Часть 1. Кроличья нора. 4
«Что ты делаешь, а?! – шипел внутренний голос Алана. – С ума сошел? Ты же просто из штанов выпрыгиваешь, чтобы совсем ее очаровать! Выпендриваешься, как чертов павлин!» «Отстань! Я большой мальчик и делаю, что хочу!» – Рик заткнул внутренний голос и еще сильнее закружил Элис. Но тут у большого мальчика вдруг как-то помутилось в голове и потемнело в глазах, так что Элис пришлось его поддержать.
– Простите… Что-то я не в лучшей форме…
– Может, вам пора отдохнуть? Уже поздно…
– Пожалуй. Да и вам надо поспать.
Элис задула свечи – они оба не заметили, когда зажегся свет. Она провела Рика наверх, в свою комнату, и первое, что он увидел – был старый театральный плакат к спектаклю «Сирано де Бержерак».
– О, какая древность! Где же вы нашли? – поразился Рик.
– Раздобыла. У меня большая коллекция была, остался только этот. Вот, располагайтесь! Обогреватель я включила.
– Может, поговорим еще немного? Мне все равно не заснуть. Если вы не очень устали!
– Можем поговорить.
Рик расположился на кровати – полулежа, прямо поверх лоскутного одеяла, Элис, чуть помедлив, устроилась рядом с ним.
– Красивое одеяло! – сказал Рик.
– Это мама сделала.
– Так что же случилось с вашей коллекцией плакатов?
– Отец уничтожил. У меня все стены были завешаны. Он напился, все посдирал, изорвал и сжег на заднем дворе. Вот этот один мама спасла. Склеила кое-как скотчем, спрятала. Отдала только после его смерти.
– Вы так его и не простили?
– Не знаю. Сейчас кажется смешным, а тогда было очень больно. В общем, я ушла из дома. Уехала к сестре в Лондон.
– Сколько же вам было лет?
– Шестнадцать. А знаете, какой ваш фильм я увидела первым?
– «Призрак любви»?
– Нет! «Киднеппинг»! Брат тогда увлекался артхаусом…
Рик усмехнулся: «Да, похоже, я сам уже дошел до стадии артхауса…»
– Брату не очень понравилось, сказал: «Действия маловато», а я с тех пор стала вашей фанаткой.
– Подождите… Вы что хотите сказать… Все эти плакаты?!
– Ну да. Это были ваши постеры. К фильмам, спектаклям. Фотографии из журналов. С тринадцати лет собираю. Теперь уже виртуально.
Элис смущенно опустила голову, а Рик почувствовал, что у него мурашки побежали по телу: с тринадцати лет! До сих пор! Черт побери…
– Неужели вы все поняли в том странном фильме? – спросил он, внимательно глядя на Элис. – Вы наверно отождествляли себя с похищенной девочкой?
– Возможно. В первый раз я мало что поняла. Но потом не раз пересматривала. И каждый раз надеялась, что он выживет! Этот парень, которого вы играли! Это была ваша первая роль в кино, да?
– Нет, тогда я снялся уже в парочке эпизодов… Но большая роль – первая. Хотя… Ее трудно назвать большой…
«Киднеппинг» был одним из трех фильмов, которые успел снять молодой многообещающий режиссер, прежде чем разбиться на крутом повороте: кроме кино, он еще обожал девушек, спортивные автомобили и крепкий виски. Все три фильма не имели никакого успеха, но со временем к ним все чаще стали обращаться кинокритики и кинолюбители: молодое дарование во многом предвосхитило развитие кинематографа, а некоторые даже считали, что гений Тарантино – прямое порождение «Киднеппинга».
