А теперь я часто плачу. От беспредела и от бессилия. От этих простяков, уверенных в себе. Раньше это были мои звёзды, чем жарче становилась их речь, тем были глупей мои герои. Я ведь всегда писала издевательские по лексике, по малограмотному пафосу, смешные пьесы, пусть трагические в финале (трагические не для тех хозяев жизни, а для выгнанных, обиженных ими жертв). А ныне что я могу? Всё стало мелко». Людмила Петрушевская
«Времена, когда мы задавали вопросы себе, упрекали себя, сейчас прервались.
А теперь я часто плачу. От беспредела и от бессилия. От этих простяков, уверенных в себе. Раньше это были мои звёзды, чем жарче становилась их речь, тем были глупей мои герои. Я ведь всегда писала издевательские по лексике, по малограмотному пафосу, смешные пьесы, пусть трагические в финале (трагические не для тех хозяев жизни, а для выгнанных, обиженных ими жертв).
А ныне что я могу? Всё стало мелко».
Людмила Петрушевская
