Муж думает – вконтакт. Свекровь уверена – деградация. Подруга говорит: «Ты залипаешь».
А она не залипает. Она там живёт.
Потому что телефон это единственное место, где она не мама, не жена, не бухгалтер, не та-которая-забирает-из-школы. Там она просто скроллит. И пока она скроллит – как будто, от неё никому ничего не надо. Тридцать секунд покоя между «мам, а где мой...» и «дорогая, а мы точно идём в субботу к твоим».
Нет, ну правда.
Ей сорок, и весь её день – это логистика. Кружки, продукты, записать к врачу, забрать из ремонта, не забыть позвонить маме, потому что мама обидится. А мамина обида – это два дня тишины, потом звонок с голосом медсестры реанимации: «Я думала, ты забыла, что у тебя есть мать».
И вот она вечером ложится.
Дети спят. Муж рядом, смотрит про какого-то мужика, который перестроил сарай в баню. Хороший муж, не вопрос. Но разговаривать сил нет. У неё даже слова кончились – все потратила за день.
А телефон – он тёплый и не спрашивает.
Там рилс, где женщина её возраста бросила всё и уехала в Португалию. Она не хочет в Португалию. Она хочет посмотреть, как кто-то это сделал. Это как стоять у витрины кондитерской на диете – вредно, но греет.
Там чат с тремя подругами, где можно написать «я сейчас сдоxну» и получить три сердечка и голосовое на семь минут, и не надо объяснять контекст. Они знают контекст. Контекст – это их общая жизнь с 2008 года.
Там – заметки. Которые никто не читает. Она иногда записывает туда мысли, обрывки, даже что-то похожее на стихи. Не публикует. Просто пишет. Потому что ей когда-то нравилось писать, лет в двадцать, до всего.
Раньше было иначе.....
Раньше она читала. Толстые книжки, тонкие книжки, журналы в метро. Раньше она могла уставиться в окно электрички и думать сорок минут ни о чём – и это было нормально. Никто не звонил, потому что не мог. Никто не писал «ты где», потому что некуда было писать.
Раньше скука была роскошью.
А теперь она заполнена бесконечной лентой, и парадокс в том, что лента – это не развлечение. ...
...Это анестезия.
Муж говорит: «Опять в телефоне». Как будто она там по своей воле. Как будто это выбор. А она там, потому что телефон – это последнее место, где можно закрыть дверь.
У неё нет своей комнаты. В буквальном смысле – нет. Спальня общая, кухня общая, даже ванная на пять минут, пока кто-нибудь не начнёт стучать. А экран шесть дюймов – это комната. С дверью. Которая всегда при себе.
И вот она лежит, одиннадцать вечера, свет от экрана на лице, завтра вставать в шесть тридцать.
Она знает, что надо отложить. Она даже поставила себе напоминание – «сон в 23:00». Телефон каждый вечер вежливо сообщает ей, что пора спать. Она смахивает уведомление и продолжает листать. Потому что это её единственный час, когда она принадлежит себе.
Не телефон виноват. Он просто ближе всех оказался.
_________________________________________________________________
@Холодова Екатерина
Приглашаю в мой канал MAX - просто, понятно, о поведенческих зависимостях (пов. аддикциях). О том, как они мешают жить полной жизнью, почему их часто не видно (а они есть), почему не получается справиться. И, что с этим делать.