Фильм был странный, медленный, очень красивый, хотя и черно-белый: цвет возникал только в редкие моменты – например, красной была кровь убитого парня. У персонажа даже не было имени – в титрах он так и значился: «Парень в белой рубашке». Но этот безымянный персонаж запомнился зрителям больше остальных, хотя Рик не видел тут никакой своей заслуги. Он практически ничего не играл, да и вряд ли смог бы в свои девятнадцать! Всего главных персонажей было четверо: парочка похитителей, девочка и парень, которого они привлекают, чтобы сделать козлом отпущения. Парень и похищенная девочка привязываются друг к другу, и когда парень понимает, что девочку все равно убьют, он решает ее спасти. Но в самый решающий момент один из преступников стреляет в него. Сцена была решена очень жестко: выстрел, красное пятно на белой рубашке – и все. Никаких разговоров напоследок, никакой агонии. Фильм продолжается, а до финала еще далеко. И юная героиня, и зритель до самого конца ждут, что парень все-таки выжил. Ну как же так?! Он оказался таким хорошим, хотел помочь – и вдруг мертв?! Так внезапно, так непоправимо?! Как в жизни. И в самом конце фильма уже взрослая героиня вдруг видит, что вдоль решетки парка бежит парень в белой рубашке – точно, как в начале, когда ее похитили! Девушка бросается догонять, парень оглядывается… Конечно, это не он.
Рик задумался, вспоминая фильм и свою юность, и не замечал, как смотрит на него Элис. С тех пор он всего пару раз пересматривал «Киднеппинг», но помнил очень хорошо, и сейчас пытался увидеть своего персонажа глазами тринадцатилетней девочки.
– Не хотите еще вина? – тихо спросила Элис. – Или кофе?
– Нет, спасибо. А что вы делали в Лондоне? Когда сбежали из дома? – Рик повернулся к Элис, и она пожала плечами:
– Разное! Окончила колледж. Прибилась к дамскому журналу, писала потихоньку заметки и репортажи. И ходила на все ваши спектакли. Знаете, а ведь мы с вами один раз виделись!
– Правда?! Когда же?
– Перед вашим отъездом в Америку. Я пыталась взять у вас интервью. Но не вышло. Вы меня выгнали.
– Выгнал?! Вот мерзавец!
– Так что пришлось мне сочинить все интервью. Вышло вполне правдоподобно. А потом вы уехали в Америку, а я решила выйти замуж…
Элис вдруг вскочила и побежала к книжным полкам, порылась там и вернулась, протягивая Рику фотографию:
– Вот! Это мой бывший муж!
Рик посмотрел, и его брови удивленно поползли вверх:
– Господи… Неужели вы выбрали его только потому, что он похож на меня?!
– Наверно…
– Как жаль, что я совершенно вас не помню!
– Не удивительно. Вы меня и видели-то минуты три от силы. Я тогда была коротко стриженая. Вот, отрастила зачем-то кудри, теперь мучаюсь…
– Очень красивые волосы! Не могла бы ты их распустить? Пожалуйста! – попросил Рик. Сердце у него колотилось, как сумасшедшее. Элис подняла руки, отцепила заколку и встряхнула волосами.
– Бог мой! Какое богатство! Словно золотое руно…
Рик протянул руку, чтобы потрогать рассыпавшиеся пряди, но не решился. Они сидели на лоскутном одеяле и нервно улыбались, глядя в глаза друг другу – оба ужасно волновались и не знали, что делать дальше. Наконец, Элис вздохнула и сказала:
– Знаешь, как это называется? То, что с нами происходит? Мамихлапинатапай! [1]
– Что за мамихлапай?!
– Мамихлапинатапай! Это слово из языка народа, который живет на Огненной Земле. Оно означает то, чем мы сейчас с тобой занимаемся! Сидят два человека, смотрят друг на друга, оба хотят одного и того же, но каждый надеется, что другой сделает первый шаг.
Рик рассмеялся, потом притянул Элис к себе и обнял:
– Вот выдумщица… Мамихлапай какой-то придумала…
– Я замучилась ждать, когда ты уже решишься!
– Просто… я боюсь… тебя разочаровать.
– Это невозможно.
– Почему?
– Потому что ты точно такой, как я представляла.
– Неужели я настолько предсказуем?
– Так удиви меня! – прошептала Элис и они, наконец, поцеловались.
...
[1] Mamihlapinatapai - слово из языка племени Яган (Огненная Земля). Оно указано в Книге рекордов Гиннесса в качестве «наиболее сжатого слова» и считается одним из самых трудных для перевода слов. Мamihlapinatapai означает «Взгляд между двумя людьми, в котором выражается желание каждого в том, что другой станет инициатором того, чего хотят оба, но ни один не хочет быть первым».
Продолжение следует.