Предыдущая глава - Глава 12
Глава 13. Ожидание
К вечеру четвёртого дня «Амфитрита» легла в дрейф точно над точкой, которую Георгий пятнадцать лет назад отметил на карте вместе с Александросом.
Солнце садилось, окрашивая море в густой шафранный цвет. Вода была на удивление спокойной - ни барашка, ни зыби, только лёгкая мёртвая рябь, от которой закатный свет дробился в миллионы осколков. Яхта стояла без хода, и тишина вокруг неё стояла такая, какая бывает только перед грозой или перед бедой.
Георгий вышел из рубки, опёрся о леерное ограждение и долго смотрел на воду. Он знал, что под килем - сорок два метра чёрной толщи, а дальше - ил, камни, руины. Где-то там, в лабиринте затонувших улиц, лежал храм Посейдона, который Александрос искал всю жизнь и нашёл только в свой последний час. Теперь над этим местом стояли они - восемь пассажиров с восемью тайнами и один капитан, который понял, что теряет контроль над ситуацией.
Он потянулся к карману, нащупал пачку сигарет, но не достал. Вместо этого вынул армейский жетон, взвесил на ладони, ощутил холод металла.
- Саша, - сказал он тихо, - если ты меня слышишь… подскажи, что делать.
В кают-компании, вопреки обстоятельствам, накрывали ужин. Димитрис расставлял тарелки с несвойственной ему торопливостью, звенел приборами, дважды уронил салфетку. После утреннего обыска и обнаружения спутникового телефона он ходил, как в воду опущенный, избегал смотреть в глаза, но работу исполнял. Георгий решил пока не трогать его - пусть делает свою работу. К тому же кок был единственной ниточкой к тем, кто ждал сигнала с берега, и обрывать её раньше времени не стоило.
Первой к столу вышла Тамара. Она провела последние часы в каюте Сержа, периодически проверяя его состояние. Сейчас она выглядела уставшей, но удовлетворённой - так выглядят врачи, которые сделали что могли, и теперь ждут.
- Как пациент? - спросил Громов, садясь напротив.
- Лучше, чем можно было ожидать. Сотрясение средней степени, гематома рассасывается. Утром сможет встать. Но нырять ему нельзя минимум неделю.
- Значит, Жанна пойдёт одна.
- Жанна, - повторила Тамара задумчиво. - Вы знаете, капитан, я весь день думала о том, что сказал Алексей. Про надрез на шланге. Если бы она пошла в воду…
- Она бы не вернулась. - Георгий взял с тарелки кусок хлеба, повертел, положил обратно. - Кто-то хотел убрать обоих. Сначала Сержа, потом Жанну.
- Или только Жанну, а Серж - для отвода глаз.
- Возможно.
Тамара сняла очки, протёрла стёкла кончиком салфетки.
- Вы знаете, я ведь не сыщик. Моё дело - фауна, пробы, микроскопы. Но я вижу людей. И я вижу, что на этой яхте каждый что-то прячет. Даже вы, капитан.
Георгий не ответил. Он смотрел на Тамару долгим взглядом, в котором не было ни угрозы, ни вызова - только старая, как море, усталость.
- Вы правы, - сказал он наконец. - Каждый. Но есть разница между теми, кто прячет, чтобы защитить, и теми, кто прячет, чтобы напасть. Я надеюсь, доктор, что вы из первых.
Тамара чуть заметно улыбнулась:
- Я из первых. Но это не значит, что я сама в безопасности.
На палубу вышли остальные. Валерия - всё ещё бледная, но с хищным блеском в глазах. После утреннего разоблачения она словно обрела второе дыхание. Лариса - в тёмном платье, с шалью на плечах, молчаливая и настороженная. Жанна - в своём обычном спортивном, но без полотенца. Вечерний заплыв она отменила, сославшись на усталость. Полина и Алексей появились вместе. За последние сутки они почти не расставались. Марианна вошла последней, с неизменным планшетом, и заняла место с краю, откуда был виден весь стол.
Не хватало только Сержа.
- Ужин без нашего ресторатора, - заметила Лариса, и в её голосе прозвучало что-то, похожее на иронию или сожаление. - Как он?
- Он огорчён, - ответила Тамара. - Но жив. А могло быть хуже.
- Могло быть гораздо хуже, - подтвердил Алексей. - Тот, кто бил, не промахнулся, - он передумал. Или его спугнули.
- Кто мог спугнуть? - спросила Марианна, поднимая глаза.
