Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

От карандаша до квантового чипа: что такое графен и почему 2D-материалы — наше технологическое будущее

Представьте, что вы берёте обычный грифель от карандаша — графит — и начинаете расщеплять его на всё более тонкие слои. В какой-то момент вы получите чешуйку толщиной ровно в один атом углерода. Это и есть графен — первый открытый двумерный кристалл. Но дело даже не в том, чтобы сделать рекордно тонкий лист. Дело в том, что когда вещество утончается до моноатомного слоя, его свойства меняются почти до неузнаваемости, и перед нами открываются возможности, недоступные трёхмерным материалам. Давайте разберёмся, зачем нам понадобились 2D-материалы и почему графен стал для них иконой. В обычном кристалле атомы жёстко связаны во всех трёх направлениях. Электроны «чувствуют» соседей сверху и снизу, их поведение подчиняется сложным трёхмерным законам. Если же мы берём материал, состоящий из одного или нескольких атомных слоёв, где связи внутри слоя очень сильные, а между слоями — слабые (так называемые ван-дер-ваальсовы), то электроны оказываются заперты в плоскости. Движение вверх-вниз для н
Оглавление

Представьте, что вы берёте обычный грифель от карандаша — графит — и начинаете расщеплять его на всё более тонкие слои. В какой-то момент вы получите чешуйку толщиной ровно в один атом углерода. Это и есть графен — первый открытый двумерный кристалл. Но дело даже не в том, чтобы сделать рекордно тонкий лист. Дело в том, что когда вещество утончается до моноатомного слоя, его свойства меняются почти до неузнаваемости, и перед нами открываются возможности, недоступные трёхмерным материалам. Давайте разберёмся, зачем нам понадобились 2D-материалы и почему графен стал для них иконой.

От трёхмерного хаоса — к двумерному порядку

В обычном кристалле атомы жёстко связаны во всех трёх направлениях. Электроны «чувствуют» соседей сверху и снизу, их поведение подчиняется сложным трёхмерным законам. Если же мы берём материал, состоящий из одного или нескольких атомных слоёв, где связи внутри слоя очень сильные, а между слоями — слабые (так называемые ван-дер-ваальсовы), то электроны оказываются заперты в плоскости. Движение вверх-вниз для них исчезает — остаются только два измерения. И тут начинается настоящая магия.

-2

Во-первых, такое квантовое ограничение кардинально меняет электронную структуру: появляются уникальные «дираковские» состояния, меняется ширина запрещённой зоны (того самого энергетического промежутка, который определяет, будет материал проводником, полупроводником или диэлектриком). Во-вторых, отсутствие болтающихся межатомных связей по вертикали делает поверхность идеально гладкой на атомном уровне — никаких оборванных связей, минимум дефектов. В-третьих, материал становится невероятно чувствительным к внешним воздействиям: электрическому полю, свету, адсорбированным молекулам — ведь каждый атом теперь находится на поверхности.

Именно эти качества заставляют инженеров и учёных смотреть на 2D-материалы как на фундамент электроники будущего. Кремний, из которого сделаны наши процессоры, подходит к физическому пределу миниатюризации: транзисторный канал становится настолько тонким, что электроны начинают «просачиваться» сквозь него, вызывая утечки и перегрев. Двумерный же слой может быть естественно тонким, сохраняя при этом высокую подвижность зарядов и предоставляя идеальный контроль над током. Фактически 2D-материал — это уже готовый транзисторный канал без лишней «толщины», которая только мешает.

-3

Графен — первопроходец

Микромеханическое отшелушивание слоёв графита; метод Новосёлова (метод скотча)
Микромеханическое отшелушивание слоёв графита; метод Новосёлова (метод скотча)

Графен — это одиночный слой атомов углерода, упакованных в правильные шестиугольники, похожие на пчелиные соты. Каждый атом связан с тремя соседями прочными ковалентными sp²-связями. Казалось бы, такая структура должна существовать лишь в теории, потому что тепловые колебания разрушат плоский кристалл. Однако в 2004 году Андрей Гейм и Константин Новосёлов из Манчестерского университета сделали почти анекдотичную, но гениальную вещь: они с помощью обычного скотча начали отслаивать тонкие слои от куска графита, пока не получили монослой. За это открытие они получили Нобелевскую премию, а мир обрёл первый настоящий 2D-материал.

