- Как ты посмел истратить мои деньги?
Виктор в выражениях стесняться не стал и спросил мать, не перепутала ли она чего.
- Я их заработал, значит – это мои собственные деньги, которыми могу распоряжаться по своему усмотрению.
- Пока ты живешь в моем доме… - завела было старую шарманку мать.
Сколько ни жила Елена на свете, столько убеждалась: есть люди, для которых слова «финансовая грамотность» - что-то настолько далекое от восприятия, что любая попытка привить хотя бы зачатки оной обречена на провал.
Одним из таких людей была ее собственная мать, Марина Дмитриевна.
Действия ее в прошлом привели к решаемым, но все же проблемам для семьи, а также довели ее до развода, а в настоящем…
Ну, в настоящем Елена просто старалась лишний раз с матерью на эту тему не заговаривать, жить отдельно и раз за разом напоминать себе, что чужая жизнь – не ее зона ответственности, даже если речь идет о родственнике настолько близком.
Интересно, как много ее ровесников могут сказать, что мясо на столе в их детстве было роскошью, а не чем-то обыденным и даже обязательным в рационе?
Подобными воспоминаниями с ней делилась знакомая, ну так та была старше двадцатилетней Лены аж почти на два десятилетия и, соответственно, в детском, но вполне осознанном возрасте застала те самые «девяностые» во всей красе.
Но вот в «нулевых», а тем более – в десятых, которые Лена отчетливо помнила в силу наступления того самого, «сознательного» возраста, ситуация была совершенно иной.
Уровень общего благосостояния вырос, в достатке имелись рабочие места, зарплату уже не задерживали массово месяцами. И не иметь нормальной еды могли только выходцы из совсем уж неблагополучных семей.
Ну да там все понятно – в таких «ячейках общества» родители озабочены только тем, чтобы достать вып.ивку и закуску, а вот детям в лучшем случае остатки этой самой закуски перепадут.
Была ли Лена выходцем из такой семьи, раз у нее из детства остались именно такие воспоминания? А вот и нет.
Наоборот – отец девочки работал вахтой на Севере и имел специальность востребованную и хорошо оплачиваемую.
Да, практически не бывал дома, но у всего есть обратная сторона. Зато мужчина высылал семье достаточно денег, чтобы те ни в чем не нуждались.
Ну, это он так думал…
Нет, мать двоих на тот момент детей (у Лены был еще старший брат Виктор) не спускала все деньги семьи в автоматах, не содержала за счет мужа лю.бов.ников и не имела каких-либо зависимостей.
Она просто была из тех самых людей, над которыми сейчас массово принято смеяться.
Да-да, из тех самых, которые покупают последний «айфон», но при этом – живут в «уби.тых» квартирах и питаются самым дешевым «дошираком».
Все, что Марину заботило – внешний вид и впечатление людей о ней самой, ее сыне и дочери.
Все деньги, что присылал муж, вкладывались в брендовую одежду, технику, дорогущий ремонт в квартире с конским ценником как за материалы, так и за все работы.
И вот Лена сидела на большой перемене в школе, ловя завистливые взгляды одноклассников на новый, только что вышедший и самый-самый дорогой смартфон, который не все родители-то могли себе позволить, а сама при этом чувствовала урчание в животе от запаха куриного супа из столовой.
Предпринимали ли дети попытки достучаться до матери и объяснить, что им нужно совершенно другое?
О, да, неоднократно. Вот только женщина искренне считала, что все, что (именно что – детей как личности она не воспринимала в принципе) она произвела на свет, автоматически является ее собственностью и не должно иметь ни собственного голоса, ни собственного мнения.
То самое «сейчас я тебе расскажу, что ты должен/должна думать». Так что разговаривать с мамой было бесполезно.
Став взрослой, Лена поняла, что на самом деле выходов была масса. Например – пожаловаться на все происходящее отцу.
Вот только на тот момент ни в ее, ни в Виктора голову ничего подобного не приходило.
Потому что отец все их детство был где-то там, в далеком северном городке, и как-то привыкли они, что никаких вопросов он не решает и в жизни семьи участвует только тем, что пересылает большие деньги.
А то, что деньги эти оказываются в руках матери, которая распоряжается не так, как хотелось этого самим Вите и Лены, так тут была какая-то логика в аргументах матери:
- Это как же я «не так» распоряжаюсь? Ходите в бренды «упакованные», со смартфонами, которые всего у десяти человек в городке имеются, живете в квартире с дорогущей мебелью – и мать вам плохая после этого?!
Вот так они и жили: разодетые, с современной техникой, но на макаронах и гречке «с таком». А еще – на картошке и сезонных овощах.
