Боковой туннель, где Орион оставил Джакса, оказался небольшим гротом — влажным, но защищённым от сквозняков. Светящийся мох рос здесь особенно густо, заливая стены мягким голубым сиянием. Джакс лежал на импровизированной подстилке из плащей, всё ещё бледный, но уже в сознании. Регенератор тихо гудел, затягивая рану на спине.
— Жить будет, — констатировал Орион, когда команда собралась вокруг. — Но ему нужен покой. Ещё несколько часов — и он сможет идти.
— У нас нет нескольких часов, — сказала Ирис. — Лэндор ранен, но он не отступит. И Илэйн всё ещё у него, а она нам нужна или мы потеряемся в тунелях.
— Именно поэтому мы должны действовать быстро, — Альтаир обвёл команду взглядом. — нам нужно разделиться.
Ирис кивнула и предложила.
— Я и Тарен пойдём за Илэйн. Лэндор сейчас зализывает раны — он не будет ожидать, что мы вернёмся в его дом так скоро. Тарен знает системы безопасности, и загрузит планировку дома. Мы справимся.
— Нет, — отрезал Альтаир. — Это слишком опасно. Лэндор может быть там. Или его люди. Я пойду за Илэйн сам.
— Ты ранен, — спокойно возразила Ирис. — И ты нужен здесь. Мы не будем вступать в бой. Мы просто вытащим её и уйдём.
— А если Лэндор там?
— Если Лэндор там, я дам тебе знать. У меня есть диск. Я телепортирую нас обратно.
Альтаир молчал. Яра видела, как он сжимает челюсти — он не хотел отпускать их одних. Но выбора не было.
— Хорошо, — сказал он наконец. — Но если что-то пойдёт не так — вы немедленно возвращаетесь. Без Илэйн. Без геройства.
— Ты говоришь это мне? — Ирис приподняла бровь. — Ты. Говоришь. Мне. Про геройство?
— Я серьёзно.
— Я тоже.
Они смотрели друг на друга несколько секунд. Потом Альтаир кивнул.
— Тогда решено. Ирис и Тарен — за Илэйн. Я и Яра — за припасами в убежище. Нужно забрать кристаллы, карты, приборы, навигацию — всё, что может пригодиться в подземном мире. Орион останется с Джаксом.
Старик кивнул.
— Я присмотрю за ним. И закончу расшифровку рун.
Тарен достал из сумки диски перезаряженные и начал раздавать их.
— Держите. Я проверил — здесь, в туннелях, они всё ещё не работают, но на поверхности должны включиться. Как только выйдете из-под скалы — активируйте. Я, кстати, придумал им название.
Шнырь, висевший под потолком, немедленно ожил.
— Название? Для дисков? У них уже есть название! Они называются «диски»! Или «диски первого круга»! Или «диски, которые не работают в туннелях, что очень неудобно, но мы всё равно их любим»!
— Слишком длинное, — заметил Тарен.
— Зато точное!
— Я предлагаю «портодиски». Портативные диски. Сокращённо. Звучит как что-то, что можно положить в карман. Портодиск.
Шнырь стал ярко-оранжевым.
— Портодиск?! Это звучит как... как название для инструмента, которым чистят трубы! «Портодиск»! Нет! Я протестую! У меня есть лучшее название! «Шнырь-прыгатели»!
Тарен уставился на него.
— Шнырь-прыгатели?
— Да! Потому что они прыгают! Звучит героически!
— Это звучит как игрушка для детей, — сказала Ирис.
— Ничего подобного! Это звучит как... как передовая технология! Как прорыв! Как...
— Как повод сменить тему, — перебил Альтаир. — Назовите их как хотите. Главное, чтобы они работали.
Тарен и Шнырь переглянулись.
— Портодиски, — прошептал Тарен.
— Шнырь-прыгатели, — прошептал Шнырь.
— Я вас обоих запишу в архив, — тихо сказала Ирис. — С пометкой «Спорщики».
— Я записал! — радостно отозвался Шнырь. — «Ирис назвала нас спорщиками»! С пометкой «Важно»!
