Дача стоила четыреста двадцать тысяч.
Маленький участок, шесть соток, старый дом из бруса. Печка, колодец, соседи через забор которых я не знал. Я купил её в один день — позвонил по объявлению в пятницу, в субботу приехал, в воскресенье подписал бумаги.
Лена спросила вечером:
— Зачем тебе дача?
— Хочу возиться с землёй, — сказал я. — Давно хотел.
Она пожала плечами. Не возражала.
Это был октябрь.
За три недели до этого
Я нашёл телефон случайно.
Не её телефон — переписку. Лена оставила открытым ноутбук, уснула на диване. Я проходил мимо. Увидел.
Имя в переписке я знал. Коллега с её работы. Они знакомы лет семь.
Читал минут двадцать. Этого было достаточно.
Закрыл крышку ноутбука. Ушёл на кухню. Поставил чайник.
Сидел и думал.
Не о ней. Не о нём. Думал о себе.
Что я сейчас чувствую — это обязательно надо понять прямо сейчас? Или это можно подождать?
Решил: подождать.
Почему я не ушёл сразу
Объясню — потому что это главный вопрос который задают все кому я рассказывал.
Не потому что боялся. Не потому что не было куда идти. Не потому что любил так сильно что прощал всё.
Просто я не знал что хочу делать.
Двадцать два года вместе. Двое детей — взрослые уже, живут своей жизнью. Квартира, привычки, совместный быт который работает как механизм — каждый знает свою роль.
Я сел и честно спросил себя: хочу я развода?
Ответа не было. Не «нет», не «да». Просто — не знал.
А принимать решение когда не знаешь чего хочешь — это неправильно. Я это понял давно. Ещё в молодости, из опыта который лучше не повторять.
Поэтому — купил дачу.
Что я там делал
Первые выходные — просто сидел. Смотрел на участок. Пил чай из термоса.
Земля заросшая, забор покосился, яблони не обрезаны лет десять. Дом держится — брус крепкий, но внутри надо всё переделывать.
Работы — на годы.
Я взял лопату. Начал копать.
Не знаю зачем копал именно там. Просто взял и начал. Земля поддавалась плохо — октябрь, холодно, верхний слой уже схватился.
Я копал часа три. Потом поехал домой.
Лена спросила как дача.
— Нормально, — сказал я.
Восемь месяцев
Я ездил каждые выходные.
Ноябрь — утеплял дом. Декабрь — сломал печку и переложил заново. Январь — провёл свет. Февраль — начал чинить забор.
Лена перестала спрашивать зачем. Приняла как факт: муж нашёл увлечение.
Иногда предлагала поехать вместе.
— Там холодно и неудобно, — говорил я. — Попозже.
Она не настаивала.
Дома всё было как обычно. Ужины, телевизор, разговоры ни о чём. Она не знала что я знаю. Я не знал что я буду делать с тем что знаю.
Переписка — я больше не проверял. Не потому что не мог. Просто — не стал.
Мне нужно было думать о своём.
Что происходило внутри
На даче думается иначе.
Когда руки заняты — голова работает без спешки. Я вбивал доску в забор и думал. Штукатурил стену и думал. Колол дрова — дрова я купил много, на зиму — и думал.
Первые месяца три думал о ней. О том разговоре который прочитал. О том как давно это началось. О том знал ли я на каком-то уровне.
Потом перестал думать о ней.
Начал думать о себе.
Какой я был мужем последние лет пять? Честно, без самооправданий.
Работа, усталость, «не сейчас», «потом поговорим», ужин молча перед телевизором. Я был рядом — физически. Но был ли я рядом?
Это неприятные мысли. Но дача хорошо подходит для неприятных мыслей — некуда бежать, некого слушать, только ты и то что думаешь.
Апрель
В апреле я закончил забор.
Встал, посмотрел на работу. Ровно. Крепко. Лет двадцать простоит.
Позвонил Лене.
— Приедешь в выходные? Тут уже нормально. Теплее стало.
Пауза.
— Приеду, — сказала она.
Она приехала в субботу
Я встретил её у калитки.
Она зашла, огляделась. Долго смотрела на дом, на участок, на новый забор.
— Ты всё это сам? — спросила.
— Сам.
Мы пили чай на веранде. Молчали. Не неловко — просто молчали.
Потом она сказала:
— Серёж. Ты знаешь?
Я не сразу ответил.
— Да, — сказал наконец. — Знаю.
Она смотрела на кружку.
— Давно?
— С октября.
Тишина. Долгая.
— Почему ты ничего не сказал?
Что я ответил
Я думал об этом ответе восемь месяцев. Не специально — просто он складывался сам, пока я работал.
— Потому что сначала мне нужно было понять чего я хочу, — сказал я. — Если кричать и требовать объяснений — это понять не поможет. Только шум.
— И что ты понял?
Я посмотрел на участок. На яблони которые я обрезал в феврале. Они уже набухали почками — первый раз за много лет их кто-то обрезал правильно.
— Я понял что хочу попробовать ещё раз, — сказал я. — Но по-другому. Не как было.
Она молчала долго.
— Я тебя не заслуживаю, — сказала наконец.
— Может, — сказал я. — Посмотрим.
Что сейчас
Прошёл год.
Лена приезжает на дачу теперь каждые выходные. Сама. Без приглашений.
В июне посадила клубнику. В августе собирала. Говорит что хочет следующей весной розы.
Мы разговариваем иначе. Не знаю как объяснить точнее — просто иначе. Медленнее. Честнее что ли.
Я до сих пор не знаю правильно ли поступил тогда в октябре. Может надо было сразу — сказать, разобраться, расставить точки.
Но я знаю одно: те восемь месяцев на даче — они были нужны мне. Не ей. Мне.
Чтобы понять что я хочу. Без крика. Без адвокатов. Без решений принятых в злости.
Дача до сих пор стоит. Забор крепкий.
Вы бы так смогли — восемь месяцев молчать и разбираться в себе? Или это слабость а не сила? Напишите.
На развитие канала: 5469 0700 1739 0085 сбербанк
Кстати если интересна тема похудения, диеты и правильного питания без заморочек, можете смело подписаться на блог адекватного нутрициолога Анны. Мастер своего дела-https://dzen.ru/id/6a04d2bccf55e022374f5e3e