Алексей помедлил.
- Серж сказал, что он шёл к камбузу. Значит, кто-то был в коридоре или на камбузе. Кок - первый кандидат.
Все посмотрели на Димитриса, который как раз вносил блюдо с рыбой. Он замер на полпути, побледнел.
- Я ничего не видел, - сказал он дрожащим голосом. - Я спал. Всю ночь спал.
- Вы говорили мне, что выходили проверить двигатель, - сказал Георгий спокойно. - В четыре утра.
- Я… да. Проверял. Но это позже. Когда напали, я спал.
- Вы слышали крик?
- Нет. Ничего не слышал. - Димитрис судорожно сглотнул.
Георгий не стал допрашивать дальше. Он кивнул, разрешая коку подавать, и тот с облегчением ретировался на камбуз.
- Врёт, - тихо сказала Марианна.
- Конечно, врёт, - согласился Алексей. - Но так, как врут от страха, а не от вины. Его запугали. Или ему заплатили. Или и то и другое.
Валерия, до того молчавшая, вдруг поставила бокал на стол с таким стуком, что все обернулись.
- Я хочу знать, - сказала она чеканно, - кто взял флешку. Это не мелочь. Это жизнь моего информатора. Возможно, в буквальном смысле. Если он жив - а я надеюсь, что жив, - эти материалы могут спасти его. Если мёртв - они могут отомстить за него. Я не уйду отсюда, пока не узнаю.
- Узнаете, - пообещал Громов. - Завтра. Завтра мы спускаемся к Гелике. А там - либо город всё скажет сам, либо мы спросим у тех, кто придёт за нами.
- За нами? - переспросила Лариса. - Вы думаете…
- Я думаю, что кок передаёт координаты. Думаю, что за нами следят. И думаю, что завтра, когда первый водолаз войдёт в святилище, у нас будут гости.
- Но почему вы не запрете его в каюте?
- Теперь уже не смысла. Пусть занимается своей работой. По крайней мере у нас будет готовое питание. Телефон я у него забрал. Все, что можно, он передал раньше. - Капитан встал из-за стола. - Поэтому сегодня - никаких ночных прогулок. Двери запираются. На палубе посменное дежурство. Я бужу вас в семь. В девять будет первое погружение.
Никто не возразил.
Ночь накрыла «Амфитриту» быстро, без сумерек - так всегда бывает на юге. Луна не взошла, звёзды высыпали особенно ярко. Яхта покачивалась на невидимой волне, и в этой качке было что-то убаюкивающее, успокаивающее.
В каюте Сержа горел ночник. Он лежал на спине, глядя в потолок, и сквозь пелену боли пытался собрать рассыпающиеся мысли. Утром его ударили. Кто - он не помнил лица. Помнил только тень, движение, глухой звук - и темноту. Потом - голос Тамары, запах медикаментов, холод перекиси на лбу. И вопрос, который он задавал себе последние восемь часов: кому он мешает настолько, чтобы его убрать?
В дверь тихо постучали.
- Открыто.
Вошла Жанна. Она была в тёмном костюме, волосы собраны. Села на край койки, посмотрела на него долгим взглядом.
- Живой.
- Пока да. - Он попытался улыбнуться, но вышла гримаса. - Что там наверху?
- Капитан готовит погружение. Завтра пойду я.
- Одна?
- Со страхующим. Вероятно с Алексеем. Тамара как научная поддержка. - Она помедлила. - Серж, кто тебя ударил?
- Не помню. Лица не видел.
- А что помнишь?
- Коридор. Я шёл. Сзади - шаги. Я обернулся, но не успел. - Он закрыл глаза. - Жанна, флешка у тебя?
- Нет. Я искала. Её нет ни у кого из тех, кого мы знаем.
- Значит, есть кто-то ещё. Кто-то, кого мы не учли. - Серж с трудом приподнялся на локте. - Слушай. Если завтра что-то пойдёт не так… Если я не смогу…
- Сможешь.
- Если не смогу, не лезь на рожон. Святилище - это ловушка. Я начинаю думать, что всё это - проклятие.
- Ты всегда смеялся над такими вещами.
- Теперь не смеюсь. - Он взял её за руку - жест, неожиданный для них обоих. - Если сможешь, возьми с собой Полину. Она - единственный ключ. Без неё не выйдешь. И ещё… артефакты, которые мы искали: «Зеркало». «Ключ». Если что, пусть остаются на дне. Так будет лучше.