— Шнырь.
— Молчу!
Яра улыбнулась. Даже сейчас, после битвы, после ранения Джакса, после всего, что они пережили, эти двое находили повод для спора. И от этого становилось чуть легче. Как будто мир ещё не сошёл с ума окончательно.
— Значит, решено, — сказал Альтаир. — Встречаемся здесь же. У всех есть диски. Если что-то пойдёт не так — активируете на поверхности и возвращаетесь.
— А если все же диски не сработают? — спросил Тарен.
— Тогда бегите.
— Отличный план, капитан. Очень обнадёживающий.
Ирис хмыкнула и поднялась, проверяя волну.
— Тарен, за мной. Чем быстрее уйдём, тем быстрее вернёмся.
— С Илэйн, — добавила Яра.
— С Илэйн, — подтвердила Ирис. — Мы не оставим её там.
Тарен закинул сумку на плечо и двинулся за ней. У входа в туннель он обернулся.
— Яра, капитан — удачи.
— И вам, — сказала Яра.
Они скрылись в темноте туннеля. Яра и Альтаир собрались тоже.
— Ну что, — сказала она, — за припасами?
— За припасами.
Они двинулись в противоположную сторону — туда, где за скалой скрывался дом Илэйн.
Дом встретил их тишиной.
Они вошли осторожно, держа оружие наготове, но внутри никого не было. В гостиной всё осталось как после битвы: перевёрнутый стол, разбросанные голограммы, камин, в котором ещё тлели угли. И темнеющее пятно чёрной крови на полу — там, где Клинок Зари рассёк тень.
Они работали быстро. Альтаир собирал кристаллы Ориона — те, что остались на столе после расшифровки. Яра сворачивала голограммы, укладывала в сумку карты, запасные фильтры, инструменты Тарена. Шнырь, по просьбе Альтаира, отправился прочёсывать периметр и следить за обстановкой снаружи.
— Если кто-то появится — я предупрежу! — заверил он. — Я буду очень внимателен! Очень! Как никогда! Я записал это в архив — «Миссия: охрана периметра»!
— Шнырь. Лети уже!
— Молчу! Уже лечу!
Они остались вдвоём. Работали молча, слаженно, как будто делали это сотни раз. Яра потянулась к полке, где лежали последние кристаллы, и вдруг услышала шорох. Она замерла.
— Ты слышал?
Альтаир уже был рядом. Он прислушался. Шорох повторился — тихий, крадущийся, из коридора.
— Там кто-то есть, — прошептал он.
Они отступили в узкий проход между стеной и большим шкафом — единственное место, где можно было спрятаться. Проход оказался настолько узким, что им пришлось стоять вплотную. Альтаир прижался спиной к стене, Яра — к нему, и он вынужден был обнять её одной рукой, чтобы они оба поместились. Его ладонь легла на её плечо. Она замерла. Он — тоже. Оба затаили дыхание.
Шорох приблизился. И в комнату вошёл зверёк.
Маленький, размером чуть больше домашней кошки, но с большими ушами — гораздо больше, чем у кошки, — и длинным, невероятно длинным хвостом, который тянулся за ним, как змея. Шерсти на нём не было — только гладкая серебристая кожа с лёгким голубоватым отливом. Он двигался осторожно, перебирая лапками по каменному полу, и его уши поворачивались в разные стороны, как локаторы.
— Это всего лишь зверёк, — прошептала Яра. И вдруг засмеялась — уткнувшись лицом в плечо Альтаира. — Он пробрался в дом, потому что двери были открыты. Мы из-за него прятались.
Альтаир посмотрел на неё. Она смеялась — И он улыбнулся.
— Это лунный бегун, — тихо сказал он. — На Зене их так называют. Они безобидны. И очень любопытны. Быстро привыкают к людям.
Яра посмотрела на зверька, который обнюхивал пол.
— Ты смеёшься, — сказал он.
— Да. А ты улыбаешься.
— Почти. — Он помолчал, и в его янтарных глазах мелькнул озорной огонёк. — Я добавлю это в архив.
Яра удивилась.
