Каких только образных названий нет у психиатрических лечебниц: и «желтый дом», и «божедомка», и «дурка», и «психушка». Но в девятнадцатом веке по всей Европе их стали называть «домами скорби», и это название стало в полной мере отражать гнетущую обстановку, царящую в этих больницах. Прижилось оно и в СССР, поскольку психиатрия тогда была не только лечебной, но и карательной. Эти заведения обычно располагались на окраинах города, подальше от людских глаз.
Но Психиатрический диспансер No 2 одного из крупнейших южных городов никак не вписывался в общее представление. Находился он недалеко от центра, в оживленном районе. Здесь не было серых заборов и бросающихся в глаза тюремных решеток. Все атрибуты учреждения закрытого типа скрывались под зарослями плюща или сколоченными умелыми руками декоративными деревянными заборчиками. То ли потому, что больнице повезло с дворниками, то ли из-за близкого расположения ботанического сада, где в сезон можно было купить саженцы по бросовой цене, но и двор диспансера больше походил на прекрасный парк, в котором цветение длилось с марта по конец ноября.
Заведовала этим райским уголком Улыбина Марина Александровна, тридцатитрехлетняя одинокая женщина. Она не была старой девой, напротив, о ее бурной молодости можно было писать романы. Родители занимали высокие посты, а она, как и многие знакомые из ее окружения, в шестидесятые подалась в хиппи. Конечно, советские неформалы вели себя гораздо скромнее, чем их европейские единомышленники. Они полулегально собирались в просторных квартирах или на дачах своих родителей, не боясь, что их разгонит милиция.
Как мы знаем, секса в Советском Союзе не было, однако после таких домашних фестивалей с завидной регулярностью рождались дети, поскольку молодежь с удовольствием следовала главному лозунгу: «Занимайтесь любовью, а не войной!» Родился сын и у Улыбиной Мариночки. И это была ее последняя выходка, не санкционированная отцом, первым секретарем обкома партии. Рожала она далеко от родного города, и по документам родителями малыша стали дедушка и бабушка. В тот же год Марина успешно сдала экзамены в медицинский институт, причем честно выдержала высокий конкурс. А затем девушка то ли повзрослела, то ли сказались угрозы отца, но она стала примерной студенткой и образцовой старшей сестрой. Соседи по элитному дому удивлялись:
– Надо же, другие по женихам бегают, а Мариночка с младшим братиком возится, любит, наверное, очень.