Строительство вестибюля станции метро «Проспект Мира» Калужско-Рижской линии в 1960-е годы подписало приговор главному зданию усадьбы фарфоро-фаянсового короля Матвея Сидоровича Кузнецова (1846–1911). Уцелели флигеля-особняки, обрамляющие основной объем.
Довольно крупный земельный участок близ храма митрополита Филиппа, простиравшийся от тогдашней 1-й Мещанской до 2-й Мещанской улицы, Кузнецов приобрел в 1874 году. В списке прежних хозяев имения числятся майор Сергей Алексеевич Козловский и ротмистр Елизар Анисимович Зарин.
Считается, что усадьба проектировалась под руководством французского архитектора Никола Леграна. Кроме главного здания здесь имелись многочисленные хозяйственные корпуса, конюшня, оранжерея, фруктовый сад с фонтаном.
Матвею Кузнецову, потомку крестьянина из Гжели, основателю крупнейшей в России фарфоровой династии, принадлежало Товарищество М. С. Кузнецова. С 1902 года он обладал престижным статусом Поставщика Двора Его Императорского Величества.
Приобретя автоматы французской фирмы «Фор» для формовки чашек с толстыми стенками, фабрикант наладил выпуск небьющейся посуды. Кузнецов внедрил в отрасль новинку — деколь, метод перенесения на поверхность фарфора заранее напечатанного изображения со специальной бумажной основы, переводной картинки.
Женат Матвей Сидорович Кузнецов был на Надежде Митюшиной, дочери богородского купца 1-й гильдии. У четы родилось восемь сыновей и две дочери.
В 1891 году Кузнецов расширил правую часть владения на Мещанской, приобретя дополнительный участок, и начал строительство особняка, который по традиции того времени официально записал на имя супруги.
Считается, что дом (проспект Мира, 43) был предназначен для старшего сына, Николая Матвеевича Кузнецова. Проект заказали Францу Шехтелю, архитектору, имя которого уже гремело в сообществе зажиточного купечества. Потомки бывших крестьян отдавали должное блестящим способностям мастера по части возведения великолепных замков, подчеркивающих аристократизм их заказчиков.
Двухэтажный особняк Надежды Кузнецовой был решен в духе английской, если точнее, виндзорской готики. Даже в изувеченном поздними перестройками фасаде, которые нарушили соразмерность, угадывается трехчастный романский массивный тамбур с широким арочным входным проемом в центре. Здесь Шехтель (в соавторстве с коллегами Владимиром Адамовичем и Михаилом Приемышевым) явно цитировал средневековую кафедру европейского собора.
Сохранилась центральная часть фасада с широкими окнами и каменными переплетами. Такие были распространены в английских готических соборах XV столетия. До нас дошла и пара окон боковых частей уличного фасада. Композиция со стрельчатыми окнами и декоративными башенками была нарушена, равно как в 1930-е годы обрезан остроконечный фронтон — готический щипец, ликвидирована южная часть дома, у которого появился еще один глухой этаж.
Разумеется, не спасся и замечательный интерьер особняка, который хозяин старался использовать для рекламы и продвижения собственного производства. Элементами внутреннего убранства служили разнообразные фарфоровые и фаянсовые элементы, выполненные на заводе Товарищества Кузнецова, находившемся в Тверской губернии. За проект столовой в русском стиле в особняке Кузнецовой Франца Шехтеля представили к академическому званию. Пространство было отделано красочными керамическими плитками. Почти пятиметровой высоты печь украсило панно «Жар-птица», ныне хранящееся в фондах Государственного исторического музея. В особняке находилась и потаенная старообрядческая молельня, освященная во имя апостола Матфея.
В 1903 году из жизни ушла Надежда Викуловна. В 1911-м скоропостижно, от апоплексического удара, скончался Матвей Сидорович. Бизнес унаследовал их старший сын Николай.
В 1918 году усадьбу национализировали. «Красный террор» привел ее обитателей к эмиграции, спешному отъезду в Ригу. Пространства особняка нарезали на коммунальные квартиры, в которые заселились советские работники, гражданские и военные.
Кузнецовский особняк также занимал Совет главного артиллерийского управления Красной армии. С 1991 года в произведении Шехтеля, выявленном объекте культурного наследия, располагается центр детского развития «Россия молодая».
Фото: Максим Мухин, Музей истории благотворительности/past.vu.com
Текст: Евгения Гершкович