Professor Sir Andre Geim and Professor Sir Konstantin Novoselov фото Manchester Evening News  Mark Richardson
Professor Sir Andre Geim and Professor Sir Konstantin Novoselov фото Manchester Evening News Mark Richardson

Чем же графен поразил физиков?

  • Электронный транспорт. Электроны в графене ведут себя так, будто у них нет массы — они подчиняются уравнению Дирака для безмассовых фермионов, двигаясь с постоянной скоростью (примерно 1/300 скорости света). Благодаря этому подвижность носителей заряда может достигать 200 000 см²·В⁻¹·с⁻¹ — в десятки раз выше, чем в кремнии. Для микроэлектроники это означает транзисторы, работающие на частотах в сотни гигагерц и с минимальными потерями.
  • Механическая прочность. Графен — самый прочный из известных материалов. Его модуль Юнга составляет около 1 ТПа, а предел прочности — 130 ГПа. Представьте: лист графена площадью с футбольное поле будет весить меньше одного грамма, но при этом его не порвёт даже вес взрослого слона, если приложить силу равномерно. Эта прочность в сочетании с гибкостью делает графен идеальным кандидатом для гибкой электроники, упрочняющих покрытий и композитных материалов.
  • Теплопроводность. Графен отводит тепло лучше алмаза — более 5000 Вт·м⁻¹·К⁻¹. Это решает одну из главных проблем современной микроэлектроники: отвод тепла от крошечных транзисторов. Графеновая «теплораспределяющая» подложка может стать спасением для будущих чипов.
  • Оптическая прозрачность и проводимость. Монослой графена поглощает всего 2,3% белого света, оставаясь при этом отличным проводником. Поэтому его рассматривают как замену дорогим и хрупким оксидам индия-олова (ITO) в сенсорных экранах, солнечных элементах и «умных» окнах. Прозрачный, гибкий и почти невесомый электрод — звучит как научная фантастика, но это реальность.

-6

Тёмная сторона и что с ней делать

Однако у графена есть ахиллесова пята: у него отсутствует запрещённая зона. В полупроводниках, таких как кремний, эта зона позволяет «запирать» транзистор, прекращая ток, и тем самым формировать логические нули и единицы. Графен же всегда проводит ток — его нельзя полностью выключить. Из-за этого построить на нём классический цифровой процессор напрямую не получается. Но инженеры не сдаются: запрещённую зону пытаются открыть, разрезая графен на узкие ленты (графеновые наноленты), легируя его или скручивая два слоя под магическим углом (twistronics). Кроме того, графен прекрасно чувствует себя в аналоговой электронике, радиочастотных транзисторах, сенсорах и фотодетекторах, где «незапираемость» не критична.

-7

От графена — к целой вселенной

Главное наследие графена не только в его личных рекордах. Он доказал: можно брать слоистые кристаллы, отщеплять от них моноатомные слои и получать материалы с уникальными свойствами. Так началась охота за новыми 2D-кристаллами. Выяснилось, что если у графена нет запрещённой зоны, то у его «коллег» — дихалькогенидов переходных металлов, чёрного фосфора, нитрида бора — она есть, причём варьируется от ультрафиолета до инфракрасного диапазона. А это уже прямой путь к гибкой оптоэлектронике, квантовым источникам света и энергоэффективным транзисторам. Так что графен стал ключом, распахнувшим дверь в целую двумерную экосистему. А о том, какие сокровища в ней таятся, — в следующей статье.

-8

#2Dматериалы #двумерныематериалы #графен #наноматериалы #материаловедение #наукапросто #физика

Подписывайтесь на наши каналы

МАХ |ВК | ДЗЕН