— Что?
— «Альтаир улыбнулся». С пометкой «Важно». Три восклицательных знака. Шнырь будет гордиться.
Она уставилась на него на секунду — и вдруг рассмеялась в голос. Он — следом, тихо, но искренне. Они стояли в этом узком проходе, прижавшись друг к другу, и смеялись.
— Ты только что пошутил, — сказала она, отсмеявшись.
Она сказала это просто, без всякой задней мысли, но он замолчал. Его рука всё ещё лежала на её плече. Она ещё прижималась к его груди. Зверёк давно ушёл — потрусил дальше по коридору, — но никто из них не шелохнулся.
— Яра, — сказал он вдруг. Голос был тихим, почти шёпотом.
— Да?
— Я хотел задать тебе вопрос. После всего, что случилось. Когда мы найдём ответы... если у тебя появится возможность вернуться домой... ты бы хотела этого?
Она замерла. Рано или поздно ей пришлось бы отвечать на этот вопрос — и всё равно оказалась к нему не готова.
— Я... — она замолчала, подбирая слова. — Я не знаю, Альтаир. Но в данный момент... я хочу узнать, кто я такая. Какое место в этом мире — или в каком-то другом — я занимаю. Почему я здесь. Почему всё это происходит со мной.
— Я хотел бы, чтобы ты осталась, — сказал он. — Но не из-за меня. Если ты примешь такое решение — остаться или уйти, — я всё равно помогу тебе. Что бы ты ни выбрала.
Яра подняла голову и посмотрела на него. Их лица оказались очень близко. Она видела его янтарные глаза, его шрам, его ресницы. Она чувствовала его дыхание. Не могла отвести взгляд.
Он тоже смотрел на неё. И в этом молчании было что-то, чего они оба не могли выразить словами.
Альтаир чуть наклонился. Медленно. Неуверенно. Она не отстранилась. Он потянулся к ней...
И тут в комнату влетел Шнырь.
— КАПИТАН! ИСКРА! — Сфера ворвалась через дверь, переливаясь ярко-жёлтым. — Я ПРОСКАНИРОВАЛ ВАС! У ВАС УЧАСТИЛОСЬ СЕРДЦЕБИЕНИЕ! И ПУЛЬС! Я ИСПУГАЛСЯ! Я ДУМАЛ, НА ВАС НАПАЛИ! ПОЭТОМУ Я СКОРЕЕ ПОЛЕТЕЛ К ВАМ! — Он замер в воздухе, увидев, в какой позе они стоят. — Ой.
Он медленно перелился из жёлтого в розовый.
— Я... э-э-э... вы опять. В узком проходе. Вдвоём. Сердцебиение. Пульс. Я... я понял. Я всё понял. Я пойду. Нет, я не пойду. Я уже ушёл. Я просто... я продолжу прочёсывать периметр. Очень тщательно. Очень. Я кстати уже записал это в архив. Пришлось для вас выделить целую папку. «Правило номер сто сорок восемь: стучать, прежде чем влетать». Или нет — «Правило номер сто сорок восемь: не влетать, если у капитана и Искры участился пульс». Я потом придумаю точную формулировку!
— Шнырь, — начал Альтаир.
— Молчу! Я уже молчу! Я лечу! Прочёсывать! Периметр!
Он исчез так же быстро, как появился. Яра и Альтаир остались в узком проходе. Момент был разрушен.
Альтаир вздохнул.
— Он когда-нибудь научится стучать?
— Никогда.
Они выбрались из прохода и продолжили собирать вещи. Яра, проходя мимо того места, где сидел зверёк, отломила кусочек еды и положила на пол.
— Держи, лунный бегун. Заходи, когда нас не будет.
Зверёк, прятавшийся за перевёрнутым стулом, осторожно подобрался к еде, понюхал и начал есть. Яра улыбнулась.
Через полчаса они покинули дом. Сумки были собраны, оружие проверено. Они двинулись через перевал обратно к туннелям — туда, где ждали Орион с Джаксом.
— Знаешь, — сказал Альтаир, когда они прошли примерно половину пути, — кажется, за нами хвост.
