Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Не шути с Петербургом: почти мистическая история

Было у меня два случая, когда «ум за разум зашел». Сейчас вспоминаю их с улыбкой, а в моменте — совсем не до смеха. Оба — в первый год моей жизни в Петербурге. Город я знал не так отчетливо, как следопыт его исследовал. Особенно тянуло в малолюдные места, закоулки и подворотни. Это сейчас завяжи мне глаза, проходными дворами Петроградской стороны, например, — на мах. А тогда все новое. Карта в телефоне, и вперед, развивать топографические навыки. Но однажды они меня подвели. И карта не помогла. Во всяком случае, не сразу. Поехал я к набережной Смоленки в районе Уральского моста. Начало апреля, только сошел снег, красота. Незаметно подкрался вечер, стемнело. Иду чуть навеселе, напевая вполголоса «Мне больно видеть белый свет, мне лучше в полной темноте» незабвенного коллектива. Пора возвращаться обратно. Уверенно двигаюсь, как мне казалось, к Малому проспекту. С одной стороны — бесконечные гаражи, с другой — могильные кресты. Остается добавить: «и мертвые с косами стоят». Откуда там к
Оглавление

Было у меня два случая, когда «ум за разум зашел». Сейчас вспоминаю их с улыбкой, а в моменте — совсем не до смеха. Оба — в первый год моей жизни в Петербурге. Город я знал не так отчетливо, как следопыт его исследовал. Особенно тянуло в малолюдные места, закоулки и подворотни.

Это сейчас завяжи мне глаза, проходными дворами Петроградской стороны, например, — на мах. А тогда все новое. Карта в телефоне, и вперед, развивать топографические навыки. Но однажды они меня подвели. И карта не помогла. Во всяком случае, не сразу.

История первая

Поехал я к набережной Смоленки в районе Уральского моста. Начало апреля, только сошел снег, красота. Незаметно подкрался вечер, стемнело. Иду чуть навеселе, напевая вполголоса «Мне больно видеть белый свет, мне лучше в полной темноте» незабвенного коллектива.

Пора возвращаться обратно. Уверенно двигаюсь, как мне казалось, к Малому проспекту. С одной стороны — бесконечные гаражи, с другой — могильные кресты. Остается добавить: «и мертвые с косами стоят». Откуда там кладбище (Смоленское далеко), ума не приложу. И было ли это кладбище, тоже вопрос. Кресты за оградой только реальные.

Что-то не то! М-да, хотел темноту, вот и получи)

Вернулся обратно на мост, и не понимаю, куда дальше идти. Народа ни души. Телефон с картой в сознании будто не существует. Ладно, думаю, может, померещилось. Снова к оградке. Кресты на месте. Обратный марш-бросок к мосту. Стою, смотрю на темные воды Смоленки, вцепившись в перила — хоть что-то понятное.

Выдохнул, вспоминаю заветный прием: подойти к ближайшим двум домам, и по нумерации определить направление. Сработало! Через 15 минут я был у «Василеостровской».

Фото на память о том вечере:

На углу с башней — бывшее общежитие рабочих Оптико-Механического завода Н.И. Рейхель, ныне обычный жилой дом
На углу с башней — бывшее общежитие рабочих Оптико-Механического завода Н.И. Рейхель, ныне обычный жилой дом

История вторая

А это поздняя осень. Я — «сухой как лист». При этом, как и в первом случае, дело было вечером у набережной. Понесло меня «разъяснять» Старо-Калинкин мост через Фонтанку. И сам мост, и окрестности уж больно в душу запали по фотографиям (дом-утюг, Адмиралтейские верфи).

От Садовой перебрался к клинике имени Пирогова — старые корпуса ее прекрасны. Однако исследовательского порыва хватило ненадолго. Романтическое настроение в пути улетучилось. Подхожу обратно к мосту, и тут меня «осеняет»: а я вообще туда иду? Ловлю себя на мысли, что не понимаю, с какой стороны я пришел. Действительно «ум за разум».

Думаю: «тебе нужна Садовая, где дом-утюг». Как назло освещение не ахти. То, что за мостом, еле видно. И так минут 10. Как пограничник мотаюсь между двумя берегами. Потом таки рассмотрел спасительный ориентир.

Старо-Калинкин мост
Старо-Калинкин мост

Старик Оккам говорил: «не умножай сущности без необходимости». Я не склонен к мистификациям, но тут город будто играл со мной. Ведь говорят же «душа города» или просто Город с большой буквы. Как что-то разумное. А если так, то и шутить он умеет.

Лично для себя я сделал вывод: не суйся куда не надо в неурочный час. Всему свое время и место.

Ну а напоследок приглашаю посмотреть 70+ работ 12 ленинградских фотохудожников. Мэтры от Бориса Смелова до Леонида Богданова. Вот где метафизика города во всей красе:

А также мои собственные снимки Петербурга после заката. От дворцов до проходных дворов: