Дикий базар, где выкрикивают цены на товары, чьи образцы лежат на прилавках. На рынок заносят и выносят мешки с золотом, но из этого круговорота наружу не выходит ни одной булочки, ни единого гвоздя. При этом регулярно сообщают, как там возникли (или исчезли) триллионы долларов.
Фондовые рынки отнюдь не проекция реальной экономики. Они не создают добавленной стоимости. Просто перераспределяют права собственности и будущие денежные потоки. И фундаментальный парадокс в том, что рыночная капитализация - по сути фикция.
Насколько адекватна оценка всей компании по цене последней сделки? Если одна акция стоит $100, а их выпущен миллиард, капитализация компании = $100 млрд. Но если все владельцы одновременно решат продать бумаги, они не получат $100 млрд. Цена рухнет на самом старте распродажи. Так и появляются падения на 50, 70, а иногда и 95%.
Когда индекс падает на 1% и «рынок потерял $1 трлн», это не значит, что деньги вывели со счетов. Они и не испарились физически, поскольку их и не существовало. Поколебалась вера в то, что эти активы стоят столько. И вот вжух минус триллион.
Проблема в том, что фондовый рынок давно стал частью двигателя потребления в развитых экономиках. Акциями прямо или через пенсионные и инвестиционные фонды владеет большинство домохозяйств США. Растущие цифры на счетах создают «эффект богатства»: люди больше тратят, активнее берут кредиты. Рост котировок за прошлый год добавил к потреблению в Штатах ~$250 млрд.
Когда рынки уходят в красную зону, продавшие акции на пике, сохраняют капитал. Те, кто ничего не делал, теряют лишь номинально - пока не продадут и не зафиксируют убыток. А те, кто на панике продавал, теряют уже реальные деньги. Потребление сжимается, прибыли падают, акции дешевеют еще сильнее. Круг замыкается.
В 2000 году пузырь доткомов лопнул, когда стало очевидно: прибыли компаний не соответствуют росту котировок. NASDAQ потерял ~75%. Затем последовали банкротства, увольнения и рецессия.
В 2007–2009 гг схлопывание стоимости залогов - недвижимости и связанных деривативов - привело к кризису ликвидности. Итог: Великая рецессия: падение ВВП, рост безработицы, S&P 500 – минус 57%.
Сегодня рынок снова в зоне магических ожиданий. Драйвером взлета работают всего 16 компаний, связанных с ИИ. Их суммарная оценка с конца 2022 года по май 2026 выросла с $7,5 до $27,1 трлн. Если смотреть общий баланс, то получается, что вклад всех остальных около нуля. Т.е. с начала года ВСЕ корпорации во всех секторах открыто стагнируют. Такая концентрация точек роста беспрецедентна.
С Nvidia хотя бы понятно, что именно покупают инвесторы. Компания системно подошла к эксплуатации темы: чипы, архитектура, софт, дата-центры. Nvidia не просто лидеры в области, они задают формат и стандарты. И все равно при этом кратно переоценены. Для оправдания таких ожиданий ИИ должен стать новой инфраструктурой мира. Чего пока и близко нет.
К выходу на бирже готовятся новые рекордсмены ожиданий: OpenAI и SpaceX. Безусловно, в своих нишах (и в инфосфере) они пионеры и лидеры. И рассчитывают сразу на оценку $1+ трлн каждая. НО. Обе компании убыточны с момента основания и рынка для них банально нет. Ни вывод грузов на орбиту, ни дорогие подписки на ИИ-агентов не могут стать массовыми и оправдать колоссальные ожидания и инвестиции.
Фондовые рынки всегда были великой иллюзией. Капитализируя не текущие доходы, а ожидание будущей прибыли они обречены жить в режиме циклов взлета-спада. Как говорится, «бычьи рынки рождаются в пессимизме, растут на скептицизме, созревают на оптимизме и умирают в эйфории».
Проблема в том, что эта иллюзия глубоко вплетена в реальную экономику и без нее та уже не может функционировать. А масштаб ИИ пузыря по всем показателям превзошел все предыдущие, включая взлет бирж перед Великой Депрессией. Так что впереди отнюдь не коррекция, и не «мягкая рецессия». Ожидается нечто поистине эпическое.
#ИИ #биржа #технологии #экономика