Яра обернулась. В двадцати метрах позади, перебирая лапками по камням, шёл лунный бегун. Его длинный хвост извивался, как серебристая змея, а большие уши поворачивались, ловя каждый звук, он был очень грациозный
— Я же говорил, — сказал Альтаир. — Они любопытны.
— Может, дать ему имя? — спросила она.
— Только не говори Шнырю. Он захочет назвать его в честь себя.
— «Шнырь-младший»?
— Именно.
Яра рассмеялась. И они пошли дальше — навстречу туннелям и команде.
Тарен и Ирис выбрались из туннелей, когда небо над перевалом уже начало светлеть. Ветер стих, и серебристая пыль, оставшаяся после дождя, всё ещё мерцала на камнях. Ирис шла первой — быстрым, размашистым шагом, не оборачиваясь. Тарен едва поспевал за ней.
— Диски активируем ближе к дому, — сказал он, поправляя сумку на плече. — У нас их три. Первый — чтобы попасть внутрь. Второй — чтобы уйти. Третий — если будет погоня. Перезарядка в такой ситуации — слишком долго. Так что у нас по одной попытке на каждый этап.
— Разумно, — бросила Ирис.
— Я знаю. Я вообще разумный. С улыбкой произнес Тарен.
Они прошли ещё немного в молчании. Тарен явно хотел что-то сказать, но не решался. Ирис заметила это.
— Что?
— Ничего.
— Ты врёшь.
— Я не вру. Я просто... думаю, как сформулировать.
— Формулируй быстрее. У нас нет времени на долгие размышления.
Тарен вздохнул.
— Ты не жалеешь? Ну, что пошла с нами? Тогда, на Луне. Когда Яра и Шнырь пришли к тебе в таверну, и ты согласилась помочь. Если бы ты отказалась, ты бы сейчас спокойно сидела в «Ржавом Шлюзе», пила свой... что ты там пьёшь, и не бегала бы по туннелям от древнего Зола.
Ирис чуть замедлила шаг.
— А ты? Ты не жалеешь? Что пошёл с Ярой тогда, в Ветлани?
— Я? Нет. — Тарен даже не задумался. — Я всегда этого хотел. Меня всегда манили путешествия. Космос. Другие планеты. Я с детства смотрел на звёзды и думал: «Когда-нибудь я туда полечу». А потом появилась Яра, и Шнырь, и капитан, и... вот я здесь. На Зене. — Он усмехнулся. — Я скучаю по родным. Уже давно не связывался с ними — в целях безопасности. Но я их предупредил. Они знают, что я в порядке. А там, в Ветлани, мне было мало места. Понимаешь?
— Понимаю, — сказала Ирис.
—Ты не ответила.
— Я не жалею. Альтаир для меня — семья. Уже давно. Он как брат, которого у меня никогда не было. Он много для меня сделал. Я пошла бы за ним в любом случае.
Тарен помолчал, перепрыгивая через камень.
— Можно вопрос?
— Ты уже задаёшь.
— Ещё один. Вы с капитаном знаете друг друга столько циклов. У вас когда-нибудь были... ну... мысли?.. О... — Он осёкся и покраснел.
Ирис остановилась. Повернулась к нему. И вдруг усмехнулась — коротко, беззлобно.
— Я поняла, о чём ты. Бывали моменты. Когда мы были моложе. Но это всё — внимание, не больше. Мы оба понимали, что это не то. А вот Кай...
Она замолчала. Её лицо, обычно такое непроницаемое, дрогнуло. По щеке потекла слеза — быстрая, скупая, как всё, что делала Ирис. Она смахнула её тыльной стороной ладони, почти грубо.
— Это совсем другая история, — сказала она. — Но я всегда любила нашу команду. Искренне. Всех.
Тарен смотрел на неё. Он никогда не видел Ирис такой — уязвимой, открытой. И он понимал, что сейчас лучше ничего не говорить.
— Мне жаль, — тихо сказал он.
Ирис кивнула. И снова стала собой.