- С каких это пор ты стал альтруистом?
- С тех пор как получил по голове. - Он выпустил её руку, откинулся на подушку. - Иди. Тебе нужно отдохнуть.
Жанна встала, постояла у двери.
- Серж… если это был кто-то из наших…
- Из наших - некому. Значит, это кто-то снаружи. Береги себя.
Она вышла. Серж остался один, и тишина показалась ему тяжёлой, как вода на глубине.
В рубке шёл тихий разговор. Капитан сидел за картплоттером, Марианна и Алексей стояли рядом. На столе лежал фрагмент свинцовой карты, спутниковый телефон кока и планшет Марианны со схемой яхты.
- Связь была в три ночи, - говорила Марианна. - Продолжительность - две минуты. Частота зашифрована, но я узнала - это морской диапазон, используемый частными охранными компаниями.
- Пираты, - сказал Громов. - Или наёмники.
- Скорее второе. Пираты не используют такой шифр. Это профессиональная группа, возможно, бывшие военные. Ждали сигнала от кока: координаты точки, количество людей на борту, наличие оружия.
- Что он передал?
- Я не смогла перехватить. Но могу предположить, что сегодня ночью он выйдет на связь снова. Наверняка, есть запасной канал связи на случай потери или неисправности этого телефона. И передаст, что мы на точке. Тогда завтра утром или днём они будут здесь.
- Мы можем его запереть в каюте?
- Уже запер. Но они все равно найдут нас. Курс они знают, точку поиска тоже.
- Мы можем уйти? - спросил Алексей.
- Можем, - ответил Георгий. - Но тогда мы не узнаем, кто на нас напал. И флешка останется на дне или у того, кто её спрятал. И святилище разграбят без нас рано или поздно.
- Значит, принимаем бой? - Марианна посмотрела на Георгия. - У нас на борту гражданские.
- У нас на борту гражданские, которые сами выбрали этот рейс. Они знали, на что шли. - Георгий взял фрагмент карты. - Завтра Жанна спускается первой. С ней - Тамара и Алексей. Я остаюсь на борту. Если появятся гости, я подниму тревогу. У нас есть ракетница, фальшфейеры, кортик. Этого мало, но хватит, чтобы продержаться до подхода береговой охраны.
- Когда они подойдут?
- Если вызвать сейчас - к полудню. Я отправил сообщение через спутник час назад. Ответа пока нет, но канал открыт.
Алексей скрестил руки на груди.
- Капитан, вы понимаете, что среди нас - тот, кто ударил Сержа? Тот, кто подрезал шланг Жанны? Тот, кто подбросил пустой футляр от флешки в ваш сейф? Мы не знаем, кто это. Мы не знаем, что он сделает завтра.
- Понимаю, - Громов встал. - Поэтому завтра каждый будет на виду. Под водой - трое. Я вместе с остальными на палубе. Серж в каюте. Кок изолирован, доступ в рубку я перекрою. Завтра, господа, мы узнаем всё.
В каюте Ларисы не было света. Она сидела в темноте, на койке, поджав колени к подбородку. В руках - маленький бронзовый ключ, тёплый от долгого касания. Она думала о том, что завтра, возможно, настанет момент, когда ей придётся предъявить его. Кому? Полине? Капитану? Или тем, кто придёт с моря?
Она не знала, бояться ей или надеяться. Она понимала только одно: завтра всё начнется. Так или иначе.
Полина тоже не спала.
Она стояла на носу, глядя в чёрную воду, и ей казалось, что вода смотрит на неё в ответ. Кулон на запястье нагрелся, хотя солнце давно село. Она чувствовала город под килем яхты, как живое существо. Гелика ждала. Ждала её.
- Вы не спите, - раздался сзади голос Алексея.
- Не могу. Оно зовёт.
- Что зовёт?
- Не знаю. - Она повернулась к нему. - Но я должна идти. Завтра. Вы поможете мне?
- Помогу.
- Даже если это опасно?
- Я здесь именно для этого.
В темноте он не видел её лица, но чувствовал: она улыбнулась.
- Тогда до завтра, Алексей.
- До завтра.
Дизель молчал. Волны плескали о борт. «Амфитрита» спала, и только бронзовые буквы тускло мерцали в свете звёзд.
Где-то внизу, на глубине сорока метрах чёрной воды и двух с половиной тысячах лет молчания, Гелика открыла глаза.
Завтра предстоит с ней встретиться.