Мне дали восемь по мошенничеству, отсидела от звонка до звонка. Женская колония — это вам не сериал «Слово пацанки» и не сопливая мелодрама про любовь за решёткой. Тут свои законы, свои роли, свои «семьи». И если вы думаете, что бабы за колючкой сходятся от большой и чистой — садитесь поудобнее, расскажу, как оно на самом деле. Без розовых соплей и без чернухи. Как было.
Кто такие «коблы» и «ковырялки»
В женской зоне есть негласное деление, которое складывается годами. Кобёл — это та, что взяла на себя мужскую роль. Стрижка под машинку, движения резкие, говорит хриплым басом, курит в затяг, плюёт сквозь зубы. Многие реально верят, что они «мужики» — психика за годы срока перестраивается так, что после освобождения некоторые годами не могут вернуться к женскому образу. Видела таких, кто на свидании с матерью отказывался платье надевать — мать в слёзы, а той хоть бы х…
Ковырялка (или «коза», в некоторых зонах — «курица») — её «жена». Женственная, насколько это возможно в робе. Макияж из подручных средств: свёкла вместо помады, сажа от спички вместо туши, зубная паста — как тональник под глаза. Косы плетёт, юбку из казённой робы ушивает по фигуре, хотя за это — взыскание.
Есть ещё «обиженки» — те, кого опустили внутри коллектива. Их в семью не берут, с ними за стол не садятся, ложку отдельно держат. У баб иерархия даже жёстче, чем у мужиков, — потому что обиды копятся годами и припоминаются до самого звонка.
Со стороны вся эта семейная пародия выглядит дико. Но внутри — своя логика, и логика эта называется выживание.
Что такое «семья» на самом деле
Семья на ИК — это не про постель, как любят показывать в кино. Это про общак, спину и кусок хлеба. Сошлись две-три-четыре бабы, скинули продукты с передачек в одну тумбочку, делят сигареты, чай, сахар. Прикрывают друг друга перед отрядницей, отмазывают на проверке, дежурят по очереди. Иногда внутри семьи есть «супружеская» пара кобёл-ковырялка, иногда — просто бабский коллектив без всякой романтики.
Помню одну, кличка Маруся. Тихая, маленькая, под сорок. Села за то, что от пьяного мужа ножом отмахнулась — он на больничку, ей дали шесть лет общего. Зашла в отряд — мышь мышью, глаза в пол, ни с кем не разговаривает. Через год её было не узнать: коротко стриженая, на руках самоделкой набитые перстни, голос ниже на октаву, рядом — Светка-«жена», моложе на пятнадцать лет, ходит за ней хвостиком.
Я Марусю как-то на промке (рабочая зона) спросила напрямую: «Тебе оно вообще надо? Ты же дома мужа любила, фотки показывала». Она сигарету затушила о подошву, помолчала и говорит: «Катюх, мне до звонка ещё четыре года. Одной — сожрут. Заставят полы мыть за всех, передачки отбирать будут, на промке самую х…ню подсунут. А так — у меня тыл, у Светки — защита. Любовь? Не смеши. Это контракт. Выйду — забуду как страшный сон». И знаете что? Так и вышло. Освободилась, через год я её встретила в Воронеже — в платье, с отросшими волосами, под руку с каким-то мужиком. Прошла мимо, сделала вид, что не узнала. И Светку свою — тоже.
Ещё была пара — Цыганка и Беленькая. Эти, наоборот, как с ума сошли друг от друга. Цыганка ревновала так, что чуть бритвой не порезала одну, кто Беленькой улыбнулся в столовой. Закончилось всё ШИЗО, потом раскидали по разным отрядам, потом по разным зонам. Вот вам и любовь.
Что говорит закон и что бывает после звонка
По нормам УИК РФ любые интимные отношения между осуждёнными запрещены — это нарушение установленного порядка отбывания наказания. За это — взыскание, водворение в ШИЗО до 15 суток, перевод на строгие условия содержания, лишение свиданий и передач. Администрация официально борется, неофициально — закрывает глаза, пока всё тихо. Не дерутся, не режутся, на работу выходят — и ладно.
Но если вспыхивает скандал, ревность, поножовщина заточкой из черенка ложки — тогда уже разбор по полной. И тут уже статья 321 УК РФ — дезорганизация деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества. До 5 лет довеска к основному сроку, а при групповухе — до 12. Видела баб, которым из-за дури ревнивой кобылы накидывали по трёшке сверху. Сидели потом и думали — оно того стоило?
А теперь главное. По моим наблюдениям и по разговорам с теми, с кем я после освобождения держала связь, — процентов 90 этих тюремных «семей» рассыпаются в первый же месяц на воле. Кобёл снимает мужской прикид, отращивает волосы, идёт к бывшему мужу, к детям, или находит нового. Ковырялка — туда же, к своей прошлой жизни. Встретились на автовокзале через полгода — кивнули и разошлись в разные стороны, глаза опустив.
Потому что это была не любовь. Это был способ дотянуть до звонка, не сломавшись, не сойдя с ума в четырёх стенах барака, где сто баб дышат в затылок круглые сутки. Способ почувствовать, что ты ещё живая, что о тебе кто-то заботится, что тебе варят чай и штопают носок. Психологи это называют красиво — ситуативная адаптация. А по-нашему — просто костыль, чтобы не рухнуть.
Те редкие пары, что сохраняются после освобождения, — это либо те, кто и до зоны был в теме, либо те, кому возвращаться особо некуда: ни семьи, ни дома, ни работы. Сцепились двое одиночеств — и тянут лямку дальше уже на воле.
Если интересно, как живут дети в женских колониях при домах ребёнка — напишу отдельно, тема тяжёлая, до сих пор без слёз вспоминать не могу. Подписывайтесь на «Я свободен» — бабья зона, это половина моих историй. И не верьте сериалам. Там красиво. А правда — она другая.
Катюха, специально для канала «Я свободен»
#женскаязона #колония #тюрьма #криминал #ясвободен
Спасибо, что были с нами до конца! Мы будем рады, если вы оцените статью, поставив и 👉 лайк, и дизлайк 👈. Это помогает нам становиться лучше.
Вы можете узнать больше о проекте помощи родным и близким осужденных и лиц преступивших закон у нас в соц сетях в телеграмме так же вконтакте ну и конечно МАКС
Так же мы открыли первое в России СМИ о помощи осужденным, рассказах как и где можно получить помощь, а так же все о криминальном мире на нашем сайте https://ysvoboden.ru/
Мы рады будем вам помочь, если вы столкнулись когда близкий человек совершил преступление.
Благодарю, за то что прочитали мою статью, не забудьте подписаться на наш канал "Я свободен"