— Ладно. Давай обсудим, куда переместимся. Нужно выбрать точку рядом с домом, но не внутри — сначала осмотримся.
— У меня есть кое-что. — Глаза Тарена загорелись, и он начал копаться в сумке. — Смотри, что мы с Орионом настроили.
Он достал небольшой прибор — плоский, с голографическим экраном.
— Это сканер. Он считывает людей в здании. Если у человека всё в порядке — подсвечивается зелёным. Если ранен — красным. И он даже способен считывать эмоции: от светло-голубого, если всё хорошо, до тёмно-синего, если человек в отчаянии. Наша задача, я думаю, искать красный и синий цвета. Илэйн, скорее всего, будет и ранена, и...
Он замолчал. Ирис кивнула.
— Поняла. Красный и синий. Дай мне.
Она взяла сканер, повертела в руках.
— А если человек напуган, но не ранен? Какой цвет?
— Жёлтый. Как Шнырь, когда он волнуется.
— Значит, Шнырь всегда жёлтый.
— В точку.
Ирис хмыкнула и вернула сканер Тарену. Они поднялись на гребень и залегли за камнями. Дом Лэндора был внизу — большой, мрачный, с редкими огнями в окнах. Тарен активировал сканер.
— Вижу несколько зелёных точек на верхних этажах. А вот здесь... — он нахмурился. — Ничего. Я не вижу Илэйн. Её нет в доме.
— Может, она в подвале? Сканер не пробивает толщу камня?
— Этот пробивает. Я специально настраивал. Её нет в доме, Ирис. Совсем.
— Тогда где она?
Тарен поводил сканером в сторону, и вдруг на экране появилось несколько пятен за домом — там, где основное здание соединялось с пристройкой.
— Смотри. Вот тут красное пятно. И рядом с ним — два тёмно-синих. И ещё одно синее чуть дальше.
— Красное пятно — это Илэйн. Она ранена. А два синих рядом — это Лэндор и, возможно, Кассиан.
— Кассиан здесь?
— Возможно — да. Очень тёмный синий. Он в ярости или в отчаянии.
Ирис посмотрела на Тарена.
— Тогда у нас нет времени. Нужно вытаскивать её сейчас.
Тарен кивнул и убрал сканер.
— Я знаю, куда перемещаться. Есть точка прямо у стены лаборатории — сканер показывает, что там никого нет. Готова?
— Готова.
— Раз. Два. Три.
Они нажали на диски одновременно. Вспышка — и гребень опустел.
Их выбросило у каменной стены. Это оказалась лаборатория. Она была пристроена к основному зданию, но вход в неё находился отдельно — низкая дверь, почти незаметная среди камней. В доме было пусто — ни охраны, ни слуг. Видимо, Лэндор не хотел, чтобы кто-то знал о том, что происходит внизу.
— На удивление тихо, — прошептал Тарен.
— Это плохо. Значит, все, кто здесь есть, — в лаборатории. И они не ждут гостей, но всё равно настороже.
Они проскользнули внутрь. Короткий коридор, лестница вниз, ещё один коридор — и они оказались перед приоткрытой дверью. Изнутри доносились голоса.
Тарен достал два маленьких диска и один протянул Ирис. Они приложили их за ухо — что-то вроде наушников. Тарен настроил прибор на руке, и голоса стали отчётливыми.
— Я убью её, — голос Лэндора, низкий, полный ярости. — Это она помогла им проникнуть сюда. Она предала меня.
— Если ты сделаешь это, ты вызовешь подозрения. Она из знатных. Её семья имеет влияние. Ты не можешь просто убить её, Лэндор. — Голос Кассиана, холодный, расчётливый.
— Я не могу найти дочь. Она отправила её на Марс. Эти мерзкие колонизаторы — к ним просто так не проникнуть.
— Значит, займёмся дочерью позже. Сейчас важнее другое. Ты говоришь, девчонка — потомок Лиры?
— Да. Я видел диск. Тот самый. Она активировала его. Как Лира. Ты был прав, Кассиан. Её нужно достать первой. Мне плевать на остальных. Но пока я ранен, я не могу двигаться в путь.
