и ипотечными счетами. Не знаю, к чему это я.
Больше материалов – на нашем канале «Галерея «НЕ Я ЭТО ПРЕДЛОЖИЛ»: интервью с известными сибирскими художниками, выставки, лекции и другое.
Галерея «НЕЯЭТОПРЕДЛОЖИЛ» (НЭП) в ВК. Заходите на вечеринки и просто так. Подписывайтесь, чтобы не пропустить анонсы самых интересных событий! Наш адрес: Новосибирск, Коммунистическая улица, 45. Вс-Чт - с 17.00 до 00.00, Пт-Сб - с 17.00 до 02.00.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: