Продолжить очерки соприкосновений с властью хотелось бы вот каким случаем. Во времена оны, а именно году так в 1993-м, мы с моим товарищем Александром К. озаботились уже не помню чем. Вероятно, устроением какой-нибудь художественной выставки. А может, даже выпуском сопроводительного буклета к ней. Совсем совести не было! Людям жрать нечего, а они художников раскормили.
Ну, и пошли с этой идеей в местный департамент культуры (не помню уже, как это тогда называлось). Там с нами долго с интересом беседовали (почему-то многие читатели прошлого мемуара про рукава решили, что он написан с целю очернения власти, и сочли своим долгом за неё заступиться; с одной стороны это глубоко правильно – русский человек и должен быть на стороне слабого, обижаемого, а с другой – помилуйте!.. никакого очернения, никакой дискредитации, что я, с ума сошёл? Вот же пишу: "долго с интересом беседовали"! А приди ты в департамент культуры какой-нибудь заграничной страны, там, во-первых, сатанисты одни, а во-вторых...) – в общем, долго и с интересом рассматривали нас и задавали вопросы. Чем очень нас воодушевили.
А потом и говорят: "Ребят, вы голодные?" (Ещё бы мы не голодные, в двадцать с небольшим лет, в 1993 году...) "Сейчас как раз обед в крайкомовской столовой, мы туда пойдём". (Главное правительственное здание по-прежнему называли "Крайком".) "Пойдёмте с нами!"
Ого, думаем мы, как закрутилась карьера... Стоило переступить порог правительственного учреждения (но не просто так, конечно, а с дельным, толковым соображением), как уже ведут в святая святых. Судьба любит смелых и всё такое. "Конечно! Конечно, мы, так и быть, согласны!"
И пошли. Двое представителей власти и мы с Александром К.
Представители власти впереди идут, о чём-то своём разговаривая, а мы сзади – ну, не шеренгой же в четыре человека шагать? Поэтому они впереди. Мы-то и дороги не знаем... То есть от Департамента культуры до Крайкома знаем, конечно, а потом, после милиционера, нет. А там самое главное начинается. Здание-то огромное, квартал занимает...
...и идём мы по нему дольше, чем по улице. То направо... то налево... то по лестнице и куда-то вдаль. Идём всё тем же манером – представители впереди, оживлённо беседуя, мы с Александром сзади, напряжённо молчá, вкушая остроту и важность момента. Волнуясь, в общем.
И чем дальше, тем нам с ним чудесатее. Уже в совсем глухой коридор какой-то зашли, где никакие люди не бродят, и идём в самый его конец. (За всё время пути представители ни разу на нас успокаивающе не обернулись – типа, спокуха, щеглы, всё под контролем, сейчас вам будет и котлета по-киевски, и шашлык по-карски... От этого мы начинаем чуточку в себе сомневаться. И в реальности происходящего. Тогда, знаете, был памятен ещё фильм "Город Зеро", где главный герой тоже всё ходил, ходил... Там ему ещё голую секретаршу показывали.
Доходим до конца коридора, и что же видим? Туалет мужской, в который наши Вергилии, всё так же не оборачиваясь на нас, как Орфей на Эвридику, сворачивают. Это сюда мы за ними шли.
Контраст с воображаемой котлетой (не обязательно по-киевски, даже наверняка не по-киевски, а обычной) оказался столь разителен, что его не перенесли наши впечатлительные юные организмы. Переглянулись мы с Александром К. и худого слова не говоря (вообще не говоря никакого слова) побрели к выходу. Так и не отобедали в Крайкомовской столовой. А всё почему?
А всё потому что самомнение. Не могли постоять подождать, пока представители власти пописают! (Тем более, что и не писали они там наверняка, а, по здравому размышлению, тщательно перед едой руки мыли, правда?) Как же, важность какая! Не пердупердили их, что сначала тщательно руки помыть зайдём! Обиделись... А на обиженных – что? Правильно. И буклет мы потом сами прекрасно на коленке сварганили.
Остальные случаи не буду рассказывать, ну их. А то скажете опять, что я власть не люблю, и как мне жить с таким клеймом? Нет уж.