— Местные регенераторы бесполезны. Нужны наши технологии. Я отправлюсь на Землю — там наши. Они помогут мне с лечением. А ты ищи этих...
Ирис и Тарен переглянулись. Они подошли ближе к приоткрытой двери и заглянули внутрь.
Это была лаборатория — огромная, с рядами приборов, кристаллами, голограммами. Не похожая ни на подземелье, ни на обычную комнату. Илэйн лежала на кушетке в дальнем углу, связанная. Её лицо было в синяках, но она была в сознании.
— Тебе не победить, — крикнула она…
— Заткнись, — бросил Кассиан, даже не обернувшись.
Лэндор сидел на стуле, и Кассиан пытался залечить его рану. Но та не затягивалась — свет диска оставил след, который не поддавался обычным методам.
— Проклятая девчонка, — рычал Лэндор. — Я представляю, как я им отомщу. Всем. Особенно ей. И охотнику. Я сделаю так, что они будут молить о смерти.
Ирис и Тарен стояли далеко от Илэйн — лаборатория была огромной, и пробраться к ней незамеченными было невозможно.
— Илэйн так и не рассказала, что они задумали, — продолжал Лэндор. — Но что-то им понадобилось в пещерах. В храм они не пошли. Значит, нужно искать там. Если ты хочешь стать одним из нас — это твоя главная задача.
Тарен посмотрел на Ирис. В его глазах загорелся тот самый огонёк, который она уже видела раньше, — когда он придумывал что-то рискованное.
— У меня есть идея, как вытащить Илэйн, — прошептал он. — Но она тебе не понравится.
— У нас мало времени. Рассказывай.
Но вместо слов Тарен показал ей жестом: тихо. Мгновение — и он завёл диск. Мгновение — прицелился. Мгновение — и с поразительной точностью швырнул диск в Илэйн.
Диск пролетел через лабораторию — никто не заметил. Кассиан был занят раной Лэндора, Лэндор был занят своей яростью. Илэйн увидела диск — он упал рядом с её рукой. Она едва заметно вздрогнула, но не издала ни звука. Её пальцы сомкнулись на диске.
Тарен, не теряя ни секунды, завёл свой диск. Вспышка — и Илэйн исчезла с кушетки.
В то же мгновение Тарен схватил Ирис за плечо и активировал второй диск. Вспышка — и они исчезли из коридора.
Их выбросило на гребне, далеко от дома. Илэйн лежала на камнях, всё ещё сжимая диск в руке. Ирис стояла над ней, не веря своим глазам.
— Ты... — начала она, глядя на Тарена.
— Потом, — перебил он. — Сейчас уходим.
Он обратился к Илэйн:
— Ты можешь идти?
— Почти, — прошептала она.
Они молча помогли ей опереться на них и пошли. Когда диск перезарядился, Тарен применил его снова — и они оказались почти рядом с пещерой.
Вдали они увидели Альтаира и Яру — те тоже их заметили и переместились ближе. Вся команда оказалась в сборе около входа в туннели.
— Все целы? — спросил Альтаир.
Ирис посмотрела на Тарена. В её глазах было удивление. И уважение.
— Кажется, да, — сказала она. — Но Илэйн нужна помощь Ориона.
Альтаир подошёл и подхватил Илэйн с другой стороны. Она облокотилась на него и на Тарена.
— Ты как? — спросил он.
— хорошо — ответила она. — Благодаря вам.
Они вошли в грот, где Орион ждал их с Джаксом. Светящийся мох мерцал на стенах, и в его голубом сиянии лица казались бледными. Джакс был уже на ногах — он стоял, привалившись к стене, и выглядел гораздо лучше, чем несколько часов назад. Когда он увидел Илэйн, его глаза расширились.
— Вы сделали это, — сказал он. — Вы вернули её.
— Тарен сделал, — поправила Ирис.
— Мы вместе, — сказал Тарен.
Джакс подошёл и помог уложить Илэйн на импровизированную подстилку. Орион уже доставал регенератор побольше — Альтаир и Яра принесли его из дома вместе с остальными припасами. Прибор загудел, и мягкий голубой свет начал медленно скользить по телу Илэйн, затягивая синяки и раны.
