Я смотрела на мужа. Он смотрел в окно. За стеклом шёл дождь, капли стекали по карнизу, мутно и неостановимо. Где-то под ложечкой заныло - будто я второпях проглотила ледышку, и теперь она медленно таяла, обжигая холодом.
От плаща Светы пахло мокрой овчаркой и сладкими духами - такой коктейль не забудешь. Трое её пацанов - один школьник, двое близнецов-дошкольников - уже топали в коридоре, стягивая грязные ботинки прямо на ковёр. Я машинально отметила, как липнут подошвы к ворсу.
- Свет, подожди... какой ремонт? Ты же говорила, только батареи менять, - голос у меня был тихий, но пальцы сами сжались в кулак до хруста.
- Батареи, трубы, стяжку пола, стены штробить - всё выносить. Жить невозможно. Дим, ты чего молчишь? Скажи ей.
Муж по-прежнему гипнотизировал дождь.
- Ну... это... Свет, давай обсудим...
- Чего обсуждать? - перебила она и сдёрнула с плеч мокрый шарф. - Родственникам надо помогать. Мы вам не чужие. Или ты, - она ткнула пальцем в мою сторону, - против?
Я хотела ответить, но тут один из близнецов зацепился за порог и с грохотом уронил вазу с тумбочки. Не разбил, но вода выплеснулась на пол. Света даже не обернулась.
- Чудесно, - пробормотала я и пошла за тряпкой.
Пока вытирала лужу, в голове крутилось: «Полгода. С тремя детьми. В нашей двушке. Мы с мужем работаем на удалёнке, а у меня ещё и онлайн-курсы по вечерам». Мелькнула мысль: «Может, обойдётся?» И тут же - тошнотворное предчувствие, что не обойдётся. Я слишком хорошо знала Свету. Старшая сестра мужа, привыкшая, что брат всегда уступает. Сначала игрушки, потом деньги до зарплаты, теперь жилплощадь.
Я вернулась в комнату. Муж мялся у подоконника, Света уже командовала детьми, куда нести рюкзаки.
- Свет, - я постаралась говорить ровно. - Давай уточним. Ты сказала «ремонт». Какая фирма? Смету покажи. Я могла бы помочь с оплатой рабочим - хотя бы аванс, чтобы вы быстрее вернулись в свою квартиру.
Она замерла. Кровь прилила к её щекам, шея пошла пятнами.
- Зачем тебе смета? Ты что, не веришь?
- Верю. Просто хочу понять объём работ. Полгода - это серьёзно. Может, я позвоню им? У меня однокурсница работает в «СтройКомфорте» - помнишь, они делали нашу кухню? Я спрошу, сколько реально времени займёт демонтаж и стяжка.
Я блефовала. Никакой однокурсницы у меня в строительной фирме не было. Но я знала, что Света панически боится проверок. Она дёрнула головой.
- Не надо никуда звонить! Фирма... называется «ГарантСтрой». Тебе это ни о чём не скажет.
- «ГарантСтрой», - повторила я, доставая телефон. - Сейчас найду их сайт, позвоню, уточню.
Света выхватила у меня телефон. Глаза у неё стали злые, колючие.
- Ты мне не веришь! Ты всегда меня терпеть не могла! - заорала она. - Дима, она твою сестру за воровку держит!
Муж наконец повернулся. Вид у него был растерянный, как у пса, которого разбудили посреди сна.
- Лен, может, ну... зачем сразу звонить...
- Затем, - отрезала я, не сводя взгляда со Светы. - Затем, что если ремонта нет, то мне нужна правда. Мы не гостиница.
В комнате стало тихо, только дождь барабанил по стеклу. Мальчишки притихли в коридоре, почуяли грозу. Света вдруг всхлипнула - слишком театрально - и швырнула телефон обратно мне.
- Нет никакого ремонта, - выпалила она. - Я квартиру продала. Деньги нужны. Я хотела у вас перекантоваться, пока не подыщу новую. Может, полгода, может, чуть дольше. Что тут такого? Ты же сама говорила, что родственники должны помогать.
В животе стало пусто и холодно, словно приоткрылась дверца в морозилку и оттуда пахнуло ледяным воздухом. Я перевела взгляд на мужа.
- Дима, ты слышал? Твоя сестра продала квартиру. Она хочет жить у нас не полгода - до момента, пока не купит. А цены ты знаешь. Это может затянуться.
Он открыл рот, но не издал ни звука. Света тут же насела:
- Димочка, ну неужели ты допустишь, чтобы твоя жена выгнала родную кровь с тремя детьми на улицу? Ты же мужчина!
Я подошла к шкафу и достала чемодан. Сумка у меня уже была собрана - на такие случаи. Жизненный опыт научил.
- Я никого не выгоняю. Просто я не буду жить в одной квартире с людьми, которые врут и считают меня пустым местом. Муж мой, как видишь, решения принимать не готов. Поэтому решение приму я: или они - или я. Прямо сейчас.
Я положила чемодан на диван и стала аккуратно складывать свитера. Руки дрожали, но я заставляла их двигаться медленно. Света буравила меня взглядом. Один из близнецов захныкал в прихожей.
- Дима! - взвизгнула она. - Да сделай что-нибудь!
Муж потёр переносицу. Этот жест я знала - сейчас он скажет то, чего сам боится.
- Света... извини. Ты не можешь у нас остаться. Это нечестно по отношению к Лене. И вообще... я сам не хочу. У нас другая жизнь. Мы не можем.
Я замерла, не донеся свитер до чемодана. Света побледнела.
- Вы... вы оба... ну и катитесь! - она рванула к выходу, дёрнула детей за рукава. - Обувайтесь! Мы не останемся там, где нас не ценят!
Через минуту хлопнула дверь. В коридоре остались только мокрые следы и запах дешёвых духов, смешанный с псиной. Я стояла, прижимая свитер к груди. Муж подошёл и обнял меня сзади - молча. Так мы простояли, наверное, минуты две, слушая, как стихает дождь.
Потом он сказал в затылок:
- Прости. Я не должен был молчать.
Я кивнула. На большее сил не было.
Через час я мыла пол в коридоре, оттирала грязные разводы. Вода в ведре стала серой. Чайник на плите тихо засвистел. Я налила себе чаю, бросила туда засушенную мяту - её запах перебил остатки чужого присутствия.
Села на подоконник с кружкой. За окном прояснилось, в луже у подъезда отражался фонарь. Где-то далеко, в соседнем доме, зажужжала дрель - кто-то начинал ремонт. Я сделала глоток. Чай обжёг губы, но внутри стало тепло.
Чудесно.
Это художественный рассказ. Все персонажи и события вымышлены, любые совпадения случайны.