Удивительно, как при таком питании у детей не развился дефицит всего, что только можно, но лично Лена свое везение списывала на хорошую генетику.
Все шло своим чередом ровно до тех пор, пока на счета отца не был неожиданно наложен арест.
Оказалось, что «ерундой», на которую можно «забить», мать считала и оплату коммунальных услуг.
Нет, за свет рассчитывалась исправно, поскольку его могли отключить после двух месяцев неуплаты (в реальности, как потом узнала Лена – через полгода, что и произошло однажды в прошлом).
А вот водоснабжение, отопление, просто квартплата, капитальный ремонт и вывоз мусора не были оплачены ни разу за лет примерно так семь.
Естественно, что коммунальщиков это достало и они подали в суд.
Тут можно было бы связаться с ними и попросить отсрочку, а потом все-таки рассчитывать с долгами после очередного перевода от мужа, но Марина искренне считала, что это все пустые угрозы, никто ничего им не сделает, а значит – все письма и уведомления можно спокойно игнорировать.
Вот тогда отец разозлился по-настоящему. Нашел время прилететь, устроил жене капитальный «разбор полетов» за то, что она, находясь «на хозяйстве», не платила годами эту чертову коммуналку, а он в самый неподходящий момент оказался без всех тех немногих денег, что отложил себе на жизнь после отправки перевода супруге.
Повезло, что нашел у кого попросить в долг до получки.
Марина вместо того, чтобы осознать свою вину, попросить у мужа прощения и жить спокойно дальше, обиделась, расстроилась и подала на развод.
«Мудрое» решение для человека, который нигде не работает, живет в добрачной квартире мужа и при этом имеет на руках двоих несовершеннолетних детей.
Это Лена потом уже поняла, каким порядочным человеком был ее отец, что при разводе купил жене в единоличное владение «однушку», а по поводу своей добрачной «трешки» сказал, что семья может продолжать жить там до тех пор, пока дочери не исполнится восемнадцать.
- Потом разберемся, может, на этих двоих в совместную собственность ее переоформлю, а может – продам эту квартиру и куплю им тоже по «однушке», чтобы у каждого свое жилье было.
На том и порешили.
Конечно же, Андрей исправно платил алименты, вдобавок – Марина сдала свою «однушку» квартирантам, что приносило ей дополнительный доход.
Но все остальное в их жизни осталось по-прежнему. Лена до сих пор не знала, почему тогда не рассказала отцу, что мама их не кормит нормально, а также не лечит им зубы, не дает карманных денег, отказывается отправлять на какие-либо кружки…
Но тут, как говорится, спроса с ребенка (даже с двух) не особо-то и много: порой взрослые люди не знают, как правильно себя вести в тех или иных ситуациях, так что Лена считала, что и ей, и брату молчание о проблемах простительно.
Продолжалась их жизнь по накатанной ровно до тех пор, пока Виктор не сходил в армию и не вернулся оттуда человеком куда более жестким, чем был раньше.
Уж не знала Лена, привили ли там ему «мужской характер», или же молодой мужчина просто посмотрел, как живут другие люди и понял, как именно «надо», после чего решил свое «надо» в меру сил и возможностей реализовывать.
Нашел, куда поступить на заочку, ну и устроился на работу.
А с первой же зарплаты купил мяса орехов, фруктов и хороший чай, а не труху из пакетика.
Накрыл на стол, даже Лену успел накормить собственноручно приготовленным запеченным мясом с картошкой.
А потом пришла мать и устроила скан..дал из-за того, что сын посмел тратить «ее» деньги.
Виктор в выражениях стесняться не стал и спросил мать, не перепутала ли она чего. Он их заработал, значит – это его собственные деньги, которыми он может распоряжаться по своему усмотрению.
- Пока ты живешь в моем доме… - завела было старую шарманку мать.
- Это ты живешь в моем доме! – рявкнул на нее Виктор. – В моем и Ленином. Ладно, поправочка – это квартира нашего отца, вот только мы ему дети, а ты – не пришей кобыле хвост, оставленный просто ради того, чтобы Ленку не отправлять никуда из родного ей дома.
Мать от этой тирады схватилась за сердце и залилась слезами. Лена сидела за столом не жива, ни мертва (но вторую порцию мяса с картошкой под шумок оприходовала, понимая, что, возможно, нормально поесть в следующий раз доведется примерно никогда), а скан..дал набирал обороты.
Кончилось все тем, что Виктор позвонил отцу и тот только тогда узнал об уже бывшей жене много нового.
Естественно, что случился еще один скан.дал. А потом – жизнь стала хоть немного, но лучше. По крайней мере, для Лены.
Автор: Екатерина Погорелова