— Ей повезло, — сказал Орион. — Никаких внутренних повреждений. Только внешние. Через час сможет идти.
— У нас нет часа, — сказала Ирис. — Кассиан скоро будет прочёсывать пещеры. Мы слышали их разговор. Лэндор ранен — он сказал, что местные приборы не помогают. Ему нужны технологии, которые есть только на Земле. Он собирается туда.
— Это даёт нам фору, — сказал Альтаир. — Они не знают, куда мы идём.
— Мы с Ярой собрали всё из дома, — добавил он. — Все кристаллы, все записи. Никаких следов. Они ничего не найдут.
Шнырь, висевший под потолком, перелился гордым золотым.
— Я помогал! Я прочёсывал периметр! Я был очень внимателен!
Ирис продолжила, не обращая внимания на сферу:
— Есть ещё кое-что. Лэндор подтвердил: их главная цель теперь — Яра. Он сказал Кассиану, что она — потомок Лиры.
В глазах Альтаира блеснула ярость.
Илэйн, лежавшая на подстилке, попыталась приподняться.
— Я должна поблагодарить вас, — сказала она. — Когда я услышала, что вернулся Лэндор, я думала — всё. Конец. Но потом я увидела, что он ранен. И я не поверила своим глазам. Как вам это удалось?
— Долгая история, — сказала Ирис.
— У нас есть час, — сказал Джакс. — Расскажи.
Ирис кивнула.
— Когда я вернулась от вас, он сразу меня схватил. Ему доложили — кто-то из слуг видел, как я уходила. Он выпытывал подробности. А потом я услышала, как он связывался с Джаксом. Как разговаривал с Ярой. Я не всё поняла. Но надеюсь, вы расскажете.
Команда переглянулась. И они рассказали. О том, как Джакс упал, и Яра вошла в его сознание. О том, как она увидела Лэндора — его истинную форму, его древнюю тьму. О том, как он пытался проникнуть в её разум, но она сама проникла в его.
Они рассказали о битве в доме. О том, как Лэндор обратился в тень. О том, как Яра активировала второй круг диска, и как Клинок Зари рассёк тьму.
Илэйн слушала молча. Когда они закончили, она посмотрела на Яру.
— Лира, — сказала она. — Я слышала это имя. Не могу вспомнить где. Но слышала.
— Мы захватили твои доспехи из дома, — сказала Яра. — Они были спрятаны в дальней комнате. И твою волну.
Илэйн посмотрела на свёрток, который Яра положила рядом с ней. Её глаза наполнились слезами.
— Я думала, что больше никогда не надену их. Что я больше никогда не буду... собой.
— Ты — воин, — сказала Яра. — И ты нам нужна.
Через час Илэйн поднялась. Она надела доспехи — лёгкие, серебристые, с узорами, напоминающими зенские руны. Волна легла в её руку, как будто ждала этого момента. Яра смотрела на неё и не могла отвести взгляд. Илэйн была похожа на воительницу из древних легенд — высокая, стройная, с длинными белыми волосами, собранными в боевую косу. И очень красивая.
«Она прекрасна», — подумала Яра, и в этой мысли не было ни зависти, ни ревности. Только уважение.
— Я знаю, в какую сторону идти, — сказала Илэйн. — Нам нужно начать с восточных туннелей. Это далеко, но я знаю путь. Торговцы конечно помогли бы нам быстрее добраться, но мы и сами справимся.
— Сначала нам нужно найти временное убежище, — сказал Альтаир. — Мы все на износе. Никто толком не спал. Нужно отдохнуть.
Илэйн кивнула.
— Я знаю такое место. Там безопасно. Идёмте.
Яра шла рядом с Альтаиром и чувствовала, как внутри все меняется, она поймала себя на мысли, что уже давно не вспоминала о своем мире…
— Пришло время разоблачений и мести — тихо сказала Илэйн, не оборачиваясь.
И команда уверенно двинулась за ней.